banner banner banner
Любовница императора Авискоты
Любовница императора Авискоты
Оценить:
 Рейтинг: 0

Любовница императора Авискоты


Я села на кровать. Закрыла лицо руками.

Как же мне жить с этим дальше? Я не смогу забыть.

Шаги.

– Мэр?

Нанда зашла. Глянула на меня, нахмурилась. Подошла, селя рядом.

– Что такое, Мэр? Он обидел тебя? Что он сделал?

– Ничего, – я всхлипнула. Вдруг поняла, что сдержаться не могу. – Все хорошо.

– Мэ-эр… – Нанда попыталась заглянуть мне в лицо. – Ну-ка? Что с тобой? Посмотри на меня.

Я давно не плакала, даже когда Миклош бил меня. Не помню, когда плакала в последний раз. Думала, меня ничем не задеть, все слезы закончились… А сейчас словно прорвало. Не могла ничего сделать. Слезы текли по щекам.

Нанда волновалась, никак не могла понять.

– Обидел тебя? Ну? Скажи? Он оставил деньги, Мэр. И чек и наличные. Можно даже Миклошу все не отдавать, он не узнает. Да что с тобой, в конце концов? Что случилось?

– Ничего, – я мотала головой. Всхлипывала. Словно девчонка.

– Да что же… Ты его знаешь, да? Что это за человек? Да прекрати, Мэр!

Я уже собиралась объяснить… нет, не про императора, конечно. Про первый раз, про то, что до сих пор помню, как он был нежен со мной…

И вдруг – колокольчик на двери. Грохот.

– Мэр! – пьяный голос снизу. – Мэр, какого хрена?! Нанда? Почему никто не встречает?!

Миклош.

Нанда вскочила.

– Так, я иду, – быстро сказала она. – А ты быстро вытри слезы!

Я кивнула.

У меня две минуты буквально, чтобы привести себя в порядок, сделать вид, что ничего не было. Иначе, будет совсем плохо.

* * *

– Ну-ка, иди сюда! – Миклош едва стоял на ногах. – Почему не встречаешь? С-сучка! Чем ты там занята? Иди сюда!

– Я отошла на минуту.

– Да?! Сюда иди!

Его пошатывало. Его красное лицо с поросячьими глазками и бордовый сюртук с голубой жилеткой… толстое брюхо… Ему было-то едва за сорок, и когда он появился здесь, многие девочки даже сходили по нему с ума. Тогда он был высоким красивым мужчиной, стройным, сильным, голубые глаза и светлые кудри… было в нем что-то… Деловая хватка была. А теперь растолстел вдвое, вечно пьяный. Как он еще умудряется вести какие-то дела, я не могу понять, разве что все по старой памяти.

Я подошла. Мне деваться все равно некуда. Когда-то я пыталась сбежать от него… дважды пыталась. На второй раз мне сломали руку и переломали ребра, просто чудо, что выжила… Я хочу жить. Бежать мне все равно некуда. Здесь, по крайней мере, у меня всегда есть кусок хлеба… дома, в детстве, не было и этого. И если кто-то скажется мне, что лучше голодать, то он просто не знает, что это такое.

Миклош словно принюхался.

– Чем ты была занята? – спросил он.

Мне казалось, он уже все знает.

– Я была здесь, – твердо сказала я.

– Да? – он подался ближе ко мне, так что я чувствовала его дыхание. – Ты мне врешь!

От него воняло дешевым кислым вином и потом.

Я смотрела ему в глаза. Кто-то сказал уже? Он видел, как Рикхард выходил из наших дверей?

Мне было страшно. Я пыталась понять, как поступить правильнее.

Миклош ждал.

Бледно-голубые, почти бесцветные, глаза его – яростно поблескивали.

Он знает. И если я не скажу – убьет меня, будет бить, пока не признаюсь. Если скажу – тоже. Но, возможно, жадность окажется сильнее.

– Десять тысяч, – сказала я, как можно более спокойно и твердо. – Он оставил десять тысяч чеком и две тысячи наличными. Вот.

Протянула Миклошу пачку денег.

Несколько секунд он смотрел, не понимая. Потом выхватил у меня из рук.

– С-сучка! – зашипел он. И вдруг швырнул эти деньги мне в лицо. – Ты спала с ним?! Тварь! Я же запретил тебе!

И со всей дури залепил пощечину.

Я едва не упала, качнулась… соленый вкус крови на губах. Отступила на шаг.

Ничего, я привыкла. Пощечина – это не страшно.

– Десять тысяч, Миклош, – сказала я, утирая кровь. – Это невероятные деньги! Нам всем столько и за год не заработать! Ты только подумай, что на эти деньги можно купить!

– Ты спала с ним? Дрянь! Я же объяснял тебе, что ты теперь только моя! И я не собираюсь тебя ни с кем делить! Ты не ценишь того, что я сделал для тебя? Из какой грязи вытащил?! Да я отдам тебя на «Голиаф»! Будешь неделю трахаться со всей командой бесплатно!

Он был пьян и не соображал ничего, ярость и ревность застилали глаза.

– Десять тысяч, – последний раз попыталась я. – Посмотри!

Деньги валялись кругом…