Маруся Хмельная
Туманный Антакаль. Часть 2. Плен


– Донат, я приехала.

Я ждала, что он опять начнёт издеваться надо мной в своей манере, но он лишь безразлично ответил:

– Я совсем забыл про тебя. Где ты?

– Стою как дура под воротами и наслаждаюсь обществом охраны. Может, ты им скажешь, чтобы меня пропустили?

– Дома никого нет, я распустил прислугу по случаю твоего приезда. Жди, я сейчас приеду.

– То есть прислугу ты распустить не забыл, а обо мне забыл? – возмутилась я.

– Заработался, бывает. Жди, я сейчас, – повторил он и отключился.

К его чести, приехал он быстро. Я ещё не успела его сто раз отругать и замёрзнуть.

– Садись, – не вылезая, махнул головой из приоткрытого окна.

Я села сзади, всем своим видом выражая недовольство. Хотя в животе отчего-то скрутило, и задрожали руки. Почему я так волнуюсь? Это же Донат.

Между тем Лерц кивнул посерьёзневшим охранникам, и они открыли ворота.

– Ого! – чуть не вырвалось у меня, когда я увидела дом, к которому мы подъехали. Но я смогла промолчать.

Завидного женишка в своё время упустила я. Впору локти кусать. Это конечно не герцогский дворец, но намного ближе к нему, чем тот же дом графа Силберца, владеющего сетью артефактных лавок по всей стране. Роскошный дом даже по меркам столицы. Донат не устает удивлять.

– Проходи, раздевайся, – раздалось из недр дома, после того как Донат открыл передо мной двери и вошёл внутрь.

Я застыла на входе и почему-то заробела. Из какой-то по счёту двери по длинному холлу выглянул Донат. Он уже снял верхнюю одежду и пиджак, и расстёгивал галстук.

– Раздевайся полностью. И я в буквальном смысле, – крикнул он в мою сторону. – И иди сюда ко мне.

– К-как это п-полностью? – растерялась я. – Донат?

– Догола, Маина, – выглянул снова он. – Я хочу видеть тебя обнажённой.

– Т-то есть? – не могла я поверить в такую подлянку.

Помотала головой и крепче сжала руками на груди пальто.

Донат недовольно фыркнул и подошёл ближе.

– Маина, у нас соглашение, – напомнил он. Глаза его в темноте холла странно мерцали. – Ты ублажаешь меня всю эту неделю. Как, по-твоему? Играя на рояле? Или, может, пением? Игрой в шахматы? Сейчас ты снимешь всю одежду с себя и всю эту неделю будешь без неё.

– Что, совсем? – испугалась я.

– Да, Маина, совсем, – мурлыкнул довольно Донат, переводя взгляд на губы, потом шею, потом ниже. – Что тебя смущает?

– Всё, – заверила я.

– Неожиданно, – тем же низким голосом, от которого тело покрывали мурашки, сказал Донат. – Ты уже не девочка. Мне не терпится узнать, каким фокусам ты научилась в столице. Ты ведь вела такую активную жизнь.

– Откуда узнал? – нахмурилась я.

– Наводил справки, – туманно ответил Донат, странным взглядом смотря в мои глаза. – Так что, заценим новые умения?

– Боюсь, я тебя разочарую.

– Что так?

– Не поверишь, но после тебя у меня никого так и не было, – закусив губу, призналась я.

Признаваться в таком не хотелось, но пусть уж лучше думает так, чем то, что я только и делала что прыгала из койки в койку в столице.

– Ах, Маина, зачем ты такое говоришь, это так возбуждающе, – снова замурлыкал Донат.

Глаза его ярко полыхнули при моём признании, но от возбуждения, а не от того, что он мне поверил.

– Раздевайся и проходи вон в ту дверь, – указал он на те двери, из которых вышел. – Я буду ждать тебя там.

Донат ушёл. Я сняла пальто и шляпу, помешкалась, вздохнула и пошла вслед за Донатом.

Глава 2

Я вошла в помещение, в котором царил полумрак. Небольшое, скорее всего малая гостиная, но за счёт высоких окон почти вовсю стену для простора хватало воздуха. Мягкая подсветка лилась из угла, в котором находилась импровизированная барная стойка. Около бара хозяйничал Донат.

Он закрыл бутылку и повернулся с двумя наполненными бокалами в руках. Оглянул меня и широко улыбнулся.

– Какая непослушная девочка Маина. Так и напрашивается на наказание, – своим сексуальным игривым тоном пропел он довольно.

Мы смотрели друг на друга выжидающе. Я упрямо исподлобья, Донат, раздумывая какую каверзу учинить. Наконец сказал:

– Хорошо, давай договоримся. Я дам тебе время… – он посмотрел на часы: – до конца этого дня. За каждое твое неповиновение, попытку спорить и грубость, ты снимаешь один предмет одежды. Одежды, а не предмет туалета, – подчеркнул он. – А то в ваших волосах одних булавок на вечер пререканий найдётся. В чём ты к полночи останешься, в том и будешь ходить по дому неделю.

Одна радостная новость – Донат не собирается набрасываться на меня сразу, до полночи не тронет. Нерадостная новость – вряд ли я долго выдержу послушной и бессловесной рабой рядом с Донатом. Да и из одежды у меня всего-то – платье, белье, чулки да туфли. Надеюсь, туфли Донат тоже отнесёт к предметам одежды, а не будет спорить, что это обувь.

– Если твои приказы будут в рамках разумного, – начала я торг.

– В рамках разумного, – согласно кивнул Донат.

– И не унижать моё достоинство.

– Нет, Маина, так не пойдёт. У нас может быть разное мнение по этому поводу. Может, ты сочтёшь за унижение сделать мне чай, потереть спинку или…

– Конечно, сочту, – процедила я.

– Тогда нет, – улыбнулся он и развёл руками.

– А если прикажешь залаять, ползать перед тобой на коленях или спать на полу? – ощерилась я.