– У нас не одобряются служебные романы, – поясняет Алексей.
– Да? – у меня от изумления глаза на лоб лезут. – А как же Света?
– Ну… что позволено Юпитеру…
– … не позволено быку, – дополняю я и хмыкаю. – Понятненько.
– Она его невеста. У них свадьба скоро.
Я запинаюсь на ровном месте и чуть не падаю. Алексей успевает подхватить под локоть. Быстро выпрямляюсь, но на нас уже смотрят любопытные взгляды.
Мы подходим к лифту. Алексей нажимает кнопку, и двери почти сразу открываются. Но вместо того, чтобы войти, я говорю:
– Знаешь, ты поезжай, а я пешочком пройдусь.
– Что-то случилось?
– Нет, все в порядке.
– Ну хорошо… – он с сомнением смотрит на меня. – Тогда до завтра?
– До завтра, – натянуто улыбаюсь.
И чувствую затылком чей-то пристальный взгляд.
Снова Островский? Да нет, не похоже…
Слегка поворачиваю голову. В конце коридора находится большая балконная дверь. За ней маячит женский силуэт с тонкой сигаретой в пальцах.
Светлана.
С каких это пор Островскому нравятся курящие девушки? А впрочем… какая мне разница?
Глава 7
Сегодня Лизы дома нет. Я могу спокойно расслабиться и посидеть одна. Вот только несмотря на утренний разговор с подругой, меня все равно накатывает дикая тоска. Еще и по Лельке скучаю сильно. Так плохо мне не было с того дня, когда я поняла, что Островский не приедет в ЗАГС, и я стою одна под насмешливыми, злорадными и сочувствующими взглядами гостей.
И тут вновь боль множится в каждой клеточке тела. Невыносимо больно. Хочется кричать и лезть на стены. Еще и деньги свои сует мне, будто за деньги можно купить прощение.
Кидаюсь к ящику, где спрятала остатки. Нахожу купюры. Пересчитываю их. Мало, но ничего, возьму микрозайм – и все отдам. Лучше потом с зарплаты проценты платить, чем чувствовать себя должной этому гаду.
Злость так и захватывает меня. Кладу доллары в кошелек, мысленно представляя, как швырну их в лицо Островскому. В красках представляю. И пусть делает с ними что хочет.
Не выдерживаю и набираю родителей. Хотя внутри все бурлит, лучше успокоиться, чтобы они ничего не заметили.
Мама сразу берет трубку. Будто чувствовала, что я позвоню. На экране появляется ее лицо, а там и отец подходит, заглядывает. Он всегда так делает, сам телефон не берет, боится сломать, а смотрит маме через плечо.
– Привет, родные, – говорю им.
Только вижу знакомые лица – и улыбка сама появляется на лице. И ни один Островский не прервет такой приятный момент.
– Привет, Танюша, – родители синхронно машут мне руками.
– Как у вас дела? Как Лелька?
– Лелька играет в огороде, – говорит мать. – А ты почему не на работе сегодня? Среда ведь. И рано еще.
Вспоминаю, что они ничего не знают о моем увольнении.
– Ой, да я поменяла работу. Офис в моем районе, и больше будут платить. На этой неделе у меня стажировка, – выкручиваюсь, стараясь не покраснеть под бдящим оком родителей. – Пока объясняют, как работать, а сегодня первый день, так что начальство отпустило пораньше.
– Да? – папа с сомнением смотрит на меня. – Ну ладно. Сейчас Лельку позову.
Он отходит от экрана.
Остаемся с матерью.
– Как работа? Как коллектив? – спрашивает она.
– Ой, отличный коллектив. Нас там пятеро будет в одном кабинете.
– А начальство какое? Кто там мужчина или женщина главный?
– Мужчина.
– Вот и славно. Не женатый? – мама поигрывает бровями.
Жар приливает к щекам. Вот как ей сказать, что это Островский? Сама не понимаю.
– Что такое? Ты покраснела, – говорит мать после продолжительной паузы с моей стороны.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: