– Нет, так красивей.
– Но компрессор не выключай, он гонит воздух. А тут, – Андрей показал на трубку, что шла почти к самому дну. – Она всасывает и прогоняет воду через фильтр. Завтра принесу улиток, они грунтовики, ночью чистят стекло, а днем зарываются в песок. После еще песка принесу, пока хватит. И еще покажу, как чистить стекла.
– Ну, все, – Ирина шлепнула Вику по плечу. – Влипла. Теперь каждый день будешь менять, засыпать, чистить.
– Нет, не надо, – тут же сказал Андрей. – Если все делать правильно, то ухаживать много времени не требуется.
Через пару дней вода помутнела, стала молочной, Вика испугалась.
– Это бактерии, не переживай, экосистема сама стабилизируется, надо еще пару дней подождать. А чтобы быстрей, возьми и закрой аквариум темной тканью. Теперь понимаешь, почему нельзя сразу запускать рыбок? – Вика закивала.
Уже в субботу Андрей принес в рюкзаке первых рыбок. Девушки собрались вокруг аквариума и стали ждать, но он их не выпустил, выключил свет, а после вместе с кульком опустил в воду.
– А…
– Перепад температуры, надо подождать. Минут через десять выпустим.
Вика, не отрываясь, смотрела на рыбок, как те тыкались в прозрачную пленку кулька.
– Ну, все? – она посмотрела на часы.
– Да, теперь выпускай.
– Я?
– Да, твой же аквариум. Не бойся, просто сними резинку и открой, они сами выплывут.
Через несколько минут все неончики пока еще с опаской плавали в аквариуме.
– Потом надо еще штук двадцать, и будет в самый раз.
– А если они забеременеют? – спросила Вика.
– Будешь продавать, – сказала Света
– Нет, – возразил Андрей, – чтобы они размножались, нужны условия. Это отдельная история.
– Спасибо, – не отрывая взгляда от своего морского чуда, поблагодарила Вика.
5. Ну что, придешь?
Первое время Андрей почти каждый день заходил посмотреть, как себя чувствуют его питомцы. Вика старательно чистила стекла, фильтровала грунт, подсаживала растения и перекладывала камушки на дне, стараясь не потревожить улиток, что прятались в песке.
– А ты ничего, – как-то раз сказала она ему.
– Что значит ничего?
– Раньше думала, что ты зануда, все время один да один.
– Одиночество – это плата быть самим собой, – ответил ей Андрей.
– Знаешь, что моя бабушка говорила.
– Что?
– Если я увижу человека, который часто молчит и избегает людей, то держаться к нему поближе, ему дарована мудрость. А тебе она дарована?
Андрей молча пожал плечами. Он не видел смысла просто открывать рот и болтать только для того, чтобы поддержать беседу.
– Вот и сейчас молчишь. Что думаешь?
– Что?
– Да, вот что думаешь?
– Не знаю, все сразу.
– Так не может быть.
– Может. Я, когда ложусь спать, могу думать сразу о нескольких вещах, о книге или фильме, о том, что надо сделать, или о том, что не сделал, и в то же время…
– Стой, это как так? И все сразу?
– Понимаешь, мысли как дороги, они на разных уровнях, и я перепрыгиваю с одной дороги на другую, но в то же время мысль не останавливается и как машина двигается дальше. Понимаешь?
– Нет. Пока не закончу одну мысль, не могу начать другую. Или я ее должна прервать и, как ты говоришь, перейти на другую дорогу.
– Ну, в общем, у меня так.
– И все же ты ничего. Нормальный парень. Ты занимаешься йогой?
– Нет, а зачем?
– А мне нравится. Хочешь попробовать?
– Попробовать можно, а это как?
– Йога бывает разная, это учение, но не буду тебя грузить. Сядь на пол, как я, – Вика лихо сложила ноги в позе лотоса и, выпрямив спину, положила на коленки ладони. – Попробуй.
– Ты, видно, моей смерти хочешь?
– Не обязательно как я, не садись на ноги, затекут, да, вот так лучше. – Андрей сделал что-то среднее между тем, как сидеть на ногах и в позе лотоса. – Главное, чтобы тебе было удобно. Ну как?
– Вроде нормально.
– Только не заваливайся вперед, спина устанет. Посмотри на себя как бы со стороны, у тебя спина должна быть ровной, как струнка, так легче сидеть. Голову не опускай, смотри прямо, а вот руки чуть согни и положи туда, чтобы они не напрягались. У тебя получается.
– Учусь.