Джеймс нервно сжимает руки в кулаки и складывает на столе. Шумно втягивает воздух. Глотает слюну, судя по шевелящейся мощной шее. Палит меня своим огнем. Испепеляет, не давая шанса на то, чтобы выжить. Сжигает дотла, когда начинает говорить.
– Знаю, что ты никогда не простишь меня. Понимаю это. Хоть и не могу смириться. Не хочу смириться. Но, все же, прошу у тебя прощения… – пауза. Долгая, дробящая все кости внутри. – Прости меня, Диана, за всю боль, которую тебе пришлось испытать. За все, что скрыл от тебя. За все разрушительные эмоции, ложь, поступки. За то, что появился в твоей жизни.
– Я никогда не жалела, что ты был в моей жизни, Джеймс.
Перебиваю, потому что не хочу это слушать. Потому что это будет неправдой. Замечаю, как расширяются в удивлении его глаза. Когда хочет что-то сказать, официанты приносят еду. Я вижу, что на столе оказываются мои любимые булочки и морепродукты. Какие-то странные вибрации пробегают по телу, разгоняя внутри едва заметное приятное тепло. Тернер только молча указывает на блюда, призывая меня поесть.
– Я не жалела. И не жалею.
– Дослушай меня, пожалуйста, – киваю и беру с тарелки мучную ракушку. – Я ненавижу себя за то, что сделал. Каждые день с того момента – каторга. Буквально погибаю, но долгожданное облегчение так и не приходит. Казалось бы, научился хоть как-то существовать, а потом эта сегодняшняя встреча… И меня снова разорвало, понимаешь? С мясом раскидало… Но все мои метания такая херня по сравнению с тем, что довелось пережить тебе… – снова сглатывает образовавшийся в горле ком. Я же мну в дрожащих пальцах кусок теста, не в силах и слова вымолвить. – Ты так похудела… Я боюсь даже представить, что происходило… Я… Я…
Отводит взгляд. Часто моргает и мотает головой. Я же просто натурально рвусь изнутри.
– Мне казалось, что хуже уже быть просто не может… Но, как оказалось, мне только казалось, – возвращает воспаленные глаза ко мне. – Сегодня мне жёстко открыли глаза на то, каким конченым эгоистом я вырос. Что даже в этой ситуации, где уничтожил и унизил тебя, я все время говорил о себе. Сейчас словно прозрел. Поэтому… – протягивает ладони к моим, словно хочет сжать пальцы, но буквально сразу же отдергивает руки. – Ради Бога… Прости меня за все, пожалуйста… Я очень сильно тебя любил. И… И люблю… Ты мое всё, Диана Уильямс. Лучшее, что случилось со мной. Но я просто тебя не заслуживаю…
Чувствую подступающую к горлу тошноту. Глаза нестерпимо печет. Лихорадочно глотаю воду, пытаясь совладать с огромным болотом, затягивающим в свою трясину все мое существо.
– Все, что я говорил тебе о нас – всё правда. Все.
– Кроме самого главного, – не узнаю себя. Голос чужой – холодный и равнодушный, хотя внутри просто атомная бомба разорвалась. – После того, как я открыла тебе душу, Джеймс. После всего этого ты снова утопил меня в том же самом дерьме. Снова, – опускаю голову, чтобы не видеть его лица. – Я доверяла тебе. Обнажила душу и сердце. Я, в конце концов, любила тебя… – встречаемся глазами, смывая друг друга болью потери. – Беззаветно, искреннее и невероятно сильно любила именно тебя. А ты просто уничтожил все. Сколько возможностей было рассказать? Сколько, Джеймс? Ты предпочел отмолчаться. А все ради чего? – хриплый смешок сквозь прорывающиеся слезы. – Ради гребаной тачки! Все ради развлечения. Ради забавы. Ради денег. Ты уничтожил меня.
Мужчина молчит, стойко проживая собственную агонию. Глаза не врут – ему дико больно.
– Разговор нам был нужен, чтобы обоим идти дальше, но порознь. Надеюсь, что ты больше не появишься в моей жизни, Джеймс Тернер. Никогда. У нас было общее прошлое – прекрасное и… ужасное… Я безумно тебя любила. И всегда верила. Но я никогда больше не смогу тебе доверять. Поэтому я отпускаю тебя. А ты отпусти меня.
– Ты до сих пор любишь меня. Я же вижу все по твоим глазам.
Высекает уверенно и твердо. Гипнотизирует своими озёрами, в который раз пытаясь утопить. Сглатываю, унимая внутреннюю дрожь, борясь с одичалым приступом тошноты, но стойко выдерживаю мужской взгляд.
– Я все сделаю для того, чтобы забыть весь тот ужас, который чуть не свёл меня с ума, – собираю всю свою волю, чтобы солгать, глядя в любимые глаза. Потому что по-другому нельзя. – От любви до ненависти всего один шаг, Джеймс. Я ненавижу тебя. Ненавижу.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: