banner banner banner
Человек из Оркестра
Человек из Оркестра
Оценить:
 Рейтинг: 0

Человек из Оркестра


Всех он любил, своих домочадцев. Но в меру. Сыну часто урезал количество карманных денег. И никаких лишних гаджетов. Пузатый его «мерс» занимал половину двора, горделиво возвышался над тутошними «киа» и «ауди».

Но это были будни. Простые и скучные. Работа-дом-дача-работа-дом-дача. И, может от этого однообразия, Женька срывался в «штопор». Так он сам говорил о себе: «Всё, пока. Я ухожу в штопор». Брал штопор из ящичка на кухне и уходил в свою комнату, а оттуда – в запой.

И домочадцы начинали свои ночи и дни бессонных бдений.

Нет, Евгений не буянил, не бил посуду, а превращался в какого-то монстра щедрости.

Жена выгребала все кредитки из его бумажника. Но это ситуацию не спасало. Евгений впадал в высоты благотворительных деяний. И на это спускал все имеющиеся у него сбережения.

Его не выпускали из дома, отнимали ключи от машины. Лишали всякого общения с внешним миром.

Возвращаясь как-то домой, Евгений увидел расстроенного дворника Саида. Опять старые ворота вышли из строя, и во дворик проникали всякие нежелательные элементы и ставили чужие машины.

«Я позвоню в контору. Пусть починят», – пообещал он дворнику. Но тот только махнул рукой, понимая, что Евгений уже не совсем трезв.

А Евгений пришел домой и позвонил. Но не в ЖЭК, а нашел цех по изготовлению ворот. И заказал их. Новые, чугунные, с калиткой. И кодовым замком. Сказал адрес и оплатил тайной своей кредитной карточкой. Конечно, инкогнито от семьи.

И ранним утром следующего дня приехали мастера-литейщики. Выгрузили роскошные, в узорах, ворота. Сняли старые, дырявые и ломаные. И уже через пару часов новые ворота были установлены, калитка сияла кодовым замком.

Все жильцы дома высыпали во двор ахать и охать. И восхищались жилищной конторой, столь расщедрившейся на такие настоящие ворота.

«Это Женька из тридцать четвертой. Обещал – и сделал».

Но его информацию Женькино семейство пропустило мимо ушей.

Ворота закрывались плотно, открывались легко, и все любовались их благородным видом.

Не любовался только Евгений. Он потягивал виски из стакана, лечил голову с ночи и думал, как ему проскочить мимо жены в ванную.

Он по тишине в доме понял, что она отсутствует, выглянул украдкой в окно.

Машина его стояла на месте. Тут же толпились жильцы, размахивая руками.

Евгений решил, что опять какое-то собрание. Ворота ему из окна видны не были.

Услышал как жена возвращается. Женька нырнул в свою комнату и услышал, как жена сказала:

– Могут, если хотят. Два года звонила им. Сделали, наконец.

Женька вышел на кухню, заглянул в холодильник.

– Спишь всё. Проспал. Ворота у нас теперь настоящие. ЖЭК прислал, наконец, мастеров.

Евгений вдруг испуганно икнул.

Он вспомнил, что вчера заказал ворота. Да и оплатил, и за скорость установки отдельно еще заплатил.

Но главное было – не проговориться.

Он пошел к себе в комнату, натянул штаны и осторожно вышел во двор.

Ворота действительно были крепкими и восхитительными. Женька потрогал черные, тяжелые шпингалеты. Это было похоже на чудо.

Что и подтвердил Саид.

– Спасибо тебе, что позвонил, а то я жалуюсь, жалуюсь. Звоню, звоню. А ты – молодец !

– Да, молодец, – почесал затылок Евгений.

Главное – не проговориться. И Женька побежал домой заметать следы своей нечаянной щедрости.

Но выше страха перед женой в нем прыгала радость от его поступка. От нужного всем поступка.

Ну и что – ему попадет. Да и знал он, что, выйдя из запойного своего штопора, он, может, и пожалеет о широте и бесшабашности вызывающего своего поступка.

Но это будет потом, а пока он дорожил в себе необыкновенной радостью от свершения, ну очень нужного всем. И еще подумал, что даже для этой радости сделанного – стоило исчезать в небытии запоя.

Разве появились бы ворота, избавься он от этой своей привычки? Оставалось только разъяснить это непонятливому своему семейству.

«Хотя», – решил Женька. – «Лучше инкогнито. Тихо».

Но тихо не получилось. Саид проболтался.

Он трогал ежеминутно ворота, и приговаривал:

«Ай, Женя, ах молодец. Такой предмет купил для людей», – и восторженно оглядывал всю узорчатую красоту ворот.

Но Саиду никто не верил. Весь двор знал, что Евгению еще далеко до выхода из, опасного для него, штопора.

Пёстрая тетрадь,

21 октября 2020

Скольжение

Она вдруг поняла, что напрасно бросила курить. Идя по люто скользкому тротуару, она заскучала по сигаретке, за которую она так любила держаться, идя по ледяной глади. Сигаретка грела ладошку и держала за руку, чтобы она не упала. И в этом была надежность и защищенность.

И сегодня, идя в холодном дне по почти безлюдному городу, она с трудом отбилась от желания зайти в ближайший магазин и купить пачку сигарет. В радость.

А почему бы и нет? Она решительно вошла в магазин и купила на кассе любимые свои сигаретки. А зажигалка у неё всегда была с собой. Так, болталась в сумке на всякий случай. И похоже, этот случай наступил.

Вера уже развернулась, чтобы покинуть магазин и закурить там, на бульваре. Как вдруг увидела на окне за кассиршей блестящую и веселую трубу. Большим кренделем он лежал на кафельном подоконнике и казался здесь, в полуподвальчике этой лавки, чужеземцем. Таинственным и прекрасно золотым. Кнопки его сияли, как нарядная застежка.

Вере он сразу понравился, и она вдруг спросила у кассирши об этом неожиданном предмете.

– Да лежит вот. Вторую неделю. По пьяни забыл кто-то. Еще до Нового года. Вот, не приходят.

Вера почему-то страшно разволновалась. Она вдруг поняла, что геликон ждал ее, здесь, на пошлом кафеле, ждал, чтобы она его выручила. Поняла, как ему здесь не место!