У окна за круглым столиком, на диване в виде полумесяца сидит Самойлов в компании мужчины, который что-то оживлённо ему рассказывает, но, судя по всему, тот его не слышит. Марат смотрит на меня и смотрит так, что у меня начинают дрожать колени.
Под взглядом Самойлова чувствую себя так, словно меня поймали в постели с другим, как минимум. Что совершенно ненормально, ведь этот человек мне никто, я всего лишь временно живу в его доме. Так почему Марат смотрит на меня так осуждающе и с таким презрением, будто я человека убила, и меня сейчас посадят на пожизненное?
– …гостей много, как, в принципе, всегда в это время года, – отдалённо слышу голос Максима, не в силах оторвать взгляд от Самойлова.
Меня как гипнотизируют, невидимой силой заставляя смотреть на Марата и тушеваться. Хочется встать и уйти, спрятаться от взгляда серых глаз, но с чего бы? Что с тобой не так, Каролина? Он тебе никто, почему ты реагируешь, будто мужу изменяешь, и тебя сейчас выведут на улицу, будут забрасывать камнями и кричать что ты потаскуха?
Так, спокойно, отвернись от него и беседуй с парнем, который пригласил тебя на кофе.
– Лина? – щёлкает пальцами перед моими глазами Максим, этот жест срабатывает, и я наконец отрываю взгляд от Марата. – Ты в порядке? – прищуривается парень и поворачивает голову туда, куда я смотрела последние минуты.
– Всё в порядке, – тут же отвечаю и, накрыв его щеку своей ладошкой, не позволяю ему посмотреть назад.
Парень вопросительно выгибает брови, явно не ожидая от меня такого, но моментально его лицо смягчается, и он кладёт свою руку на моё колено, неправильно поняв мой жест.
Меня бросает в жар в ту же секунду, и прикосновение Максима тут ни при чём. Висок жжёт от взгляда серых глаз, и меня начинает трясти, на что Максим усмехается, прикусив губу, поняв мою реакцию по-своему.
– Кажется мой перерыв закончился, – проговариваю и, сжав его пальцы, убираю руку Максима со своих ног.
– Не против, если я подвезу тебя до дома? – спрашивает парень, когда я спрыгиваю с барного стула.
– Против, – раздаётся над моей головой знакомый голос с хрипотцой, и я даже дышать перестаю, краем глаза взглянув на Самойлова.
– А вы, простите, кто? – интересуется Максим.
Вот мне тоже интересно, кто он такой, чтобы решать за меня? Нет, я не хочу, чтобы Максим подвозил меня до дома, не сегодня точно. Только это решать мне!
– Не твоё дело, – буквально выплёвывает Марат. – Пойдём поговорим, – обращается ко мне, обдавая горячим дыханием со вкусом горького кофе.
– Простите, но девушка со мной, – делает шаг вперёд Максим, удивляя меня своей смелостью и заявлением.
– Мальчик, шёл бы ты отсюда, пока ноги целы, – пугающе спокойно проговаривает Самойлов. – Пошли, – не успеваю и глазом моргнуть, как он впивается в мой локоть и тащит в сторону.
– Отпустите меня сейчас же! – требую я, пытаясь отцепить его руку со вздутыми синими венами на тыльной стороне ладони.
Но мужчина меня не слышит, точнее, делает вид, и второй рукой обнимает меня за талию и прижимает к своему боку, заставляя кровь в венах бурлить. И я ещё не поняла, это от его близости или от страха перед ним.
Как и не понимаю, почему я его вообще боюсь? На каком основании он позволяет так со мной себя вести? Я ему не жена, не любовница, дочерью у меня язык не повернётся себя назвать даже в страшном сне, учитывая, что между нами было год назад.
– Да отпустите же наконец! – требую я, когда мы оказываемся в холле.
Самойлов заходит за угол, буквально толкая меня к стене, где я чуть не падаю на напольную вазу с цветами размером с меня. Отпускает мою руку, и я тут же тру запястье, где остались следы его пальцев.
– Ты поэтому на работу просилась, чтобы хвостом вилять перед мужиками? – рычит мне в лицо, уперевшись рукой в стену рядом с моей головой.
– Что вы несёте? – прищуриваюсь, кипя от злости. – Совсем с головой не дружите на старости лет, – проговариваю и вижу, как раздуваются его ноздри.
– Хочешь обратно в клетку, м? – наклоняется ко мне.
