Соньку увидел и к ней пошел. А она с пацанами сидит, вот только глаза на мокром месте и трясется вся.
«Какая гнида ее обидела?»
Не призналась.
Девчонка вообще вся напряженная была. Неужели боится? Посмотрел ей в лицо. Ох ты ж бля… Смущается. Опять этот румянец. Никогда не думал, что от этого возбуждаться буду. А тут прям накрыло.
К себе спиной прижал. Тело ее через платье ласкал. А когда «случайно» груди коснулся – думал вообще озверею. Через ткань четко прощупывался затвердевший сосок.
Взглядом обвел танцпол. Не хватало, чтобы на нее еще пялились. Вон, один быстро глазенки свои отвернул – смекалистый.
Для закрепления эффекта Сонькину голову повернул и по губам языком прошелся. Пришлось сразу отстраниться, а то кинул бы палку прям в штаны. Вот смеху-то было бы – грозный Сокол обкончался в трусы от одного недопоцелуя.
А чертовка была другого мнения. Эта ведьма сама ко мне потянулась. Ну как тут устоять?
Вот и я не сдержался. Набросился на нее, как голодный зверь. Хотя почему, как? Член очень «проголодался» и именно по этой красотке.
В мечтах я уже «разложил» ее на всех поверхностях своей квартиры. А может Соня другого мнения?
– К тебе или ко мне? – спросил ее хрипло.
Глядя, как девушка убегает, понял… Соня действительно была другого мнения. И оно не совпадало с моим.
Вернулся к бару, оказалось, что шеф уже появился и ждет меня.
Отлично, надо временно выкинуть чертовку из головы и заняться делами.
Владельцем ночного клуба «Затмение» был мой близкий друг Алексей Иванов. Мы с ним еще в детском доме познакомились. Потом оба попали к Джафарову.
Кстати о нем. Мужик хоть и криминальным воротилой был, но мировой. Я реально был ему благодарен.
Альберт Назимович, кроме того, что умело, нарушал закон в пользу своего финансового состояния – оказывал благотворительную помощь детским домам.
В одном из них он меня и заметил. Нет, он не вербовал детей. Наоборот подкидывал деньжат приютам. А за теми детьми, на которых пал его выбор, наблюдал, как развивается характер, а потом и как устроился после выпуска.
Вот и за мной наблюдал. Честно скажу, ненавижу вспоминать те полгода после выпуска. Выживал на хлебе и воде, ночевал, где получится. Это сейчас есть программы для детей-сирот, а раньше нас просто отпускали в свободное плаванье.
Я пытался заработать себе на жизнь честным путем, но ярлык «детдомовец» работал против меня.
А потом на улице ко мне подошел мужик в деловом костюме и предложил работу за еду и жилье.
Я бы взбрыкнул. Но приближалась зима, и я уже находился на грани отчаяния. Поэтому согласился.
Вначале убирал территорию вокруг его особняка. Потом ангары. Так я и убедился, что Джафаров далеко не простой бизнесмен.
Реакции от меня не последовало, поэтому появились другие задачи. Туда посылку отвезти, там с человека деньги выбить и ну и по мелочи. Но уже работал за деньги.
Леху тоже Джафаров к себе пристроил. Но если я нормально относился к такой деятельности, то другу претило.
Поэтому, поднакопив деньжат, отдал их Иванову и отправил раскручивать свой бизнес.
Джафаров его отпусти, но пообещал следить, чтобы не вздумал язык распускать.
А Леха и не планировал – жизнь важнее.
Прошел по служебному коридору, остановился около двери с надписью «Биг босс». Мда, Леху скромняжкой точно не назовешь.
– Здарова, мужик, – сказал владелец «Затмения», когда я вошел в кабинет. – Что-то ты шустро освободился. Стареешь? В скорострелы подался? – рассмеялся друг.
– Не понимаю о чем ты, – сделал лицо кирпичом и сел на диван.
– Ну да… Я про ту красотку, которую ты трахал языком на танцполе. Я когда вас увидел, думал ты ее прям там, на глазах у всех, нагнешь, – продолжал он ржать.
А во мне такая ярость поднималась. Во-первых— ни одна падла не имеет права так говорить о Соне. А во-вторых – в голове билась только одна мысль: «кто еще там видел ее возбужденной и кому следует выбить глаза, чтобы не зыркали на чужое?»
– Рот закрой, пока к стоматологу за протезами не пошел,– с плохо скрываемой яростью прорычал, глядя на друга.
– Даже так? – удивленно спросил он, серьезно меня рассматривая.
– Именно. Давай к делу. Что у тебя там?
– Нихера хорошего, – включил матерого бизнесмена Леха. – Сам посмотри.
Друг взял ноутбук и пересел ко мне на диван. Открыл программу с видео наблюдением и в следующее мгновение экран разделился на много небольших окошек. Танцпол, бар, коридоры – Леха везде камеры натыкал.
– Зацени, – указал пальцем на одно из окошек.
На экране хорошо просматривался коридор, который вел к туалетам. Был там и небольшой закуток, который можно принять за «слепую зону». Именно здесь парочки и предпочитали уединяться. Что собственно произошло и в этот раз.
Парень с приспущенными штанами прижал к стене девушку. Ее ноги закинул себе на пояс и ритмично вколачивался в ее тело. Камеры в клубе были высшего качества. Поэтому когда Леха приблизил, а девушка так удачно откинулась на стену – получилось отлично рассмотреть ее формы.
– Уверенная четверка, – с усмешкой отметил друг.
Мне ее сиськи, как-то вообще побоку были, а вот на лицо посмотрел внимательнее. Девушка-то знакомая оказалась – та самая шмара, которая ко мне у бара подсаживалась.
– Давай к делу, извращенец, – сказал Лехе, глядя с каким интересом он рассматривает парочку.
– Я извращенец? – возмутился владелец клуба. – Напомни мне показать тебе одно видео. Посмотрим, кто из нас еще извращенец.
Я не стал ничего говорить, только наблюдал, как друг что-то меняет в настройках программы.
На экране теперь отображалось одно окно и судя по дате – это сохраненная запись.
Запись была сделана в том самом закутке. Подошел парень в капюшоне и встал около стены. Через пару минут к нему присоединился еще один. Он протянул руку ожидающему. Обменявшись парой слов, они вновь пожали друг другу руки и по очереди разошлись.
– Вот тут смотри, – сказал друг и опять защелкал в настройках.
Он приблизил картинку и замедлил видео. После второго рукопожатия четко видно, что покупатель прячет в карман пакетик с белым порошком.