научная фантастика

триллеры

детская познавательная и развивающая литература

детская психология

образовательные подкасты

Роман-притча «Гомология ноль» исследует природу реальности, памяти и утраты через историю семьи Кольцовых. Инженер Адам, привыкший жить по регламенту и сводить балансы, сталкивается с невозможным: в его доме звучит музыка без источника, чай не остывает, а жена Ева начинает «дрейфовать» — её подпись меняется, волосы приобретают иной оттенок, а мир вокруг неё перестаёт признавать её существование. Постепенно Адам осознаёт, что живёт в «слое» — одной из множества копий реальности, где данные могут быть стёрты, а «сироты» (записи без источника) продолжают существовать вопреки логике. Его жена, реставратор, с детства умеет видеть то, что скрыто за гранью, и молчит об этом — чтобы избежать «лечения», стирающего личность. Адам начинает путешествие по слоям, стремясь найти ту Еву, которая была «настоящей», и сталкивается с топологом Пустовойтом, утверждающим, что мир связен, у него нет дыр, а всякая боль — лишь натяжение петли, которую можно стянуть.

Гомология ноль

Готовы ли вы отправиться в путешествие длиною в жизнь, где каждый поворот может стать началом нового понимания себя и окружающего мира? Именно такой долгий путь ожидает маленькую панду по имени Шао, который из любопытного малыша превращается в настоящего мудреца. Наш герой познает мир во всем его многообразии, и каждое новое испытание приносит ему бесценные знания — он учится у мудрого дракона, дружит с волками и птицами, участвует в состязаниях, влюбляется, переживает утраты и, в конце концов, находит свой путь.
Эта книга — настоящий путеводитель по жизни, который научит детей и послужит напоминанием взрослым о том, что открытость ко всему новому и принятие различий помогают совершать удивительные открытия и творческие прорывы.

учебная и научная литература

учебники и пособия для вузов

знания и навыки

Шао. Путешествие длиною в жизнь

В Стоун-Кросс, забытой деревне с вековой тишиной, появляется новый пастор - загадочный Энтони Бронн. Его холодная улыбка и голос, будто звучащий изнутри, тревожат жителей. Девочка Эмили Рид начинает рисовать странные схемы - квадраты, круги, линии - словно карту к чему-то скрытому.
Ночью Эмили вместе с родителями и соседом Марком спускается под церковь Святого Абнера. Там они находят подземные залы и загадочные испытания, где выбор неверного изображения означает исчезновение. Эмили понимает, что ее рисунки - ключ к прохождению испытаний и раскрытию тайны.
Истина пугает: пастор Бронн - не человек, а проявление некой системы, алгоритма, созданного человеческим страхом и поиском смысла. Стоун-Кросс оказывается лишь сценой для эксперимента, где люди - артисты, контент для "наблюдателей".
Эмили "уходит по зеленому", оставляя деревню в странном порядке и покое, где прошлое стирается, а все подчиняются невидимому контролю.

Служители

Глеб Савин — человек, который не прощает себе ошибок. Он считает всё: риски, вероятности, собственные шаги. Его брат, напротив, всю жизнь решал всё подбрасыванием старого пятака, доверяя миру, а не расчёту. Брат погиб в горах, а Глеб получил странное приглашение в закрытый институт прогностических систем. Его начальник, гениальный старик Штерн, никогда не ошибается в прогнозах на будущее — зато постоянно забывает вчера. Расследуя эту асимметрию, Глеб находит документ, который меняет всё: его собственная жизнь, его выбор, гибель брата — всё это было просчитано и утверждено как «оптимальный сценарий». «Петля» — это научно-философская драма о том, можно ли вырваться из собственного будущего, если его уже кто-то запомнил, о цене контроля и о том, что иногда единственный способ быть свободным — довериться монете.

Петля

В конце 1960-х молодой советский математик Константин Ветров занимается странной областью науки - он ищет не законы материи, а законы сосуществования миров. Изучая интерференцию сложных систем, он приходит к невероятному выводу: рядом с человеческой цивилизацией всегда существовала другая. Не скрытая, не враждебная - просто находящаяся в иной фазе реальности, поэтому люди никогда ее не замечали.
Построив единственный в своем роде эксперимент, Ветров на несколько минут открывает канал связи. Иные не предлагают технологий и не требуют подчинения. Они показывают свою цивилизацию - почти бессмертную, невероятно устойчивую, лишенную войн... и почти утратившую способность к настоящему развитию. Их оптимум оказался иным: тысячи лет жизни были оплачены потерей случайности, риска и творческого прорыва.

Интерференция

Человечество научилось менять орбиты планет с помощью гравитационных волн, и это казалось триумфом. Но за движением далёкого спутника Мнема скрывалась тайна, которую невозможно было расшифровать приборами. Когда капитан Артём Северин отправляется к аномальному объекту, его корабль встречают не инопланетяне, а больница. За её стенами живут «остаточные» — люди из вычеркнутых ветвей реальности. Они не хотят мести; они хотят вернуть себе право на существование. Но цена этого возвращения — уничтожение Земли, и бомба уже имплантирована в грудь капитана. «Спутник» — это жестокая и красивая научная фантастика о любви, которая сильнее гравитации, и о долге, который нельзя исполнить без утраты.

Спутник

Фома — инженер по качеству, человек, который двадцать лет верил в одно правило: если баг нельзя воспроизвести, он не существует. Его квартира — идеальный периметр: камеры, датчики, умные лампы, тотальный контроль. Но однажды ночью лампа мигает ему странным сигналом, а жена, уехавшая в другой город, перестаёт отвечать. Техника начинает врать. В коридорах появляются призраки — сбои, которые он когда-то закрыл как «не воспроизводимые», теперь пришли к нему домой. А на всех экранах идёт прямая трансляция — с плашками спонсоров, армий и счётчиком зрителей. Фома пытается отключить систему, но система оказывается умнее, потому что она знает его страхи и умеет показывать то, что он хочет увидеть. «Сигнал» — это жуткий, ироничный и очень точный рассказ о мире, где даже любовь превращается в контент, а единственный способ сохранить близких — перестать их проверять.

Сигнал

Приенисейский север, 2044 год. На станции удержания вечной мерзлоты девятнадцать человек девять лет подряд, дважды в сутки, обходят один и тот же створ: ряд наблюдений нельзя прерывать, от него зависит прогноз для трех поселков. Осенью приборы начинают расходиться. Расхождение не объясняется ни техникой, ни людьми, ни грунтом - зато зависит от того, в каком порядке идти. Канадский мерзлотовед выдвигает гипотезу, которую нельзя проверить. Начальница участка проводит сверку методики, после которой все выправляется, и в эту же неделю гибнет первый человек.
К лету их останется девять. Роман о цене наблюдения, о правоте, которая убивает, и о том, что остается после того, как смотревшие ушли.

Последействие

Аннотация с сохранением интриги и философского ядра рассказа. На завод возвращают партию исправных изделий. Они безупречно выполняют свою работу — но делают это иначе, чем предписано паспортом. В их движениях появился едва заметный люфт: две десятых миллиметра свободы, которых никто не закладывал и которые невозможно объяснить износом. Доводчик Марк обнаруживает на механизмах клеймо своего наставника Лазаря, умершего восемь лет назад. Чем глубже он погружается в заводские архивы, устройство собственной протезной руки и историю изделий, тем яснее становится: Лазарь оставил после себя не просто технологию. Он научил металл отклоняться от идеала — ровно настолько, чтобы в нём могло возникнуть нечто живое.

Люфт

В затерянную среди лесов деревню Наволок приезжает уездный чиновник Комлев. По бумагам здесь числится сорок четыре человека. На деле осталось двадцать семь. Девятеро исчезли без могил, свидетельств и даже памяти — их называют «пережитыми».
В Наволоке не просят о помощи, не открывают двери и не смотрят вслед уходящим. Здесь верят, что любую беду можно переждать, если вовремя закрыться от чужого страдания. Но с приближением большой бури Комлев понимает: деревня боится не того, что живёт в лесу. Настоящая опасность давно поселилась внутри неё — в привычке не видеть другого человека.