От возмущения, да чего врать, от страха, что я окажусь опять запертой, пусть и в роскошной квартире, отрицательно мотаю головой, как ребёнок, который нашкодил.
– Вот и хорошо, – кивает и убирает руку со стены.
– Но вы не имеете права лезть в мою личную жизнь! – почти кричу, гордо вздёрнув подбородок.
Самойлов смотрит на меня безэмоционально, только хруст сжатых кулаков выдаёт его эмоции. Он делает шаг, опять заставляя меня вжаться в стену, и наклоняется к моему лицу настолько близко, что наши губы почти соприкасаются.
– Пока за твою голову отвечаю я, у меня есть все права на тебя, – зловеще шепчет, разворачивается и уходит.
Едва держусь, чтобы не сползти по стене вниз и не разрыдаться. Он решил отобрать у меня не только дом и свободу, но и личную жизнь. Ладно, дело не в Максиме, он мне не настолько нравится, чтобы бороться за право быть с ним. Вопрос в моем личном пространстве и праве выбора.
Глубоко вдыхаю, поправляю на себе одежду и, нацепив дежурную улыбку, иду к своему рабочему месту. Захожу за стойку регистрации и вижу, как Юля разговаривает с каким-то мужчиной: высоким, с русыми волосами и в чёрном пальто. Узнаю в нём собеседника Самойлова, они вместе за тем столом сидели.
– Подавитесь своими деньгами, дяденька, а на конфеты я сама себе заработаю, – тоном полным злости выплёвывает подруга этому мужчине в лицо, на что тот только усмехается.
– Не понимаешь, от чего отказываешься, – наигранно вздыхает и, отвернувшись, уходит.
Проследив за ним, я замечаю поодаль Марата, разговаривающего с нашим главным. Не администратором гостиницы, не директором, а самим владельцем – Агафоновым Леонидом Алексеевичем. Он часто в гостинице бывает, наверное, даже чаще, чем дома. Всегда здоровается со всеми работниками, улыбается даже уборщицам, но не больше. Кроме как «всё хорошо?» ничего не говорит и не спрашивает у нас – тех, кто не в администрации. А сейчас он слушает Самойлова и поглядывает на меня, а мне страшно и подумать, что Марат ему говорит.
– Интересно, – вырывает из мыслей Юля. – Что бы Самойлов сказал, узнав, что год назад забрал у тебя девственность?! – задумчиво спрашивает подруга, осматривая моего опекуна.
– С ума сошла такое вслух говорить?! – шиплю на неё я. – И думать об этом забудь! – требую от неё. – Надеюсь, это никогда не произойдёт, – добавляю шёпотом, смотря на Марата Самойлова – человека, объявившего себя моим опекуном и забравшего мою девственность.
Когда закончилась смена, мы с Юлей вышли на улицу. Если честно, я ожидала встретить Максима, но после нашего кофепития его нигде не было видно. Я не виню его, по Самойлову видно, что лучше не переходить ему дорогу, так что я парня прекрасно понимаю.
– Может посидим где-нибудь? – спрашивает Юлька, поправляя шарф.
Погода разбушевалась: ветер к вечеру усилился, и мелкий дождь моросил, обжигая лицо. Накинув на голову капюшон пуховика, я достаю из кармана телефон и смотрю на время. Ещё и шести нет, но домой мне не хочется, потому что это не мой дом, и мне там неуютно.
– Пошли, хочу профитроли, – отвечаю и беру подругу под локоть.
– Каролина Павловна, – вырастает перед нами мужчина в чёрном. – Мне приказано отвезти вас после работы домой, – говорит он и указывает на чёрную иномарку.
– У меня дела, я потом сама доберусь, – холодным и ровным тоном проговариваю.
– Приказ, Каролина Павловна, – настаивает мужчина.
– Как вас зовут? – спрашиваю, подавшись вперёд.
– Миша, – отвечает, на миг даже растерявшись.
Сложно определить его возраст, но судя по лицу, ему даже тридцати нет, правда, выглядит он как боец ММА. Здоровенный, как шкаф, короткая стрижка, почти лысина, и нахмуренные брови, будто он всё время злой.
– Так вот, Миша, скажи своему боссу, что я приду домой тогда, когда захочу, а если ему что-то не нравится, то он может оставить меня в покое, – быстро проговариваю, и под хихиканье подруги мы обходим его и идём в сторону любимого кафе.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: