знания и навыки

учебная и научная литература

гуманитарные и общественные науки

религия и духовная литература

монографии

Монография посвящена проблеме взаимоотношений истины и человека. Человек всегда выступал и как субъективная помеха истине, и как ее обязательное условие. Выбрав аргумент ad hominem в качестве красной нити, автор прослеживает некоторые историко-философские моменты этих взаимоотношений: от учредительного для философии размежевания ее с софистикой через сложную историю аргумента ad hominem и становление традиции трансцендентализма к дебатам о гуманизме в ХХ веке.
Книга адресована преподавателям и студентам-философам, а также всем читателям, интересующимся философией.



литературоведение

Ad hominem и обратно

Интеллектуальное сообщество, сложившееся вокруг немецкого поэта Штефана Георге (1868–1933), сыграло весьма важную роль в истории идей рубежа веков и первой трети XX столетия. Воздействие «Круга Георге» простирается далеко за пределы собственно поэтики или литературы и затрагивает историю, педагогику, философию, экономику. Своебразное георгеанское толкование политики влилось в жизнестроительный проект целого поколения накануне нацистской катастрофы. Одной из ключевых моделей Круга была платоновская Академия, а сам Георге трактовался как «Платон сегодня». Платону георгеанцы посвятили целый ряд книг, статей, переводов, призванных конкурировать с университетским платоноведением. Как оно реагировало на эту странную столь неакадемическую академию? Монография М. Маяцкого, опирающаяся на опубликованные и архивные материалы, посвящена этому аспекту деятельности Круга Георге и анализу его влияния на науку о Платоне.
Автор книги – М.А. Маяцкий, PhD, профессор отделения культурологии факультета философии НИУ ВШЭ.

русская классика

литература 19 века

Спор о Платоне. Круг Штефана Георге и немецкий университет

Исследования культуры

Субъективный репортаж-воспоминание об одном из легендарных философских событий конца ХХ века: 10-дневном коллоквиуме с участием Жака Деррида, посвященном двум темам – животного и автобиографии.
Через 20 с лишним лет после коллоквиума, через 15 лет после смерти Жака Деррида автор перечитывает и комментирует сделанный тогда «отчет». За сугубо индивидуальным опытом проступают черты автопортрета целого «философского поколения».



Декорации / Зависимости. Оммаж Жаку Деррида. Штрихи к автопортрету одного философского поколения

Библиотека журнала «Логос»

документальная литература

Арендт/Хайдеггер

Философия и религия

Михаил А. Маяцкий