– А ты о чем думал? – Галка накинулась на Сержа.
– Тебе напомнить, о чем я думал? – тихо поинтересовался Серж.
– Да я вас сейчас обоих… – Галина кинулась на них, но парни отгородились от неё швабрами с намотанными тряпками, и, похоже, готовилось нешуточное сражение. Галя была на 1,5-2 головы выше Сержа, да и знала, что он ей ничего больно не сделает. Волкова она в расчёт даже не брала, т. к. он вообще был очень добрый.
Но в дверь вошла уже переодевшаяся в пальто Ирина.
– Так, народ! Если вы решили оставаться тут, то я запираю гардероб и ухожу. И ждите своего Фокуса до утра. Я больше ждать не хочу.
– Толик! – завопил Серж, – Уйми ты свою пассию! Мы так не договаривались! Я не хочу так рано уходить отсюда. Я еще не всю анатомию выучил!
– Ой! А то вы тут анатомию собираетесь учить, а не лизаться, как кошка с котом! – вот за что парни очень недолюбливали Ирину, так вот за такую беспардонность. Но они быстренько убрали швабры, проверили, закрыты ли окна и побежали вслед за Ириной в гардероб переодеваться.
– Ну, доберусь я до нее когда-то, – шуточно за спиной друга тихонько шипел Толик. И Серж только улыбался, т. к. знал, что не доберется. Или доберется?… Но думать не хотелось, т. к. сверху уже спускалась мгновенно переодевшаяся Галина, и было слишком мало времени на собственные переодевания.
Отшельник. Бутылка в океане
Мы можем представить себе, и даже уговаривать друг друга, что в силах «заморозить», уложить в криогенные хранилища и анабиозные камеры целое человечество, но не факт, что удастся так сохранить, а не похоронить человечество весьма красиво и дорого.
Да, сама по себе идея сохранить генетический код в целости и неприкосновенности, – как от себя самих, так и от природных факторов, – проста и превосходна. Для этого можно использовать «законсервированные» половые и не половые клетки, замороженные зародыши в разной стадии развития, готовые организмы разных возрастов в криогенных и/или анабиозных камерах. Последние особенно хороши и привлекательны, т. к. люди могут быть подняты из хранилищ для выполнения неотложных задач без предварительного длительного выращивания с адаптацией, да еще и без более длительного обучения. А после выполнения этих неотложных задач взрослые организмы могут быть снова уложены в свои камеры. Ну, или утилизированы, если повторное «консервирование» почему-то невозможно.
Если человечество подошло к тому рубежу, что дальнейшее размножение и продолжение рода невозможно без дополнительных неподъемных затрат. Или без лабораторной помощи каждому индивидууму. Или возможно, но только в единичных случаях. Тогда вполне оправданна консервация целого мира. На будущее.
Вот только какого будущего? Чего ждем? На что надеемся?
А на что надеется бутылка с запиской, брошенная в огромное море? Точнее, на что надеется человек, сделавший это? На то и только на то, что у него есть один шанс на сколько-то миллионов или миллиардов, что эта бутылка не разобьется о скалы и не будет выброшена на пустынный берег, что она окажется на пути плывущего корабля, что не разобьется о борт этого корабля, что ее заметят в груде плавающего в океане мусора, что вода не проникнет в бутылку, не растворит чернила и не утопит окончательно, что вынувшие ее из воды люди смогут понять тот язык, на котором написана записка… Ну и т. д., и т. п., и пр. Словом, не знаю, не слишком ли огромные шансы для этой бутылки я указал выше.
Даже если распространять на всех мыслимых и немыслимых диапазонах радиоволн послания в космос с просьбой о помощи, то шансы увеличатся не на много. Скорее даже могут привлечь ненужное внимание совсем не тех, кому они предназначались.
В таком случае роль бутылки будет выполнять целая планета, внутри которой будет законсервирована жизнь, которая рискует исчезнуть, которая ждет своего продолжения в лице случайных посетителей. А если случайные посетители, – это только развлекающаяся группа молодежи, устроившая мероприятие, что-то типа «пикник на обочине»? Вот вы много разглядываете особенностей местности, когда приехали на природу на шашлыки, или на речку для рыбной ловли, или в дикий лес с девушкой со вполне определенным целями у обоих? Вы будете заглядывать под кусты в поисках незнакомых и подозрительных дырок, в спящие муравейники, в дупла старых деревьев, – чтобы найти, не оставил ли там кто-то записку с просьбой о помощи? Или будете заниматься своими намеченными делами? Спилите то дерево – старое, дуплистое, трухлявое – чтобы на нем посидеть или сжечь его в костре под шашлыком. Просто буцнёте муравейник или забросаете его винными бутылками, – пусть муравьи скажут спасибо, что вообще их не подожгли или не облили бензином в качестве дезинфекции, дезинсекции и дератизации. А найденная в кустах дырка в земле послужит скорее всего хорошим местом для захоронения остатков пищи и упаковок, привезенных с собой. Или просто уйдете в другие кусты, где нет этой непонятной и ненужной дырки в земле, – для гигиенических или развлекательных своих собственных целей.
