Гриша резко развернул меня к себе и впился в мои губы обжигающим поцелуем. От его напора ноги подкосились. В следующее мгновение почувствовала спиной опору. Но я все равно обхватила шею мужчины, прижимаясь теснее.
Его руки заскользили по моему телу, пока не остановились на попе. Сокол сжал ее сильнее, вызывая у меня стон наслаждения. А потом приподнял, заставляя обхватить его торс ногами. Он оторвался от губ и стал покрывать мое лицо и шею поцелуями.
– Чертовка! Что же ты со мной делаешь? Одним касанием в бараний рог скручиваешь. А потом заставляешь рвать и метать от ревности. Это сумасшествие какое-то. Наваждение… – бормотал он между поцелуями.
Я гладила его тело и наслаждалась: голова, шея плечи, спина. Каждое прикосновение к нему заставляло искры из глаз лететь.
– Наваждение… – тихо согласилась с мужчиной.
Тишину каморки развеял звонок Гришиного телефона. Не отпуская меня, он ответил на вызов.
– Слушаю, – его голос было не узнать. Слишком хриплый и интимный.
Из-за шума в ушах я не смогла расслышать, что говорит собеседник.
– Понял, – ответил и сбросил вызов.
Гриша продолжал держать меня на руках. Смотрел в самую душу, а я не могла оторвать взгляд от него.
– Сонь, я не знаю, как нам быть? – сказал тихо мужчина. А я напряглась. Не очень хорошее начало. – Ты ведь знаешь, кто я? Чем занимаюсь?
Я кивнула. Конечно, знала. И так же знала, что по его приказу сделали с Марком. А еще знала, как сильно сестра, его за это ненавидит.
– Я не могу предложить тебе простых отношений. Не смогу сводить тебя в ресторан или в кино. Понимаешь? Пока я не решу свои проблемы, нельзя чтобы кто-то узнал о тебе… Но и отказаться не могу. Может и хотел бы… Хотя так и следует поступить, но не могу.
– Моя семья тоже не одобрит наши отношения, – тихо призналась ему. – Что же нам делать?
– Ты бы согласилась… Смогла бы, чтобы наши отношения были тайными? Знаю, это звучит ужасно, и ты не заслуживаешь такого.
Я задумалась. Что выбрать: тайные встречи с Гришей или ненавистное одиночество?
– Давай попробуем… Тайно, – последнее прошептала еле слышно.
– Ты понимаешь, что такие отношения могут затянуться? Я не знаю, сколько мне понадобиться времени, чтобы все уладить. Месяц, два, полгода… Ты сможешь так? Если не уверена, лучше сейчас откажись. Потому что потом я тебя уже просто не смогу отпустить, – он сделал глубокий вдох. – Да кого я обманываю. Я уже не могу тебя отпустить. Как засела в голове с первой встречи, так и не отпускаешь.
Обняла его крепко и в шею уткнулась, чтобы не показать, как сильно меня тронули его слова.
– Давай попробуем, – шепнула на ушко. – Я буду ждать столько, сколько понадобиться.
«Только бы ты спас меня от одиночества» – подумала, но вслух не сказала.
– Тебе пора идти, – сказал Гриша, опуская меня пол. – Надя начинает переживать, что тебя долго нет.
Он крепко обнял меня, а я прижалась в ответ к этому сильному мужчине.
– Я позвоню тебе, – сказал он мне в макушку. – Иди, а то застрянем тут еще на несколько часов.
Встала на носочки и поцеловала Гришу в губы.
– Буду ждать.
Быстро выскочив из каморки, перевела дыхание и пошла в сторону кинозала.
– Откуда у тебя этот синяк? – спросила племяшка, когда мы были уже дома. Девочка поедала любимый пирог и рассматривала меня.
– Какой синяк? – удивленно переспросила ее.
– Вот здесь. На шее, – она указала в район своей ключицы. – У мамы однажды тоже такой был. Она сказала, что ударилась, когда в кладовке убирала. Ты тоже ударилась?
Встала и прошла в ванную. Когда мы пришли из кино, я быстро помыла руки и побежала переодеваться. Даже в зеркало не посмотрела.
Сейчас понимаю, о каком синяке она говорила. Всю шею покрывали мелкие отметены, но они не бросались в глаза. А вот тот, что чуть выше ключицы, был слишком яркий и заметный.
Что там Надя сказала? Что у мамы тоже такой был? Ну-ну! Ударилась она, как же.
Гриша так и не позвонил. Но писал много сообщений. А мне очень хотелось услышать его голос. Но лежа в кровати, я все равно радовалась каждой весточке от него.
В кинотеатре он так и не сказал, что собирался сделать с официантом. А я и не вспомнила. Пришлось сейчас выпытывать. Соколов не признавался. Но я была настойчива. Тогда он попросил прислать фотографию, во что я сейчас одета.
Ночь на дворе и он прекрасно знал, что я лежу в кровати.
Подошла к большому зеркалу, направила телефон и сделала несколько снимков. Короткие пижамные шортики и майка, показались слишком откровенными. Выбрала лучшее фото и быстро нажала «отправить».
Сообщение было прочитано. А потом пришел ответ. Наверное, я покраснела от макушки до самых пяточек.
Гриша прислал фотографию. На снимке было видно только то, что находилось ниже пояса. Он сидел в кресле, ноги уходили под стол, а в самом центре снимка – ширинка… С большим и очень заметным бугром.
Я нервно сглотнула и прикрыла глаза.
Прав оказался Гриша – это какое-то наваждение.
Мы еще немного переписывались, а потом я уснула, так и не прочитав очередное «входящее».
Утром Надя попросилась в парк, который находился не далеко от нашего дома. Пока тепло, там работали аттракционы. Но с наступлением холодов «царство веселья» закрывалось.
Позавтракав, мы решили пройтись пешком. Погода была отличная. Поэтому в парке оказалось очень много народа.
Надя резвилась, как могла. Кажется, она испробовала все аттракционы, подходящие ее возрасту. А некоторые – дважды.
– Девушки, хотите проверить, насколько вы храбрые? – к нам подошел парень лет шестнадцати. – Приглашаем в комнату страха, – и протянул нам листовку.
– Мне кажется, это не лучшее развлечение для детей, – с сомнением приняла брошюру.
– Она для детей. Там нет ничего такого. Приходите, – он улыбнулся и пошел дальше.
– Сонь, ну давай зайдем. Это же так интересно.
– Надюш, мне мама потом голову оторвет за это.