фэнтези

боевики, остросюжетная литература

любовное фэнтези

попаданцы

научная фантастика

Никто никому ничего не должен.

Казалось бы, в этой универсальной формуле таится сокровенный смысл бытия.

Но не для героя этого романа – самого обыкновенного подкаблучника.

Будучи заботливым отцом и верным мужем, он совсем не хочет быть героем, спасающим мир от неминуемой катастрофы.

Ему больше нравится неторопливо варить на своей тёплой и уютной кухне наваристый борщ, умилённо наблюдать за щёчками уминающей его блинчики дочери (тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить), делать с ней домашние задания и помогать ей с английским (он ей может в жизни пригодиться, ну Вы в курсе).

Однако и ему в один совсем не показавшийся ему прекрасным день пришлось, по примеру дедов, встать на защиту тех, кого он любит.

Могущественные артефакты - Хрустальные Черепа, случайно доставшиеся землянам в наследство от древней и таинственно исчезнувшей тысячи лет назад цивилизации ольмеков, заставляющей современных учёных ломать головы, оказались в очень опасных и непредсказуемых руках.

Наш мир буквально закачался на лезвии, отделяющем его от глобальной катастрофы.

Ждут наших читателей и встречи с Древними Богами, обеспокоенно проснувшимися из тысячелетней дремоты, и исследования древних Пирамид Центральной Америки в неожиданном ракурсе, и знакомство с сокровенными секретами народов, населяющих этот удивительный континент издавна и по сей день.

Мало кого оставит равнодушным лёгкое и совершенно непреднамеренное соприкосновение с тайнами Ордена Вольных Каменщиков, равно как и знакомство с другими весьма влиятельными в этом вероятностном измерении силами, далеко не всегда оказывающимися на стороне героя этого романа.

Ну допустим

К написанию этой книги ни искусственный интеллект, ни прочая нежить ближе дистанции плевка подпущены не были.
Никто никому ничего не должен.
Казалось бы, в этой универсальной формуле - сокровенный смысл бытия. Но не для героя этого романа – обыкновенного подкаблучника. Будучи заботливым отцом и верным мужем, он совсем не хочет быть спасителем мира.
Ему нравится варить на уютной кухне наваристый борщ, ведя неспешные беседы со своим отличающимся оригинальностью суждений внутренним.
Но однажды ему пришлось встать на защиту тех, кого он любит. Могущественные артефакты - Хрустальные Черепа, случайно доставшиеся землянам от древней и таинственно исчезнувшей тысячи лет назад цивилизации ольмеков, оказались в опасных руках...
Ждут читателя и встречи с Древними Богами, внезапно проснувшимися из тысячелетней дремоты, и исследования Пирамид Центральной Америки в неожиданном ракурсе, и прикосновение к тайнам Ордена Вольных Каменщиков, и кое-что, о чём не принято вслух. Жанр - ироничная фантастика.

социальная фантастика

далёкое будущее

философская фантастика

утопия

рассказы

Ну, допустим

По сложившемуся не вчера обычаю в конце отчётного периода местный филиал Гильдии ангелов-хранителей бронирует пару столиков в этом старом подвальчике под малоприметной вывеской, всегда в самом дальнем углу, чтобы никто не помешал усталым трудягам расслабиться наконец за парой-тройкой честно заработанных кружечек божественного нектара…
Жанр – ироничная фантастика.
К написанию этого текста ни один ИИ не был подпущен ближе расстояния прицельного плевка.

Перекинулись как-то парой слов пара ангелов

К написанию этой книги ни искусственный интеллект, ни прочая нежить даже на дистанцию плевка подпущены не были.
И пусть мне внушают: пиши три слова в предложении и выбирай три вкуса: тян эльфиек, нагиб нагибаторов и эрзац-гештальт, я всё ещё мечтаю быть собой.
С чего вдруг они так в нас заблудились?
Да, мы едем труд трудить в донельзя дохлом трамвае из советских закромов, зимой нетопленом, летом душном, едва плетущемся в промзону по пьяно разъезжающимся рельсам. И?!
Мы, трудяги, честнее, чище и родней нашим семьям, нашему социуму, нашей Родине, чем вся та нечисть, что произведённую нами прибавочную стоимость присваивает, аки спаниель, жрущий, пока кишка не лопнет.
Для нас¸ испытывающих к умеющему быть великим и ранимым, коварным и бесхитростным, ласковым и безжалостным, интуитивно понятным и невероятно загадочным языку почтение, привязанность и восхищение он – родной.
На нём услышаны нами первые слова.
На нём нам улыбалась мама.
Мне в мозг никого не придёт унижать плоскословием.

Феликс Мухоморов