сказки

историческая литература

детская познавательная и развивающая литература

социальная фантастика

космическая фантастика

В центре картинки планета на фоне космоса. Планета покрыта зеленью и холмами, на ней много замков

Закат Трантора. Психоистория имперского заката

В эпоху распада Первой Галактической Империи планета Анакреон стала домом для ньяков — гигантских летающих хищников, ставших символом заката цивилизации. Это искусственно выведенные из нелетающих птиц существа, созданные для развлечения имперской знати и превратившиеся в стихийное бедствие.
Внешне ньяк — это трехтонная туша лиловой плоти без головы, с двумя фасетчатыми глазами и шестью конечностями, превращающимися в крылья размахом до семидесяти метров. Его инфразвуковой рев останавливает сердце человека, а кислотная кровь растворяет сталь.
С падением Империи охота на них легла в основу государственности Королевства Анакреон, став способом легитимизации власти королей. Однако стаи уничтожили сельское хозяйство планеты. Проблема была решена лишь Первым Фондом, используя методы психоистории и скрытую технологическую экспансию.

Сага об Анакреоне и ньяках

Алиса снова падает в безумие, но на этот раз - через сломанный барометр Белого Кролика. В Подземье случилась катастрофа: Время не просто остановилось, оно застряло на пяти часах вечера. Башенные часы в Чаепещере не бьют, чай в чашках прибывает бесконечно, а сахарницы грозят затопить всё королевство. 
Чтобы спасти Подземье от Великого Сладкого потопа, Алисе предстоит путешествие по изнанке логики. Ей придется вывернуть таблицу умножения наизнанку, убежать от собственных ног, пережить унизительную лекцию от Синей Гусеницы-бухгалтера и выдержать Геометрию боли от Королевы Пик. 
В сопровождении вечно тоскующего Грифона и плоской, как чертеж, Черепахи Скуки, Алиса должна найти Минутную стрелку, которая ушла в отставку и преподает в Школе для Заблудившихся Снов. 
Это история о том, как заставить время идти дальше, оскорбив его до глубины души, и о том, что самая тяжелая ноша в мире - это Великий Экзистенциальный Груз, если у тебя внезапно стали полупрозрачными плечи.

Алиса, часы и ускользающий вторник

Алиса скучает в саду у бабушки, пока мимо не пробегает Синий Сурок с граммофоном, опаздывающий к началу собственного хвоста. Заглянув в рупор граммофона, Алиса падает не в кроличью нору, а сквозь слои собственной памяти, роняя по пути катушки с разговорами и бабушкин рецепт пирога.
Ее ждет Страна, где логика вывернута наизнанку: Дверные ручки страдают меланхолией по субботам, а Среды стирают в реке, чтобы смыть с них пятна Праздников. Здесь слова, если они недостаточно весомы, отрываются от губ и улетают, а чтобы попасть в Четверг, нужно выиграть суд над Вторником, решив задачу о пудинге, поющем басом.
Это история не о борьбе со злом, а о путешествии сквозь грамматику. Алисе предстоит выяснить, кто платит за проезд, если пудинг поет, а ложка спит, и понять, что пробуждение — это лишь переход в ту часть реальности, где чай остыл, а часы показывают без пяти минут вечность.

Алиса и начало собственного хвоста

Эфес, 356 год до н. э. Великое чудо света - храм Артемиды - лежит в руинах. Поджигателем оказался не персидский шпион и не ревнивый фанатик, а Герострат - разорившийся торговец папирусом, чья жизнь была чередой неудач. Его поступок не приступ безумия, а холодный расчет: он решил купить бессмертие по цене кувшина ворованного масла.
Вместо того чтобы бежать, Герострат остается в камере. Он превращает следствие в самый дерзкий торг в истории, играя на слабостях сильных мира сего. Жена сатрапа Клементина видит в нем романтического героя, сатрап Тиссаферн - инструмент шантажа, а честный архонт Клеон - угрозу самому понятию закона.
Пока город сходит с ума, требуя зрелищ, а каменщики молча возводят новый храм, Герострат доказывает страшную теорему: разрушать легче, чем созидать, а слава палача всегда бледнеет перед славой убийцы.
Это историческая трагикомедия о рождении черного пиара, о тщеславии и о том, как один ничтожный человек заставил целую цивилизацию плясать на своих похоронах.

Эфесский контракт

Галактическая Империя умирает, но ее элита на планете-столице Трантор этого не замечает. Вместо управления государством министры и придворные увлеклись «теоретической археологией» - изысканным хобби, позволяющим предсказывать будущее и управлять политикой, не выходя из библиотек.
Лорд Бродрик читает судьбу Империи в ритмах забытых стихов, а Дорис Венабоу вычисляет мятежи по рецептам древних соусов. Пока они ищут скрытые смыслы в налоговых отчетах и цвете чернил, флоты дезертируют, а казна пустеет.
«Археология Пепла» - это история о том, как интеллектуальный снобизм и одержимость прошлым стали идеальным наркотиком для умирающей цивилизации. Роман в лучших традициях фантастов исследует, может ли наука о мертвых спасти живых, или же бесконечное изучение руин - лишь самый изящный способ рыть себе могилу.

Археология Пепла: Хобби, разрушившее Галактическую Империю

Археология Пепла, или Хобби, разрушившее Галактическую Империю

Без серии

Алиса, Часы и Ускользающий Вторник

Детская литература

Галактика умирала. Великая Империя, правившая миллионами миров, задыхалась в тисках собственной бюрократии, инфляции и паранойи. На окраинах, где имперские легионы сменились варварскими королями, ржавели звездолеты, а наука стала религией, наступали Темные века.
Но математик Гэри Сэлдон нашел закономерность в этом хаосе. Его психоистория доказала: падение неизбежно, но грядущие тридцать тысяч лет варварства можно сократить до одного тысячелетия.
Ссылаясь на Трантор, Сэлдон создает «Фонд» на планете Терминус - ковчег знаний, призванный стать новой Византией в космосе. Вместо армий - торговцы технологиями. Вместо императоров - жрецы Атома.
Эта книга - детальный разбор величайшей исторической рифмы: как падение Галактической Империи повторяет агонию Древнего Рима, превращая законы социологии в захватывающую сагу о власти, коррупции и выживании цивилизации

Михаил Ланской