– Могла бы, – повержено ответила я. – Только там я могла бы видеть надменные лица моих родственников или их друзей.
– Ну и пусть твоим родителям было бы стыдно, что их дочь вынуждена теперь работать официанткой, чтобы прокормить себя, потому что эти эгоистичные задницы решили увеличить свой капитал за счёт твоего тела. Ты, кстати, могла бы работать в таком миленьком месте, как это.
Лили обвела взглядом большое помещение кафе быстрого питания, в котором мы сидели. Стандартное кафе в типично американском стиле. Стены были увешаны номерными знаками, плакатами из пятидесятых, постерами и фотографиями. Виниловые диванчики, большие деревянные столы и длинная барная стойка, тянущаяся во всю длину помещения. За барной стойкой высокие стулья, на которых сидели, как правило, завсегдатаи. В углу стоял музыкальный автомат. Столики были покрыты скатертями в клетку, и такого же цвета короткие шторки висели в самом верху каждого из окон.
Я могла бы в таком работать. Но тогда мне пришлось бы бросить танцевальную студию, а я не могла так поступить с этими детьми. Наша танцевальная школа получала частичное финансирование из бюджета города, и таким образом обеспечивала возможность заниматься для детей из малоимущих семей. Почти никто из преподавателей не соглашался браться за обучение таких детей, потому что никаких привилегий от этого не получал.
Но мне эти дети нравились. Они были настоящими, не испорченными родительскими деньгами. Они дрались насмерть, любили до зубовного скрежета, занимались до изнеможения, потому что знали: кроме как своим трудом им не удастся чего-либо добиться в жизни. Поэтому, пока могла, я собиралась тренировать их.
Я ещё раз обвела взглядом кафе и вернулась к своему сэндвичу.
– Ладно, – вздохнула подруга. – Но почему ты взялась тренировать эту девчонку из клуба?
Я пожала плечами.
– Мне показалось, что она нуждается в этой работе.
– Слушай, Айви, я в курсе, что ты всегда была защитницей больных и обездоленных. Но пришло время подумать о себе.
– Я думаю.
– Чёрт, ты понимаешь, о чём я говорю. Ты могла бы сосредоточиться на своей карьере танцовщицы. Что с тем клубом, в который ты пробовалась неделю назад?
– Ничего, – ответила я. – Они не дали ответ. Лили, ну где я могу строить эту карьеру?
– Господи, Айви, это же Вегас! – взмахнув руками, возмутилась подруга. – Это же Бродвей в масштабах города.
– Ты знаешь, что я не собиралась строить такую карьеру.
– Ага, но и трофейной женой ты быть отказалась.
– Лили, если бы они представили мне нормального кандидата, который хоть немного соответствовал моему возрасту, а не был почти в три раза старше меня, я бы, может, и согласилась.
– Ох, точно. Ты бы согласилась, – с сарказмом произнесла подруга. – Признайся, несмотря на то, что ты знала, как устроен наш мир, всё равно никогда не собиралась выходить замуж за деньги.
– Я бы смогла, – спокойно ответила я.
– Да уж, не сомневаюсь. Ладно, мне пора отчаливать, сегодня ещё ужин с родителями. Хотя точно знаю: я его едва переживу.
Я улыбнулась.
– Держись.
– Конечно. Ты тоже. Слушай, Айви… – Она задержалась, встав. – Если тебе понадобится помощь, ты ведь обратишься ко мне?
– Конечно, – сказала я, но Лили слишком хорош меня знала, а потому приподняла одну бровь, как бы говоря, что не верит мне.
– Что ж, ты знаешь, где меня искать.
Подруга приобняла меня, попрощалась и ушла. Я тут же отложила бутерброд, опустила руки под стол, где сплела пальцы, и уставилась на еду. Лили накупила её столько, что мне хватит на неделю. Я знала, что мне будет нелегко и знала, что сама себя толкаю в бездну, но также я была в курсе того, как будет строиться моя карьера в девяноста процентах клубов в этом городе. Никак. Мои родители и братья сделают всё, чтобы меня выгнали. Чтобы я осталась без средств к существованию и была вынуждена вернуться к ним с поджатым хвостом.
