– Хорошо! Что делает этот ваш морпех сейчас?
– Стреляет в тире, сэр. Уже третий день. Ему не было дано никаких указаний – я сделал это совершенно сознательно. В рабочий кабинет он тоже не может попасть – коды доступа изменены. Командование базы тоже никак его не задействует, на этот счёт есть специальное распоряжение. Он вполне мог бы загулять с девицами или нарезаться в хлам в ближайшем баре – никто не стал бы этому препятствовать. Но… сами видите…
– А он пользуется успехом у девушек?
– Да, сэр. Мы знаем, по меньшей мере, троих, с кем он проводил свободное время. Их отзывы о нём вполне благожелательны. Не скуп. Не извращенец. И вообще – выгодный клиент.
– Такое сочетание качеств… да в настоящее-то время? Это раньше послужило бы на благо карьеры! А сейчас… – усмехнулся директор. – Выгоднее было бы считаться каким-нибудь извращенцем – это успокоило бы многих! Мол, ты такой же, как и все прочие – тебя можно не опасаться!
– Увы, сэр… – кивнул Беренс. – Времена меняются. И не всегда в лучшем смысле, к сожалению.
– Ладно! Задействуйте Хаста в работе! Надеюсь, никакие сентиментальные чувства по отношению к бывшим сослуживцам, не станут для него серьёзным препятствием в случае необходимости?
– Это машина для убийства, сэр. В мафии таких людей называют «торпедами» – им достаточно лишь указать на цель, а всё прочее они сделают самостоятельно. Но, в данном случае, эта «торпеда» – умная и, в известной мере, изобретательная. Какие-либо чувства ей недоступны… не та программа в неё заложена!
– Что ж… такие люди тоже нужны. Они могут быть весьма полезными – в известных ситуациях…
– В какой мере я могу знакомить его с результатами наших расследований?
– В любой – насколько сочтёте нужным. В конце концов, несчастных случаев никто ведь не отменял… при необходимости, разумеется.
– Следует ли мне официально зачислить Хаста в штат отдела внутренних расследований? Как сотрудника отдела с правом проведения расследования?
Директор покачался в кресле. Отрицательно покачал головой.
– Нет. Я вполне допускаю ситуацию, что ему придётся общаться со своими бывшими товарищами. И они гораздо охотнее станут разговаривать со своим коллегой, нежели с офицером спецотдела. Более того! Я бы вбросил некий намёк на то, что Джон, скажем так… залез не в свою корзинку… Поторопился, резко с кем-то поспорил… И его выводы вызвали определённое неудовольствие руководства. Ситуация в данном случае получается весьма интересная! Определённая фронда по отношению к руководству всегда имеет место быть – и мы тут не исключение. Сыграем на этих нюансах – это может дать совершенно неожиданный результат! А вот Лейбана – надо поощрить!
– Но ведь он же ничего так и не отыскал…
– Да, потому что действовал по стандартной методике расследования. Которую прекрасно знают и наши оппоненты. Не буду сильно удивлён, если они уже успели ознакомиться с его выводами. Пусть и далее пребывают в благостном неведении.
– И прозевают Хаста, – понимающе кивнул Беренс.
– Именно! Да и действовать он ведь будет не в одиночку…
Эта встреча, на первый взгляд, выглядела совершенно случайной. Ну, заехал человек на мойку – машину помыть. Поставил её в бокс, а сам устроился в комнате для клиентов – кофе попить…
И ничего удивительного в том, что сел напротив ещё одного ожидающего. Мало ли…
Да ещё и телевизор надрывался изо всех сил. На экране кривлялся очередной «певец» – шла трансляция какого-то рэп-баттла. Так что, уже с трех-четырёх шагов было невозможно разобрать ни одного слова из тех, которыми невзначай перебросились оба посетителя.
Это были люди умные и вполне современные. Прекрасно понимавшие, что любое сказанное в телефон слово, любая заметка в мессенджере, не говоря уж об электронной почте или, боже упаси, обычном письме – всегда и везде оставляет след. Который может неожиданно всплыть в самый неподходящий момент! Ну, а согласно закону сохранения энергии (как говорят учёные умники), если что-то всплывает – то что-то неизбежно и тонет…
Идти же ко дну никто из присутствующих явно не собирался.
– Расследование зашло в тупик. Как и все предыдущие.
– Так не может долго продолжаться. Рано или поздно – но они что-то нащупают.
– Уже «нащупали», – кивнул первый из собеседников. – Они подозревают кого-то из снайперов – наша уловка сработала.
– И Беренс поверил?
– Агрессивная лесбиянка и активный критик существующих порядков – можно выбирать любого. У каждого из них есть повод для недовольства системой. На кого бы они ни обратили внимание – это займёт достаточно долгое время.
– Насколько долгое?
– Пару месяцев – точно займёт.
Второй собеседник удовлетворённо кивнул.
– Этого вполне достаточно. Большая часть средств уже на руках, и мы можем начать операцию в любой момент.
– Нужна ещё наличка?
– Доллары. Евро у нас вполне достаточно. А вот доллары нужны…
– Через десять дней намечается ещё одна операция, – на секунду призадумался первый собеседник. – Мы можем успеть!
– Действуйте! И на этом – всё! Ложитесь на дно.
– Понял вас. Мы всё сделаем…
Глава 7
«А ещё я в неё ем…» – не помню, кто и когда высказался подобным образом, но я того человека вполне могу понять. Хотя и не считаю, что голова дана человеку только для этого. Вообще-то ей положено думать! А вот для более плодотворного процесса размышлений – можно иногда и пожрать.
Я тут посидел в баре… и рядышком (совершенно случайно, как вы, надеюсь, понимаете) оказался полковник. Пусть обстановка насквозь неофициальная – бар, но определённое уважение к старшему офицеру иметь всё-таки нужно.
Так что я вежливо спросил разрешения присесть, на что и получил соответствующий кивок.
– Как дела, Джон?
– Непонятно, сэр… Никто и ничего пока не поручал, уже неделю предоставлен сам себе. Может быть, сэр, я снова вернусь в группу инструкторов?
– Сожалею, Джон, но я пока не могу отдать такого распоряжения. Официально – ты теперь вообще мне не подчинён. Как офицер отдела внутренних расследований, работаешь по своему графику.
– Так в том-то и дело, сэр, что не работаю! Вообще ничего не делаю! Вы ведь старший офицер и имеете право…
– Сынок, мы не в армии. Здесь несколько иные порядки – и ты должен это понимать. От моего желания тут зависит многое – но, далеко не всё.
Он помолчал, глотнул пива и покосился на меня.
– Неофициально, Джон… Я, разумеется, ничего особенного и не знаю – спецотдел никому не отчитывается. Но! Возможно, что ты… как это говорят твои русские… залез не в свой огород. Мне предписано сдать все материалы по нашему расследованию и прекратить всю работу в этом направлении.
– Вот как?
– Да. И я думаю… – Медоу повертел в руках опустевшую бутылку из-под пива. – По-моему, ты что-то такое затронул… что-то такое раскопал… И это вызвало определённое неудовольствие наверху. Да, тебе не предъявлено никаких обвинений – да и за что, собственно говоря?! Но вот работа твоя кому-то пришлась – как это говорят твои любимые русские? «Сильно не во двор»?