знания и навыки

учебная и научная литература

современная русская литература

прочая образовательная литература

сборник рассказов

Вечное возвращение всех вещей, здешнее как отражение запредельного… Эта доктрина, известная тысячи лет, смыкается с учениями Пифагора и Гераклита, атомистов и стоиков, даже неоплатоников, хотя формально последние и не принимали её. Связанная с ней полемика была интенсивной B ранней и поздней Античности, немного угасла B Средневековье и Новое время, но ныне, благодаря философу Фридриху Ницше, стала вновь актуальной. В книге рассматриваются основные положения этой доктрины, как выясняется, глубочайшие, при этом акцентируется её принципиальное отличие от концепции циклических повторений. В ракурсе данной доктрины обсуждаются «вечные вопросы», преследующие человечество с изначальных времён. Среди них происхождение мира, судьба мимолётного, перспективы по ту сторону смерти, смысл и бессмысленность жизни, вообще бытия, время обычное и время B вечности, звёздное небо и бесконечность, тайна ничто.

детская проза

детская фантастика

Об иных горизонтах здешнего. Апология вечного возвращения

Принимать привычное за реальное – наше обычное заблуждение. Но в странствиях дальних, событиях неординарных или при поворотах судьбы привычное отступает, становится призрачным, эфемерным, и мир предстаёт перед нами другим – незнакомым, таинственным, неизвестным. В такие моменты неведомо почему перед нами проносится вся наша жизнь, прошлая и предстоящая. Как и весь мир, наша жизнь раскрывается словно в другом измерении и представляется событием глубочайшим, однако решительно непонятным. Будто она, наша жизнь, как и всё зримое бытие, – это обличие, в котором иное, нездешнее является нашему чувству, уму. Эту жизнь, этот мир необходимо, но невозможно понять. Такая дилемма приводит в движение душу и сублимирует дух: начало мышления, действия… Горные выси, луга и снега, ледники способствуют этому невероятно.
На высоте, в местах недоступных, безлюдных, среди первозданных стихий, в пространствах, исполненных ослепительной красоты, но также кошмара и ужаса, мы в полной власти суггестии, магии гор. Воображаемое и реальное там плавно перетекают друг в друга, и нет больше жёсткой границы между мирами – земным, инфернальным, небесным…
Рассказы об этом, ну и о многом другом…

Тень альпиниста

Без серии

Сергей Александрович Жигалкин