социальная фантастика

истории из жизни

личный опыт

антиутопия

воспоминания

Антиутопия (а перед вами, читатель, типичный представитель этого популярного жанра) – художественное произведение, описывающее фантастический мир, в котором возобладали негативные тенденции развития. Это не мешает автору сказать, что его вымысел «списан с натуры». Потому что читатели легко узнают себя во влюбленных Кирочке и Жене; непременно вспомнят бесконечные телевизионные шоу, заменяющие людям реальную жизнь; восстановят в памяти имена и лица сумасшедших диктаторов, возомнивших себя богами и чудотворцами. Нет и никогда не будет на свете большего чуда, чем близость родственных душ, счастье понимания и веры в бескорыстную любовь – автору удалось донести до читателя эту важную мысль, хотя героям романа ради такого понимания приходится пройти круги настоящего ада. Финал у романа открытый, но открыт он в будущее, в котором брезжит надежда.


Бог нажимает на кнопки

Без серии

С того самого момента, когда она узнала, что их у нее будет четверо (потом выяснилось, что пятеро), она относилась к ним как к живым, родным, одушевленным людям. И потому не могло быть и речи о сознательной «редукции» ее будущей большой семьи. Она приняла предложение израильской клиники, которая бралась обеспечить благополучные роды. Ее же цель была куда сложней, чем у врачей, – не просто выносить, но и выходить, выкормить и вырастить всю пятерню. Теперь, когда цель достигнута и ее «малышам» уже по восемнадцать, можно и поделиться воспоминаниями. Ленинградка Ирина Левитина – теперь она Ева Левит – подробно и весьма откровенно рассказывает о том, как история уникальной беременности постепенно становилась хроникой тяжелейших будней, о том, какими разными росли и выросли ее дети, о том, как все они чудесны – в том числе и шестой, родившийся тремя годами позже. Кто-то из прочитавших эту исповедь воспримет ее как историю успеха, кто-то как психологическое руководство для родителей, а кто-то и как медицинскую прозу. Все они будут правы, и каждый, пожалуй, поймет, почему автор в какой-то момент почувствовала себя Евой.
