banner banner banner
На все ответ – один адепт. Книга 2
На все ответ – один адепт. Книга 2
Оценить:
 Рейтинг: 0

На все ответ – один адепт. Книга 2

– Решил присоединиться, – развел руками высокий блондин, слишком молодой для излюбленного воплощения светлого бога.

– Сейчас это мой город, – нехорошо прищурившись, напомнила Ани.

– Я знаю. И мешать тебе не собираюсь.

– Одно твое присутствие мешает.

– Увы, – мужчина хмыкнул, – но я вынужден остаться. Долг крови требует моего присутствия.

– Карин? – вздернула брови Ани. – Она и без тебя справляется прекрасно. Да и сейчас она отсутствует. Вернулась во дворец, если мои предположения верны.

– Отчасти да. Мальчишка все же решился покинуть город, – прислушавшись к чему-то, сообщил Кардалис.

– Ему это необходимо. – Ани поморщилась и вырвала свою руку из чужих пальцев. Раз уж Валиар рискнул последовать ее совету, следовало позаботиться, чтобы путешествие не вышло ему боком. Пусть кто-нибудь из Теней присмотрит…

– Как и тебе, – заметил светлый и разжал пальцы. Ани не сдвинулась с места: зло взглянула на собеседника и ухватила уже его за запястье, не давая уйти. Хотя Далис сделал первый шаг в противоположном от нее направлении.

– Если ты посмеешь вмешаться в его жизнь!.. – Угрозы в голосе Ани было хоть отбавляй. И она бы определенно удивилась тому, насколько ее задело присутствие светлого коллеги и его слова, если бы все не застилал гнев.

– Он отказался, – оборвал ее Далис. – Хоть я и предложил ему светлый дар взамен утраченного, но нет – твой слуга остался верен тебе и уйдя со службы. Это достойно награды.

– Он ее уже получил.

– Возможно, – не стал спорить собеседник. – Но мне казалось, лучшее, что мы можем сделать для своих слуг, – дать им свободу выбора.

– Он ее и получил.

– Поэтому оставил часть себя у тебя в руках? – Далис смотрел ровно на зашипевшего от такого внимания котенка. Пушистик чувствовал, что хозяйке присутствие чужого не нравится, и всем своим видом – от выпущенных когтей до вздыбленной шерстки – выражал полную солидарность.

– Это было его решение. Та самая свобода выбора, о которой ты так радеешь, – растянула губы в улыбке Ани и предупредила: – Это мой город, я пришла сюда первой, и места в нем для тебя нет.

– Для Кардалиса – да, ты в своем праве, но я ведь могу немного побыть и человеком. Это бодрит, знаешь ли. – Блондин потянулся, расправил плечи и наградил сердитую собеседницу снисходительной улыбкой. – Считай, я решил отдохнуть немного от дел. Свита справится, а я освежу в памяти последние достижения колдовского искусства. И, пока не забыл… – Далис лучезарно улыбнулся, словно это его воплощение подрабатывало на базаре, – на моих занятиях все равны.

Его рука прошла сквозь сжатые пальцы Ани, рассыпаясь сотнями ярких песчинок и собираясь вновь.

– Не опаздывай, – предупредил светлый и ушел как ни в чем не бывало. Ани провожала его взглядом до самых ворот, а после – продолжила свой путь. Но теперь он лежал не в общежитие, а в главный корпус, к расписанию, где, судя по довольному лицу коллеги, наметились изменения.

Изменившиеся строчки заставили ее прикрыть глаза, чтобы пережить секунды гнева, когда все вокруг теряло свою значимость и хотелось лишь одного – напрочь стереть источник раздражения, не думая о последствиях. Но, увы, позволить себе подобное Ани не могла. Далис уже покинул город – она больше не чувствовала его присутствия, а срываться на академии… Ей здесь еще отвлекаться от скуки, хотя, казалось, последней в ее жизни больше не осталось. Особенно теперь, когда напротив основ целительства стояло незнакомое имя – Альбин Кентор.

Она хотела было уже уйти, когда почувствовала приближение посторонних. И пусть часть из них она знала, попадаться на глаза бывшему слуге не хотела, а потому шагнула на грань, исчезая из поля зрения спускавшихся по лестнице магов и… Морьена. Заставить себя называть его другим именем она не могла. Для нее он так и остался Мором, даже сейчас, когда другая шла с ним рядом, положив ладонь на сгиб локтя, и о чем-то щебетала, не смущаясь присутствия двух магистров и Кириана. Аркант хмурился, словно исполнение его желания не принесло удовлетворения. Маленвер также был задумчив, но если его коллега прислушивался к беседе родственницы и друга, то менталист будто бы отсутствовал здесь, полностью погруженный в свои мысли. Один лишь Кириан был просто сердит, и причина тому шла прямо перед ним, облаченная в черное и раздраженно морщившаяся от пристального внимания стража. И в иной ситуации Ани не постеснялась бы уточнить, что послужило камнем преткновения между двумя ее слугами, но она не могла сдвинуться с места, с всепоглощающей тоской наблюдая за Морьеном.

Он не выглядел счастливым. Даже теперь, будучи живым, он как две капли воды походил на прежнего себя, словно принял тяжелое решение и обязан следовать ему до конца. Но ведь она дала ему возможность снова жить, снова быть собой, снова быть счастливым?!

Ани смотрела вслед удаляющейся компании и не могла понять: в чем была ее ошибка?

– Нужно время, – наконец проговорила Хозяйка Замка. – Скоро все изменится, – убеждала она себя, но в глубине души теплилась отчаянная, не признаваемая ею надежда, что она ошибается.

Пожалуй, Ани была единственной, кто не удивился, не обнаружив на привычном преподавательском месте пожилого светлого. Для остальных же замена была пусть и ожидаема – ознакомиться с расписанием успели многие, – но не настолько. Это воплощение Светлейшего было слишком молодым для почетного звания архимага, но именно оно числилось под его именем и вселяло трепет в сердца светлых, кто собирался связать свою жизнь с целительством. Темные же приуныли: для многих до сих пор непреодолимым препятствием на пути к постижению себя было просто присутствие полярных по дару коллег, а уж когда целый архимаг ворожить будет… темная часть потока заранее уныло таращилась кто в стену, кто в окно, а кто и в потолок. Ани была солидарна со вторыми: пейзаж за окном требовал ее незамедлительного внимания. Как-никак листья начали облетать, намекая на приближение зимы и сессии, хотя думать о последней начали пока лишь старосты и несколько особо ответственных адептов, в числе коих была и Доминика.

В нетерпении девушка закусила перо, а потому так и застыла, выпучив глаза, когда дверь аудитории распахнулась и пред выжидающие очи первокурсников ступил молодой красивый – судя по волне вздохов со стороны светлых адепток – мужчина, в самом расцвете карьеры и сил.

Ани хмыкнула, обводя пренебрежительным взглядом враз расправивших плечи дев, расплывшихся в своих лучших улыбках. Ни одна из них, как ни старайся, не могла посоперничать ни в красоте, ни в умении держать себя с покойной императрицей, изменившей мужу со Светлейшим и наградившим династию Великим покровителем. Впрочем, Далис и не собирался никого сравнивать или осаждать: напротив, улыбка светлого словно задалась целью достигнуть каждого. Только не каждый был ей рад.

Ани поморщилась и отвернулась, вновь переводя взгляд на деревья вне аудитории и отстраняясь от происходящего в ней. Локоть Доминики, ткнувший ее руку, стал для нее неожиданностью. Девушка перевела взгляд на слугу, но та только косила глазами на молчавшего преподавателя, в то время как адепты, кто с интересом, кто с затаенным злорадством, смотрели в ее сторону.

– Прошу прощения, но я не расслышала вопрос, – честно призналась Ани, награждая коллегу взглядом полным осуждения. Но Далис не проникся, и, едва стих нервный ропот аудитории, поднял правую ладонь, призывая к порядку, и заметил:

– Я просил вас продемонстрировать все изученные к настоящему времени виды перевязок. Прежде чем переходить к более энергоемким способам купировать повреждения, мне необходимо убедиться, что все из вас освоили основы. В конце концов, все из нас люди и должны в первую очередь полагаться на собственные возможности, а не на полученную взаймы силу. Выбор пал на вас.

Усмешка светлого была до того ехидной, что сомневаться в неслучайности выбора не приходилось. Ани. Остальные лишь в очередной раз убедились, что их сокурснице на роду написано привлекать преподавательский взгляд. Ведь даже новый преподаватель из сотни вариантов выбрал тот единственный, который никого уже не удивлял.

Ани покосилась на Доминику, и та с готовностью поднялась, понимая, что демонстрация невозможна без партнера.

– Нет, моя дорогая, – остановил ее Далис. – Я не в праве заставлять вас терпеть неудачные попытки сокурсницы, потому возьму на себя эту роль.

Неодобрительно-завистливый стон пронесся по рядам. Теперь на месте Ани хотели оказаться многие, даже если заплатить за право прикоснуться к новому объекту обожания придется неудом.

– Смелее, – подбодрил спускавшуюся коллегу Далис, за что был бит. Не в реальном мире, разумеется, но гнев Ани он почувствовал сполна. Даже челка слегка заколебалась, когда по границе пронесся ураган беснующейся силы. Впрочем, оба бога помнили о том, где находятся, потому в реальный мир просочились крохи, добавляя адептам обоих направлений энтузиазма.

– Конечно, – оскалилась девушка и спустилась с последней ступеньки амфитеатра. Бинт, казалось, сам скользнул ей в руки, и, чуть размотав его, Ани улыбнулась. Оценила, какой прочный ей достался перевязочный материал, и, на мгновение забыв, что на них направлены взгляды замерших в предвкушении ее позора адептов, перехватила бинт совсем не так, как полагалось для перевязки, скорее для иммобилизации. Окончательной и бесповоротной.

– Вас и бинт держать не научили? – притворно удивился Далис. Ани разжала пальцы, взглядом давая понять коллеге, что думает о его играх.

Увы, как она ни старалась, доставить серьезных проблем воплощению не смогла. Даже вырванные волосы коллега ей благодушно простил, лишь заметив во всеуслышание, что данной адептке еще практиковаться и практиковаться, и лучше на ком-то бесчувственном и бессознательном, тогда больше шансов сохранить собственную шевелюру в неприкосновенности.

Услышав такое, Ани мстительно выдрала еще пару волос, с удовлетворением отмечая, что сокурсницы пропускают слова нового преподавателя мимо ушей, а вот за местами, куда падали невинные жертвы ее раздражения, смотрят внимательно и почти с любовью. Определенно, в уме просчитывая, сколько придется заплатить за зелья привлекательности и нельзя ли будет задействовать тяжелую артиллерию. Все же волосы – штука куда более надежная, чем ложечка.

К всеобщему разочарованию, светлый не отличался рассеянностью и, когда Ани закончила издеваться над волосами ни в чем не повинного воплощения, щелчком пальцев уничтожил все изъятые ею частицы тела. Все, кроме одного пучка, который мстительная коллега не стала сбрасывать на пол, удерживая в пальцах, и теперь купалась в обожающих взглядах сокурсниц. Сомневаться в том, что скоро начнутся торги, не приходилось.

– Благодарю за демонстрацию, – поднимаясь со стула, на котором ему пришлось вытерпеть экзекуцию, заметил светлый. – Теорию вы знаете, а над практикой еще следует поработать. Пока вас можно выпускать лишь на поле боя: раненные едва ли поймут, какие травмы нанесли им враги, а какие остались после вас. Впрочем, ваши коллеги за ближайшие пять лет, полагаю, смогут изменить ваш подход к делу.

Первые ряды передернуло: это наблюдать за мучением ближнего порой весело, но даже представить, что подобным образом могут обойтись с тобой, – тут уж желающих не оказалось, и на Ани посмотрели с тревогой и осуждением.

– Скорее им придется не попадать в ситуации, когда может понадобиться моя целительская помощь, – хмыкнула девушка. – Больше мотивации никому не повредит.

– Не могу не согласиться, – усмехнулся светлый и перевел внимательный взгляд на аудиторию. – Отряд, к которому прикрепляют целителя-недоучку, обычно приходит с минимальными потерями.

– И потери эти – целитель, – пробормотал кто-то себе под нос, но из-за повисшей в кабинете тишины его голос услышали все.

– Верно, – не стал спорить светлый и добавил: – Поэтому, если хотите во время практики дожить до ее конца, тренируйтесь в академии. Это спасет и вас от расправы, и ваших подопечных от мук совести.

Сказать, что слова преподавателя вызвали оторопь среди неподготовленного светлого отделения, значило многозначительно промолчать. Темные же понятливо кивнули, прекрасно понимания, что в случае какого-либо происшествия выживет не самый честный и добрый, а зачастую везучий и прагматичный до подлости, не пожелавший жертвовать собой ради абстрактных высших целей. А там и целителем можно поступиться. Разумеется, после того как тот свой «долг» исполнит и станет для отряда бесполезным. До тех пор можно и потерпеть немного.

– Продолжим, – выждав, пока удивление его словами схлынет, сказал Далис и предупредил: – На следующем занятии будет первый зачет по иммобилизации. Два теоретических вопроса и практическое применение повязки из первого вопроса.

– А второй теоретический момент?

– Будет для вас сюрпризом, – отрицательно покачал головой мужчина и распорядился: – Открываем конспекты. Оставшееся время уделим лекции. Записываем: «Основные виды стабилизирующих заклинаний…»