– Там, Сашка говорил, время мгновенно летит.
– Высоцкий играет?
– Нет, кажется. Там Смехов, Славина, ну и все остальные.
– Демидовой нет?
– Не знаю.
Перешли через улицу.
Аня махнула рукой в сторону парка:
– Давай тут пройдём? Короче ведь.
– А куда спешить? У нас час в запасе.
– Там лучше.
– Пошли.
Обогнули угловой дом, вышли к парку.
Возле светящегося пивного киоска толпились несколько человек.
Аня подняла липовую ветку с четырьмя жёлтыми листьями, помахивая ею, пошла чуть впереди Василия:
– Вообще у них с «Мастером» сложности были. Им денег не выделили, и они весь реквизит из разных спектаклей взяли. Из «Часа пик» – маятник, из «Гамлета» – занавес, из «Зорь» – машину.
Василий улыбнулся, вытащил из кармана норму и стал распечатывать:
– Так это окрошка получается.
– Вась! Ну ты же не видел ещё, а критикуешь.
– Я ещё не критикую… А кто Маргариту играет?
– Шацкая. Она там голая на балу сидит.
Василий вынул часть нормы из пакетика, откусил, усмехнувшись.
– Да… ради этого стоит пойти.
– Дурачок ты. – Аня бросила ветку. – Люди новое делают, а ты издеваешься.
– Этому новому, Анечка, уже почти полвека. «Таганка» для нас новой кажется потому, что мы больше ничего не видим. Только наше полное невежество позволяет нам называть их авангардом.
– Чьё это наше?
– Наше. «Таганка» мимикрирует под авангард, в сущности оставаясь вполне обычным культурно-просветительным заведением. Все их формальные приёмы затасканы и не новы. То, что разрабатывал Мейерхольд полвека назад, они берут на вооружение. А сегодняшний авангард, милая моя, авангард в полном смысле слова, это прежде всего вопрос содержания. И это новое содержание сразу диктует новую форму. Тут обратная связь. А у них содержание советское.
– Ну это ты слишком…
– По-моему «Таганка» из всех наших театров самый рутинный. Она научилась готовить соус, под которым всё пойдёт на «ура». Даже «Малая Земля».
Аня взяла его под руку:
– Ты, Васенька, у меня сегодня шибко злой и шибко умный.
Василий умехнулся, скомкал пакетик из-под нормы:
– Я, Аня, злым бываю, только когда не поем вовремя…
– А умным?
– Когда ты мне в попку даёшь.
– Хам…
– Здесь, что ли? – Таксист сбавил скорость.
– Ага, тут. – Заяц поспешно докурил сигарету, приоткрыл треугольное окошко и выбросил. – Щас свернём, тут недалеко. Километра два.
– А что там, посёлок?
– Не посёлок, а городок.
Свернули с шоссе, поехали медленней.
Дождь по-прежнему шёл, «дворники» монотонно размазывали капли по стеклу. Узкая, плохо заасфальтированная дорога стелилась под фары. Мелькавшие справа кусты кончились, из темноты выплыли два кургузых стога.
– Что тут, поля, что ли?
– Ага. Совхоз, ясное дело. – Заяц расстегнул молнию куртки и усмехнулся. – Еле убрали в этом году.
– Что, дождь мешал?
– А им всегда что-то мешает.
– Точно. Я вон как к тётке ни поеду, всё у них или картошка помёрзнет, или телята подохнут.
– Далеко тётка живёт?
– Под Курском.
– Порядочно…
– Ага. A то однажды ферма сгорела. Двое мужиков напились и сожгли. И сами сгорели… слушай, ну где твой городок-то?