Я могла бы уехать в другой город и строить свою жизнь там. Но даже на это у меня не было денег. Мне нужно было заработать, чтобы свалить из города. Я даже Лили не рассказала о своих планах, потому что боялась, что она случайно проговорится своей маме, а та – моей. Я бы и на кастинг её не брала, но мне было чертовски страшно идти в клуб, который на весь город прославился своими безумными вечеринками.
Я подсчитала, что при расходах на еду, транспорт и жильё я смогу скопить нужную сумму примерно через три месяца. Этого будет достаточно, чтобы доехать до Лос-Анжелеса и снять там комнату на окраине. Город, в котором для танцовщицы море возможностей, привлекал меня как пчелу, летящую на цветок. Так что я задалась целью уехать туда при первой возможности.
На следующий день в семь часов вечера я открывала тяжёлую дверь клуба «Дарк». В углу в кабинке столпились новенькие девочки, переминаясь с ноги на ногу. Чуть правее от них стояли девочки, которые уже какое-то время работали в клубе. Я быстро прошла к новеньким, поздоровавшись на ходу со всеми.
Бросив свою сумку на пол, я присела рядом. Девочки негромко переговаривались между собой, знакомясь. Узнав моё имя, они вернулись к обсуждению предположений как нас будут готовить к выступлениям. Ко мне подвинулась девочка, которую я обещала научить хореографии.
– Привет, Айви, – мягко сказала она. – Я Тина.
– Привет, Тина, – с улыбкой отозвалась я.
– Слушай, я благодарна, что ты согласилась научить меня двигаться. Ты не обязана была.
– О, нет, всё нормально, мне не сложно.
– Я, если что, сама буду много тренироваться, и тебе не будет необходимости…
– Тина, всё нормально, правда. Нужно только договориться со Стеллой, чтобы она позволила нам приходить раньше, а также в понедельники. Тогда за пару недель – если, конечно, ты и сама будешь выполнять то, что я буду тебе показывать – всё встанет на свои места.
Тина энергично закивала.
– Ты только скажи, что делать. И я это сделаю.
– Начнём сегодня после общей тренировки, согласна?
– Конечно.
Как только она это сказала, на сцену, цокая шпильками, вышла Стелла. Все подошли ближе. Женщина окинула нас надменным взглядом.
– Добрый вечер. Итак, для тех, кто уже выступал, скажу, что программа остаётся прежней. Для новеньких эта программа ещё неизвестна, а потому девочки, которые её уже знают, всё вам покажут. Будьте готовы работать на износ. Вопросы есть?
– У меня есть, – сказала я и все взгляды устремились на меня, в том числе острый взгляд Стеллы. Она вопросительно приподняла бровь. – Мы с Тиной хотели позаниматься позже, когда будет возможность.
– Я подумаю, – бросила она и сошла со сцены.
Её сменила высокая брюнетка с небрежно подколотыми волосами.
– Я – Далила и буду учить вас танцевать так, чтобы вы были достойны выступать в «Дарк». Так что соберите всё своё дерьмо, дамочки, и готовьтесь потрудиться.
Глава 4
Я поднял голову, услышав стук в дверь. Через секунду в проёме стояла Стелла. Она улыбнулась и прошла к столу, прикрыв за собой дверь. Я молча наблюдал за ней, ожидая, что она пришла сказать.
– Могу я присесть? – спросила она в своей манере растягивать слова.
Я кивнул на кресло напротив и она сразу опустила свою задницу на него, не упустив шанса вильнуть той. Прошло уже два года с того времени, когда мы были любовниками, и теперь она обучала моих новых девочек как вести себя со мной, но всё равно не теряла надежды засунуть свою руку с острыми ногтями ко мне в штаны.