– Но… как?
Я на мгновение растерялся. Просил ведь передать лично в руки! А теперь получается, что Полина – здесь и никакого письма в глаза не видела, а сказать ей все прямо…
– Я написал в нем, что разрываю нашу помолвку. И некоторые свои другие соображения по поводу… предмета нашего последнего разговора.
Что-то не ладилось. Я не мог убедить Полину, что она мне не нужна. Я себя не мог в этом убедить! Полли, ну почему все так?
– Можно задать тебе один вопрос?
Видимо, Полли легче было говорить, глядя куда угодно, только не на меня. И пусть.
– Задавай, – ответил я, усаживаясь в единственное в комнате кресло. Сейчас не время менять принятое решение. Нельзя, иначе следом за моей головой полетит и ее.
– Кто тебе рассказал о судье?
Быстро же распространяются слухи… Хотя было бы странно, если бы новые друзья Полли не рассказали ей о пропаже Вайхеса.
– О каком судье?
– Анри, не играй со мной! – Полли взглянула на меня, и я понял, что шутки закончились. – Просто ответь. Думаешь, я не понимаю, куда делся Вайхес? Или почему маркиза Авертаса вдруг замучила совесть? Год не мучила, а тут! Это был Пьер?
– Да, господин магистр рассказал мне много интересного – того, о чем должна была поведать ты. Ткнул носом, как котенка. Мол, чего вы хотите, граф, если не знаете даже этого? А я знаю и имею право…
Я все-таки вскочил на ноги и расхаживал перед Полли из угла в угол.
– Я не хотела этого, – с горечью ответила она.
– А я хотел?
Мы замерли друг напротив друга. Она волновалась, я чувствовал и понимал это. И ничего! Ничего не мог с этим сделать именно сейчас. Сдаться? Уступить? И что будет потом? Когда ее же приятель заинтересуется, а не причастен ли, случайно, некий Анри Вейран к убийству почтенного судьи?
– Выслушай меня, Анри. Я понимаю, почему ты не хочешь меня видеть. Понимаю, что ты обижен, и я никогда не смогу это изменить.