Грохоча на всю округу, молодые подъехали на новейшем дизельном мобиле. Папаша Солье был горд собой. Свадебный пир продолжался несколько часов. После трапезы, согласно обычаю, дамы преподносил новобрачной свадебные подарки.
Молодая сидела в своём новом доме на скамье у большого стола, уже загромождённого всевозможной посудой, медными и лужёными котлами, постельным бельём. Лицо её сияло от удовольствия.
Старый барон был, пожалуй, даже смущён своим скромным подарком: всего-навсего несколько тарелочек, правда из прекрасного фаянса, которые о хранил специально для подобных случаев. Лика вдруг подумала о том, что дома семья Сансе всегда ест из простых крестьянских мисок. Эта нелепость возмутила и ранила её: как всё-таки странно устроены люди! Можно не сомневаться, невеста тоже не станет пользоваться этими тарелками, а тщательно запрячет их в сундук и будет, как прежде, есть из своей миски.
Окружив супругов, мужчины изощрялись в остроумии и стёбе.
– Эй, красавица, – крикнул, один из них,– глядя на тебя и на твоего муженька, не скажешь, что на заре вам потребуется горячительный напиток для подкрепления сил.
– Отец, что за напиток, о котором всегда толкуют на свадьбах? – спросила Лика, когда они выходили из дома.
– Ну, есть такой обычай, так же как, например, обычай делать подарки или танцевать, – уклончиво ответил барон.
Но это объяснение не удовлетворило девочку, и она дала себе слово дождаться, когда молодым понесут горячительный напиток.
На площади под большим каштаном, где обычно танцевали, пока ещё было тихо. Мужчины сидели вокруг столов, установленных под отрытым небом и курили кальян.
Лика вдруг услышала рыдания старшей сестры: Орта просила, чтобы ей разрешили уйти домой, – она стыдилась своего скромного, заштопанного платья.
– Вот ещё глупости! – воскликнула Лика. – вечно ты что-то придумываешь, дурёха. Разве я жалуюсь на своё платье, хот оно вон какое узкое и короткое. Вот только туфли очень жмут. Но я-то повеселюсь на славу!
Но Орта не успокаивалась, уверяла, ей жарко, что она плохо себя чувствует и хочет вернуться домой. Лика присела на минутку рядом с отцом. За ужином она плотно поела, и теперь её клонило ко сну.
Вокруг них собралась вся местная аристократия, среди них и школьный учитель, который при надобности был и хирургом и барбершопером и диджеем. Тем временем на площади у большого каштана началась какая-то суматоха. Раздался пронзительный рёв, переходящий в свист – это настраивали колонки и звуковые усилители. Моргнула светомузыка, и паровая машина затянула площадь густым туманом.
– Сейчас начнётся движение! – закричала Лика и завертелась вприпрыжку , прихлопывая руками, словно уже слышала музыку., которая вот-вот должна была зазвучать. Её золотистые локоны рассыпались по плечам. И барон неожиданно – может, из-за её ставшего слишком коротким и узким платьица – увидел, как она развилась за последние месяцы. Прежде совсем девочка, она выглядела сейчас старше своих лет – у неё стали шире плечи, а под поношенным лифом платьица угадывались груди. Молодая кровь ярким румянцем пробивалась сквозь золотистый загар её щёк, а, когда она смеялась, её влажные губы открывали чудесные ровные зубки.
Сидевших рядом с бароном мужчин тоже поразила эта перемена, произошедшая в девочке, – от неё веяло страстью и какой-то необыкновенной свежестью. Естественная красота, ещё необезображенная тоннами яркой косметики.
– Ваша барышня становится красавицей, – подмигнув мужчинам, с угодливой улыбкой заметил барону папаша Солье.
К гордости барона примешалось чувство беспокойства.
«Девочка уже большая, не следует ей торчать среди мужчин, – внезапно подумал он. – Пожалуй, не Орту, а её нужно поскорее отдать в пансионат – лицей для благородных девиц.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: