любовное фэнтези

короткие любовные романы

героическое фэнтези

русское фэнтези

фэнтези про драконов

Заряна видит ложь в отражении: у лжеца образ в зеркале отстаёт на один вдох. За этот дар в родном селе её зовут проклятой. А когда лунный сон крадёт её младшую сестру, Заряна нанимается зеркальщицей в замок Серебрянь — туда, где выцветает последний лунный дракон, а все зеркала завешены свинцом.
Лорд Даэрин Веспер три года гаснет без истинной пары и готовится «уйти за зеркало» — тихо исчезнуть навсегда. Он не верит нищей зеркальщице, пока не понимает: она видит то, чего не видит никто. Родовое зеркало дома Веспер не ослепло. В нём кто-то есть. Кто-то смотрит с изнанки — и зовёт Заряну по имени.
Чтобы спасти сестру и дракона, которого нельзя было полюбить, проклятой придётся сделать то, чего боится вся межа: назвать тьму по имени. Даже если для этого нужно самой шагнуть за зеркало — туда, откуда ещё никто не возвращался.

Проклятая невеста для лунного дракона

«Зимняя невеста Зеркального лорда зиму не переживёт» — так говорят в Талом Логе. Лекарку Ингу по прозвищу Стужа, которую в родном селе зовут проклятой, отдают ледяному дракону в уплату долга: и недоимку закрыть, и избавиться от той, «кого не жаль».
За ней приезжает сам лорд Хальвард Морн — властный, немногословный, с рукой, что стекленеет от древней стужи. Без истинной пары его род застывает заживо, а Зеркало Стужи семь лет назад показало, что пары у него нет. Ему не нужна жена. Ему нужно тихо угаснуть.
Но Инге хватает трёх дней, чтобы понять: в мёртвом замке лгут. Лорд не губил своих невест — они пропали. Из стены плачет забытый ребёнок. А древнее Зеркало, что мутнеет на лжи и теплеет на правде, вовсе не разбито — его заставили молчать. И у того, кто это сделал, мягкий голос и холёные руки.
Чтобы спасти дракона, ребёнка и себя, Инге придётся перестать прятать свой дар — и заставить лёд сказать правду при всех. Даже если правда в том, что «проклятая» и есть та самая, единственная.

(Не)нужная невеста ледяного дракона

Меня зовут Кенна, я водоноска, и я знаю цену всему: глоток — медяк, кувшин — день жизни, правда — дороже воды. В моём краю воду продаёт цех, а платят за неё клятвами у мерной чаши. Я умею то, о чём молчу с детства: слышу воду под песком, и вода при мне не терпит лжи. 
За краденую воду меня везут на суд к стеклянному лорду. Тамир Сарран — песчаный дракон, у которого правая рука уже звенит стеклом: без истинной пары драконы его рода спекаются заживо. Его приговор ошеломляет всех: «Я беру её в жёны. По расчёту». 
Двенадцать пунктов в брачном контракте — и один мой: в доме не лгать. Но Солнечная Капля, древнее стекло, что веками судило Пески правдой, три года черна и молчит, а край шепчется, что новая жена лорда — ведьма колодцев. Я знаю цену всему. Скоро узнаю и цену правды: её нельзя купить — её можно только отдать. Даром. При всех. И тогда стекло заговорит.

Стеклянная невеста для дракона песков

Двенадцать лет Лисанну Кальдор держали в плену под чужим именем — рычагом против родного дома. Теперь она свободна и приехала наставницей огня в первую в державе академию одарённых детей: учить тех, кого, как и её когда-то, некому было научить держать своё пламя в темноте.
Но рядом с ней ставят того, чьей крови она боится больше прежних тюремщиков, — Сорена Дейна, пепельного дракона из рода «тех, кто тушит». Его дар создан гасить её огонь, и доктрина велит им быть врагами: пепел укрощает пламя. Вот только этот молчаливый, всех сторонящийся дракон не гасит детей — он их укрывает. А выстывает в золу лишь от одной веры: что любовь не для палаческой крови.
Когда под маской заботливого попечителя в академию приходит последний уцелевший узел старого зла и тихо превращает школу освобождения в доильню, пеплу и пламени придётся выбрать: покориться доктрине — или сжечь её дотла. Вместе.
Огонь без золы — пожар. Зола без огня — могила. А вместе?..

Академия драконов и огня

Двенадцать лет Лисанну Кальдор держали в плену под чужим именем — рычагом против родного дома. Теперь она свободна и приехала наставницей огня в первую в державе академию одарённых детей: учить тех, кого, как и её когда-то, некому было научить держать своё пламя в темноте.
Но рядом с ней ставят того, чьей крови она боится больше прежних тюремщиков, — Сорена Дейна, пепельного дракона из рода «тех, кто тушит». Его дар создан гасить её огонь, и доктрина велит им быть врагами: пепел укрощает пламя. Вот только этот молчаливый, всеми сторонящийся дракон не гасит детей — он их укрывает. А выстывает в золу лишь от одной веры: что любовь не для палаческой крови.
Когда под маской заботливого попечителя в академию приходит последний уцелевший узел старого зла и тихо превращает школу освобождения в доильню, пеплу и пламени придётся выбрать: покориться доктрине — или сжечь её дотла. Вместе.
Огонь без золы — пожар. Зола без огня — могила. А вместе?

Осенью на Косе торгуют всем, кроме моря, — море не торгуется. Марен, ныряльщица-жемчужница, слышит то, чего не слышит никто: звенит ли слово правдой или глохнет ложью. В штормовую ночь она вытаскивает из чёрной воды незнакомца и, спасая, произносит древний морской обет — а утром узнаёт, что повязала себя с владыкой Островов. С ледяным драконом, который семь лет не даёт обетов и медленно уходит в туман.
Двор считает её самозванкой. Жемчужина-обет, веками судившая Острова, ослепла и молчит. А мягкоголосый откупщик с материка уже подписал бумагу, по которой и острова, и сама Марен — всего лишь строки в его долговой книге.
Но Марен знает то, чего не знает никто. Жемчужину не сломали — её морят голодом. И если накормить её исполненными обетами, она заговорит. Брак по обету, который станет настоящим. Истинная пара, в которую не верят оба. И правда, которая либо звенит — либо нет.

Жена по обету для ледяного дракона

Я — певица юрты ханши. Голос — моё ремесло, а тайный дар — слышать фальшь в любом чужом голосе. Пятнадцать лет степью правит суд Поющего камня: на правде он поёт стройно, на лжи — фальшивит. Вот только мой брат сказал правду — а камень сфальшивил, и брата бросили в судную яму.
Чтобы купить мир между степью и Ветровой ставкой, меня отдают в жёны лорду Тарлану Аргуну — ветряному дракону, которого боится вся межа. Брачный ряд на четырнадцати лентах, и седьмая — «никаких чувств». Но я привязала свою, пятнадцатую: в юрте — только правда.
У меня двадцать четыре дня до Ночи Большого Ветра, чтобы понять, почему великий камень лжёт, вытащить брата из ямы и не отдать сердце мужу по расчёту. А у степи хороший слух: фальшь слышно. Особенно — свою.

Ханская невеста для степного дракона

Шесть лет назад огранщица Эльда бежала с Гранёного кряжа под зимний дождь — изгнанная, оболганная, под чужим именем и с тайной под сердцем. Теперь у неё тихий городок на краю империи, ремесло и сын, о котором никто не должен узнать: в глазах мальчика — золотая искра самоцветного дракона.
Но в город входит отряд того, от кого она бежала. Лорд Каэл Гранн, владыка самоцветной горы, медленно каменеет без истинной пары — и не знает, что у него есть наследник. Одного взгляда на ребёнка хватает, чтобы шесть лет тишины раскололись, как камень от неверного удара.
Эльду ждёт возвращение в дом, что её отверг: холодная бабка, навязанная жениху невеста, кастелян с холёными руками и мягким голосом — и древнее Гранёное сердце, что мутнеет на лжи и пылает на правде. Кто-то солгал шесть лет назад. И этот кто-то всё ещё в доме.
Чтобы спасти сына, дракона и саму себя, ей придётся сделать то, чего она боялась всю жизнь, — перестать прятаться и заставить камень сказать правду при всех.

Ева Зимина