Рута Лисовец
Изумительные монстры


Спустя несколько минут стало ясно, что кроме самой Лунар девицу никто не замечал. Та стояла прямо перед стеклянными дверями, и когда состав притормозил на одной из станций, к дверям хлынул поток, торопящийся поскорее выбраться из-под земли. Каждый, кому девица заслоняла дорогу, старательно огибал ее, но хмурился недовольно, словно не мог дать себе объяснения, к чему этот маневр, если открытые двери вот они, туточки.

Лунар прикинула шансы и решила – пора сваливать. Но даже сменив три вагона и направление поезда, не смогла сбежать. Девица словно из-под земли выросла перед ней в районе станции «К****», и сердце забилось в груди, точно крохотная птичка, пойманная в силки.

“Да что ей вообще от меня надо?!” – с отчаянием подумала Лунар, а незнакомка, с насмешливой улыбкой человека, который уверен в том, что мир вертится только вокруг него, поманила ее к себе.

Вместо того, чтобы подчиниться, Лунар прикрыла глаза – если игнорировать проблему, то она сама рано или поздно исчезнет, разве не так? Чтобы скоротать время до своей станции и отвлечься, она дотянулась до сна какого-то офисного мученика (стопки Очень Важных Бумаг, везде, сколько хватало глаз) и проглотила его целиком, морщась от его кислого привкуса.

А когда пришло время выходить, девицы уже нигде не было. Пропала, сгинула без следа. И странное облегчение затопило изнутри – кем бы она ни была, хорошего ждать не приходилось. Ходили слухи, что некоторые обитатели Темной Столицы иногда охотились на нежить или монстров вроде Лунар, ради забавы. Загоняли, как зверей, чтобы поиздеваться, и когда девица растворилась в воздухе, Лунар выдохнула. Пронесло.

И только поднявшись наверх, она осознала, что делать-то ей особо нечего. В Логове, куда она заглянула на всякий случай, было пусто и тихо. Друзья – такие же монстры – не скоро еще вернутся с ночных вылазок за пропитанием. День только начинался, полный хлопот для обычных людей, но Лунар обуяла нестерпимая скука.

Можно было сгонять на Лысую Гору. В тайнике еще оставалась парочка припрятанных воспоминаний, ждущих своего часа, пора было их обналичить. Несколько постоянных клиентов Лунар обрадовались бы возможности попробовать на вкус что-то новенькое.

Древние, живущие до смешного долго, бесчисленное количество времени назад охладели ко всему, что происходит в мире, оттого и ужасно любят осколки человеческой памяти. Это их единственный способ ощутить хоть что-нибудь, кроме бесконечного холода и неизбывной тоски.

Для начала следовало заглянуть домой – в квартиру с высокими потолками и гулкими коридорами, которую Лунар “снимала” у безвременно отсутствующих жильцов. Те понятия не имели о квартирантке, полагая, что за квартирой присматривает ветхая старушка-соседка, у которой в доме не протолкнуться от котов и цветов в кадках. Кое-кто из знакомых Лунар, владеющих магией, порой помогал ей обновлять заклинание, отводящее глаза жильцам и поддерживающее в настоящих хозяевах уверенность, что за жилье не стоит переживать. Она жила здесь уже второй год, привыкла и к шумным трубам, и к скрипучим деревянным окнам, и к тому, что в подъезде круглогодично пахнет малиновым вареньем и собаками.

Стоило Лунар взбежать по каменным ступеням, минуя три лестничных пролета, как стало очевидно – это все была ловушка.

У двери квартиры ее уже ждали. Изможденный старик с костистым лицом привалился к входной двери, и, если Лунар хотела попасть в квартиру, ей следовало убрать незнакомца с пути. Но при одном взгляде на него сердце падало в желудок – кожа – белее первого снега, взгляд – темный и острый, как дамасская сталь.

– Долго будешь возиться? – проскрипел он, не двигаясь с места. – Открывай давай, дело есть.

Лунар без возражений вытащила из кармана ключ. Что-то внутри нее, возможно, более мудрый внутренний голос, твердил, что не стоит злить старика. И старика ли?

Его слишком знакомое черное пальто свешивалось почти до пят, длинные рукава плеснули по бокам, когда он протиснулся мимо Лунар в тишину квартиры. Она стиснула зубы, чтобы не воспротивиться. Дом был крепостью, вторым местом в жестоком мире, где Лунар чувствовала себя в безопасности, и теперь его неприкосновенность была нарушена. Сможет ли она когда-нибудь снова ощутить покой в этих стенах?

Проблемы сами нашли Лунар, только она весьма смутно представляла, кому и когда успела перейти дорогу. Насколько могущественен гость? Когда она умудрилась влезть не в свое дело? На ум ничего не приходило – последние несколько месяцев выдались на редкость спокойными, без приключений и стычек – десяток удачных сделок и никаких ссор с Темными столичными жителями.

Пока Лунар скидывала на обувник поношенные кроссовки и ставила чайник, гость успел сменить еще два или три обличья, прежде чем остановиться. И лучше бы он оставался стариком или чахоточной девицей из подземки.

– Ребенок? – Лунар скривилась, даже не пытаясь скрыть отвращение. – Подло.

Гость с ногами забрался на высокий стул, и теперь пальто целиком поглощало хрупкую детскую фигурку, только голова торчала. Он болтал ногами и беззаботно улыбался, но Лунар знала, что скрывается за маской безмятежности – хищник, выжидающий момент для атаки.

– Смертные утверждают, что невинный и беззащитный облик их отпрысков настраивает собеседника на доверительный лад. Помогает? Уже доверяешь мне?