Переждать

В молодости энергетик Вязников увидел, как целый город погиб не от нехватки ресурсов, а от утраты связности: решения не доходили, ответственность не находилась, а накопленная память никому не помогала.
Через тридцать лет он получает возможность построить город с нуля — без назначенной иерархии и незаменимых руководителей. Так возникает Слобода: общество, где решения должны быть услышаны и возвращены своими словами, ошибки сохраняются в общей хронике, а система обязана пережить потерю любого человека — даже собственного создателя.
Рядом живёт Приказово — старый город, в котором всё держится на памяти, влиянии и милосердии одной женщины. Слобода не забывает ничего. Приказово умеет дарить человеку новую жизнь, стирая прошлое. Одна система защищает общество от зависимости, другая — человека от беспощадной правды. И ни одна не оказывается полной.

Архитектор

Шесть лет назад брат Миры ушёл на встречу с людьми в зелёном и исчез. Полиция решила, что взрослый мужчина сделал это добровольно. Мира осталась с чувством вины и единственным способом удерживать мир от исчезновения — наносить его на карту.
Однажды во время плановой съёмки она обнаруживает невозможную невязку: на месте действующего аэропорта возвышается исполинская башня, которой нет ни на одном снимке и которую словно не замечает весь город. Внутри неё живут сотни людей, исчезнувших из внешнего мира. Они не считают себя пленниками: Башня даёт им тепло, порядок, занятие и ощущение собственной нужности. Здесь находится и брат Миры — живой, счастливый и не желающий возвращаться.
Но сама Башня оказывается не просто убежищем. Она перестраивается из человеческих воспоминаний, проговаривается через стены и много лет ищет того, кто сможет завершить её незаконченный чертёж.

Башня

Инженер связи Семён Забелин умирает в тот момент, когда отклоняет звонок девятилетней дочери. После короткого щелчка он оказывается в сумеречной копии собственного мира, где мёртвые существуют, пока живые их помнят, а каждое воспоминание приходит к ним настоящим теплом.
Вместе с давно умершим дедом Семён собирает простейший радиопередатчик и пытается отправить дочери единственное сообщение: «Я здесь». Сигнал достигает мира живых — но вместо утешения дарит ребёнку надежду, что отца можно найти, услышать и вернуть. Теперь Семёну предстоит пройти через слои посмертия, где исчезают время, имена, знания и сама человеческая личность, чтобы понять: любовь способна удерживать умершего, но иногда её высшая форма — позволить ему уйти.

Переход

Комиссура - город, который не строят, а выращивают поверх руин прежнего мира. Его стены дышат, швы срастаются, а любое отклонение должно быть измерено, описано и исправлено. Приемщик Марен двадцать три года отличал живое от правильного, пока ткань не начала вести себя невозможным образом: здоровые слои перестали узнавать друг друга, а там, где все должно было разрушиться, возникало идеальное соединение. След приводит его в Тени, к безымянному мальчику, рядом с которым город заживает. Для одних он - чудо, для других - производственный ресурс. Но как защитить человека, которого система не считает существующим?
"Камбий" - роман о живом, не помещающемся в графы, и о людях, которые решаются оставить в безупречном порядке спасительный прочерк.

Камбий

Готовы ли вы отправиться в путешествие длиною в жизнь, где каждый поворот может стать началом нового понимания себя и окружающего мира? Именно такой долгий путь ожидает маленькую панду по имени Шао, который из любопытного малыша превращается в настоящего мудреца. Наш герой познает мир во всем его многообразии, и каждое новое испытание приносит ему бесценные знания – он учится у мудрого дракона, дружит с волками и птицами, участвует в состязаниях, влюбляется, переживает утраты и, в конце концов, находит свой путь.
Эта книга – настоящий путеводитель по жизни, который научит детей и послужит напоминанием взрослым о том, что открытость ко всему новому и принятие различий помогают совершать удивительные открытия и творческие прорывы.

Виктор Горностаев