серьезное чтение

современная русская литература

об истории серьезно

историческая литература

альтернативная история

Внезапная смерть Александра в Вавилоне на пике славы в неполные 33 года столь же загадочна, как и его жизнь. Чудеса продолжались – его тело шесть дней оставалось нетленным, о чем свидетельствовал Плутарх. Полководец скончался от редкого неврологического заболевания, результатом которого стал паралич. Недвижимое тело сочли мертвым. Возможно, еще живым его для бальзамирования погрузили сначала в бочку с медом, потом в золотой саркофаг, начавший обратное движение с востока на запад. Эпопея с движением тела Александра в целом сопоставима с продолжительностью его завоевательного похода. Действительно ли он был сыном Зевса? Победы дали утвердительный ответ, и Александр стал еще при жизни требовать божественного поклонения себе.
Вторая часть книги «Житие Деметрия», посвящена представителю следующего поколения наследников, сыну соратника Александра Антигона Деметрию по прозвищу Полиоркет («Осаждающий города»). Жизнь его – цепь непрерывных столкновений со старшими диадохами на всем пространстве средиземноморского «эллинизма».
Герой третьей части – царь Эпира Пирр («рыжий»), которого Ганнибал считал вторым из величайших полководцев после Александра, себе скромно отводя лишь третье место. Пирр был троюродным братом и двоюродным племянником Македонского.
Пирр хотел стать новым Александром Запада, и многие считали, что сам Александр Македонский возродился в его лице. Его армия, создаваемая сообща едва ли не всеми царями эллинов, в сумме своей была более внушительной, чем Александра.
Дух героя был вполне александров, но его победы над римлянами оказались пирровыми, ведь противник оказался совсем другим. Не потерпев ни одного поражения, Пирр проиграл «войну на истощение», поскольку это была уже война ресурсов. Империя Запада возникала на собственной, римской основе.

о бизнесе популярно

финансовые инструменты

просто о бизнесе

биткойн

блокчейн

просто о сложном

децентрализованные приложения

распределенные системы

Огненный царь

Запутанный клубок идей и действий катится по шляху истории, подталкиваемый практическими интересами, или императивами. Данные императивы: комфортность, мода, пассионарность (коллективная одержимость?) и прочие неотменимые цели и задачи конкретного бытия -делают это бытие неотличимым от реальности, и чем неощутимее управляет этим делом «нечто», тем правдоподобней оно кажется (и является – в практике истории). Голографически. «Историческая голография» – это излюбленный жанр Александра Айзенберга. Особенно интересный, когда эта неотличимая от реальности голография грозит рассыпаться из-за внутренней безосновности. из-за таящегося в основе всего хаоса. Таится «нечто», готовое столкнуть все в «ничто». Крестоносцы, заполучившие в свое распоряжение Иерусалим, вот-вот передерутся между собой. Дерутся поляки и русские, жолнежи и казаки, государственной регулярности, – для евреев в 1648 году это оборачивается новыми погромами. Евреи бегут с Украины в благополучные Нидерланды, чтобы потом бежать обратно на Украину.


литературоведение

Агент влияния

Это книга о власти. Рим… Республика народа и Сената, императорский Рим – матрица современного мира. Это голографическое изображение мира.


Александр Айзенберг