– Да, но тебе бы поработать над детализацией, – посоветовала Лунар, ежась. Голос у него остался все таким же старческим и скрипучим, точно звук гвоздя по стеклу, и отбивал всякое расположение. Гостю же было совершенно наплевать, что о нем думает Лунар. Он осмотривался, без всякого интереса разглядывая валяющиеся повсюду банки из-под сладкой газировки и дюжину ярких плакатов на стенах. Один из них, впрочем, смог задержать его внимание дольше чем на секунду.

– Смазливые мальчишки, – он ткнул пальцем в плакат на стене, откуда с которого взирал популярный бойз-бэнд. – Прими я облик одного из них, была бы ты сговорчивее?

Терпение Лунар враз иссякло. Она уселась напротив, бахнув перед гостем традиционное подношение Темному Жителю – чашку слабо заваренного чая. Иногда, подумала Лунар про себя, соблюдение необходимых ритуалов – первый шаг к успешным переговорам.

– Ближе к делу. Кто ты?

Гость улыбнулся, и эта улыбка – лукавая и многозначительная – смотрелась жутко на невинном детском личике в обрамлении белокурых мягких локонов.

– А кем ты хочешь, чтобы я оказался? – прошептал он тихо. В животе у Лунар все сжалось от дурного предчувствия.

“Будь аккуратна с ним” – шепнул все тот же голос в голове. Как будто она и сама не знала, что с Темными жителями шутки плохи. Да, жить на Темной Стороне – это одно, но не стоило забывать, что там водились рыбки покрупнее, чем пожиратели снов или кофейные вампиры.

– И все же?

– Ну, – гость пожал плечами под темным пальто, вновь поднимая глаза на плакат, – ты можешь попробовать угадать.

На секунду Лунар задумалась. Ответ был совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки, оставалось только нащупать нить, которая к нему вела. И потянуть за нее, разматывая клубок.

– Ты вошел в мой дом без приглашения, а значит, не гуль и не вампир. Те без “проходите, пожалуйста” и с места бы не сдвинулись. Тело плотное, чашку держишь уверенно – не морок и не призрак. Не маг – иначе давно бы связал немотой и неподвижностью, чтобы выслушала, не перебивая. Выбор небольшой. Ты либо человек, наделенный силой, либо Древний. Но о людях отзываешься пренебрежительно, следовательно,….

Глаза гостя засияли глубоким сапфировым светом, откликаясь на догадку. Древний, за столом в типовой кухне, выглядящий так безмятежно, будто это ничто иное как посиделки двух добрых приятелей. Лунар облизнула пересохшие губы, стараясь не смотреть ему в лицо дольше, чем необходимо.

Древние, если еще обладали силой, редко ее сдерживали – могли невольно очаровать, заставляя плясать весь день напролет, пока жертва не рухнет от смертельной усталости. Или того хуже – проклясть. Лунар представила свою белую кожу, покрытую струпьями и вздрогнула.

– Есть работа. – произнес Древний, когда ему надоело освещать кухню бирюзовыми всполохами. – Надо забрать у человека воспоминание и отдать мне. Плачу в тройном размере, дважды не предлагаю.

Лунар едва не расхохоталась, удивленная наивностью чужака:

– Вот так просто? Пойди и забери? Откуда мне знать, что это не ловушка? Откуда тебе знать, что я способна на это?

Древний безразлично пожал плечами, потянув к себе чашку с остывшим чаем. Пить, впрочем, не стал, с брезгливостью уставившись на бледно-желтую воду.

– Мне достоверно известно, что ты торгуешь человеческими воспоминаниями. О тебе ходит много слухов, ты знаешь? “Хочешь лучших воспоминаний – обратись к Лунар”, так они говорят.

“Они?” – Лунар облизала пересохшие губы. Кто же ее предал, выдав информацию, за которую можно было поплатиться головой?

Древний смотрел пристально, ожидая немедленного ответа, но пустой лести было недостаточно, чтобы соблазнить Лунар на преступление. Воровать воспоминания у беззащитных смертных в метро или автобусах, это одно. Совсем другое – целенаправленно охотиться за ними. Это гораздо меньше похоже на невинную шалость.

– Нет, – произнесла Лунар, откидываясь на спинку стула. – Исключено.

Древний прищурился недоверчиво, словно ослышался:

– Дважды я не предлагаю, сказал же. Или мне стоит найти кого-нибудь из твоих друзей, других пожирателей снов? Может быть они будут посговорчивее?

Лунар махнула рукой, отлично зная, что никто из ее друзей не станет сотрудничать с Древним. Пожиратели снов редко доверяли кому-то за пределами очень узкого круга. Такова жизнь – если тебя без конца шпыняют и проклинают, сложно довериться кому-то, а иногда и очень опасно.

– Валяй, – Лунар махнула рукой, улыбаясь. – Сообщи, если кто-то поведется на твои сладкие речи.

И тут же поняла, что совершила ошибку – недооценила Древнего. Совершенно забыла, что те всегда имеют козырь-другой в рукаве, и гость, наконец, достал свой.

Маленькая склянка, водруженная на стол, выглядела хрупкой. Лунар с недоумением уставилась на нее, пока не поняла, что сама склянка была только сосудом. То, что хотел предложить ей Древний, было внутри.

На дне плескалась капля янтарного цвета, круглая и юркая, будто ртуть. Она помимо воли притягивала взгляд, умоляла взять склянку в руки, чтобы рассмотреть поближе.

– Что это? – хмыкнула Лунар, но без былой уверенности. – Яд?

Древний тут же захлебнулся хохотом, булькающим и хриплым. По спине Лунар побежали мурашки – жуть какая!

– О, нет, милая. Это амброзия. Слышала о ней?