Если на планету прилетят мародеры, военные или пираты, – для временной стоянки или для создания постоянного пункта базирования, – будут ли они рады такому соседству? Сможете ли вы осилить таких вот соседей, когда они без предупреждения и миндальничания проникнут в хранилища, склады, лаборатории, криозаллы и анабиозные комнаты? Нужны ли будут им ваши запасы генетического материала? А взрослые особи скорее всего понадобятся как прислуга, рабы или предмет развлечения. Не факт, что их оружие будет менее результативным, чем ваше.
Шанс прибытия на такую планету, если не было в прошлом договоренности о помощи, специального спасательного корпуса своего биологического вида вообще бесконечно приближается к нулю. Даже если примчатся такие все из себя альтруисты и бессребреники. И как они будут вас спасать? Привезут генетиков с точным решением имеющейся проблемы? А почему было раньше не запросить такой помощи? Доставят легион новых носителей генетического материала, не факт, что лучше уже имеющегося? Кстати, а где они возьмут такое количество генетического материала для решения проблемы целой звездной системы? Вывезут погибающую цивилизацию в другую цивилизацию, которая вообще не нуждается в таком количестве дополнительных особей и нахлебников? Ну, разве что для пополнения рядов своих рабов, прислуги или развлекательного персонала всех мастей. Или удобрят почву вашей планеты вашими же телами для повышения ее плодородия. Еще меньше думаю, что они будут выполнять ваши цели и желания в ущерб собственным.
Словом, перспективы вообще не радужные, если не сказать, что они на самом деле очень уж удручающие.
А сколько подъемов по тревоге может выдержать обученный и подготовленный персонал планеты? Как выдержать психологически, так и чисто физически. Никто не владеет полной информацией о том, что станет с человеческой психикой и с человеческим организмом при многократных погружениях и подъемах в анабиоз или крио камеры. Это просто неисследованная ситуация. Просто нет информации.
Амазонки. Первый контакт
Сидя на берегу и откинувшись на вытянутые назад руки, Харита внимательно присматривалась к деталям окружающего ландшафта. Да, это очень похоже на то, что она видела в своем мимолетном видении в конце совещания. Ей что-то подсказывало в сознании, что это именно та точка планеты, которую надо было обязательно посетить в промежутке времени, который уже сейчас должен был начаться.
Вроде бы ничего не привлекало внимание, если бы не видение. В этом видении представали скалы через реку напротив без проплешин, которые выделялись в настоящее время. Всё это было бы не важно, если бы не видение. К чему её подталкивала зарождающаяся в ней новая особенность? Она пока не знала, как ею управлять и в какой степени ей верить. И это стоило проверить. Тем более, что ее видение давало ей просто неимоверную надежду.
Значит так. Этой проплешины на скале не было ранее, а теперь она есть. Сколько прошло времени от того, которое показало ей видение.
Вот ведь пристала она к этому термину!… Видение, предчувствие, слепок местности в определенный отрезок времени, в?дение в реальном времени чего-то далеко от нее… Это только небольшой список того, как ей интуитивно хотелось назвать это чувство.
Харита оглянулась по сторонам, стараясь найти еще какую-то привязку настоящей местности к сохранившемуся в ее памяти образу. Местность как местность… Хотя… Это не отпечаталось в ее памяти, но вот сейчас она увидела на песке недалеко от того места, где она вылезла из реки после купания небольшую щепку с обгорелым концом. Чуть дальше она заметила почти полностью присыпанный очаг или кострище. Словно кто-то развел на берегу костер и… Что же могли делать люди или человек на берегу реки около костра? Удивительный вопрос. Особенно если учесть, что в настоящее время уже много столетий или тысячелетий все люди этой и нескольких других планет лежали в капсулах длительного сохранения жизни, в капсулах летаргии, или как это писали в старинных книгах – крио камерах. Они не могли сидеть у костра или даже просто гулять по этому берегу. Даже поисковые отряды, которые не так давно рыскали по всем направлениям, не имели времени на такой блаженный отдых на берегу реки.