любовное фэнтези

героическое фэнтези

боевое фэнтези

городское фэнтези

любовно-фантастические романы

Город сжёг его за то, что он чудовище.
Костёр погас. Мальчик выжил — и потерял память.
Теперь он не помнит, скольких убил.
Не помнит, что спит у него внутри.
Не помнит, почему за ним идёт охотница с его же лицом.
Но горы помнят. И то, что под ними, — тоже.
Историю можно забыть.
Тьму, что ждёт внизу, — нельзя.

Проклятый свет

Кас Воренн чистит дерьмо. Буквально. Коллекторы Асхарата — его потолок.
До того дня, когда лопата упирается в кулак мертвеца. Внутри — чёрный камень. Он не светится и не греет. Он просто жрёт тишину. И в голове у Каса начинает звучать чужой голос. Мягкий такой. Почти нежный: «Не бойся».
Оказывается, камень — не артефакт. Это ключ. А Кас — единственный замок, в который он подходит. Поэтому за ним идут люди, которые сжигают чужие мозги за то, что те слишком много слышали.
Рядом с ним — гигант, вшивший себе имя в кожу, чтобы не забыть кто он. Врач, которая чинит людей не из жалости, а из принципа. И проводник, чьи руки по локоть в крови его отца.
Это история про то, как не стать дверью в никуда. Когда пустота уже внутри, а единственное, что держит тебя в мире — три голоса снаружи.
Асхарат гудит. Пока — гудит.

АСХАРАТ: СЕМЯ ТИШИНЫ

Без серии

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Кас Воренн чистит дерьмо. Буквально. Коллекторы Асхарата — его потолок.
До того дня, когда лопата упирается в кулак мертвеца. Внутри — чёрный камень. Он не светится и не греет. Он просто жрёт тишину. И в голове у Каса начинает звучать чужой голос. Мягкий такой. Почти нежный: «Не бойся».
Оказывается, камень — не артефакт. Это ключ. А Кас — единственный замок, в который он подходит. Поэтому за ним идут люди, которые сжигают чужие мозги за то, что те слишком много слышали.
Рядом с ним — гигант, вшивший себе имя в кожу, чтобы не забыть кто он. Врач, которая чинит людей не из жалости, а из принципа. И проводник, чьи руки по локоть в крови его отца.
Это история про то, как не стать дверью в никуда. Когда пустота уже внутри, а единственное, что держит тебя в мире — три голоса снаружи.
Асхарат гудит. Пока — гудит.

Геннадий Замостоцкий