Дорвавшиеся до власти Долгоруковы старательно вымарывали ненавистного «пирожочника» Меншикова из истории семьи Романовых. Весной 1728 года начался последний акт этой драмы. У Меншиковых было отобрано почти все: обширные имения, больше 100 тысяч крестьян, семнадцать домов в Петербурге и Москве, двести торговых лавок, девять миллионов рублей на разных банковских счетах, огромное количество драгоценностей. Даже одежду, постельное белье, медную и оловянную посуду у опальной семьи конфисковали.
В апреле Меншиков с женой, двумя дочерями и сыном отправился в ссылку в сибирский городок Березов. На подъезде к Казани, не выдержав тягот дороги и свалившегося на семью несчастья, скончалась супруга Данилыча, княгиня Дарья Михайловна.
Меншиков, как мог, старался подбодрить детей. Знаменитым на всю Россию стало высказывание опального князя: «С простой жизни начинал, простой жизнью и закончу».
Слова светлейшего не разошлись с делом. Едва приехав в Березов, он взялся за топор и вместе с восемью верными слугами построил себе деревянный дом и возвел церквушку, которой могли пользоваться все березовцы.
Меншиков, продававший когда-то пирожки, познал в своей жизни немало, поэтому ему было проще переносить тяготы ссылки. А вот его дети, привыкшие к роскоши, сильно страдали. Особенно тяжело приходилось «обрученной невесте» Марии. Бедняжке пришлось вести однообразную, тяжелую, скудную и томительную жизнь. Мария с сестрой Александрой сами стирали одежду, готовили пищу, убирали в доме.
Пока был жив отец, у барышень Меншиковых была твердая защита, но вскоре ее не стало. Осенью 1729 года в Березов пришла напасть – эпидемия оспы. Меншиков заразился и 12 ноября скончался в возрасте 56 лет.
По слухам, после смерти светлейшего караулившие семью Меншиковых солдаты стали регулярно захаживать в избу барышень. Мучения Марии, впрочем, были недолгими: 26 декабря 1729 года (в день своего рождения) 18-летняя красавица скончалась от оспы, как и ее отец.
Мария так и не узнала, что за 10 дней до ее смерти несостоявшийся жених Петр II издал указ о возвращении детей Александра Даниловича в Петербург.
Указ Петра не был исполнен – воспротивились Долгоруковы. Но и им недолго оставалось упиваться властью: 19 января 1730 года Петр II скоропостижно скончался в возрасте 14 лет все от той же оспы.
Лишь в 1731 году Анна Иоанновна возвратила из Сибири остатки разрушенного «гнезда Меншикова» – 17-летнего Александра и 19-летнюю Александру.
Александр впоследствии стал генерал-аншефом, сделал блестящую карьеру в армии, был в фаворе у Екатерины II. Александра стала фрейлиной при дворе Анны Иоанновны, счастливо вышла замуж за Густава Бирона, но 13 сентября 1736 года в возрасте 23 лет умерла при родах.
Княжну Марию похоронили рядом с отцом у алтаря церкви, построенной Александром Данилычем. Через много лет вышедшая из берегов могучая река Северная Сосьва смыла эти могилы.
Так сложилась судьба девушки, которая из-за амбиций отца была лишена любви, свободы, счастья и самой жизни…
«Обрюхачена»
Постель была измята. В неясном свете луны Владимир Сергеевич с изумлением увидел Варвару. Она сидела, закрываясь руками. Тот, кому вся прелесть Варвары только что в полной мере принадлежала, находился в комнате.
Чуть ли не физически ощущая поднимающийся из глубины души черный гнев, Владимир Сергеевич решительно шагнул к незнакомцу. Тот неторопливо и хладнокровно одевался.
«Мсье», – начал Владимир по-французски и осекся, вытянувшись по струнке. Перед ним, как всегда невероятно спокойный и даже в такой ситуации кажущийся величественным, натягивал панталоны император.
Князь хотел что-то сказать царю, но слова застряли в горле. Государь застегнул золоченый мундир и, не взглянув на рыдающую женщину и своего соперника, вышел из комнаты.
Владимир и Варвара остались одни.
Морозной ночью 15 декабря 1775 года в семье князя Ильи Борисовича Туркестанова и княгини Марии Алексеевны Туркестановой (урожденной Еропкиной) родилась девочка. Когда малышка издала первый крик и стало понятно, что роды прошли вполне благополучно, Илья Борисович присел на колени перед иконой и стал горячо молиться – девочка была его первым, долгожданным ребенком от любимой супруги.
Через несколько дней новорожденную окрестили в ближайшей церкви, дав имя Варвара, что с греческого можно перевести как «иноземка». Предки малышки действительно были иноземцами в России. Илья Борисович Туркестанов принадлежал к старинному грузинскому роду Туркистанишвили. Дедушкой Варвары был знаменитый князь Баадур (Борис) Туркистанишвили, который в 1722 году выполнял различные поручения грузинского царя Вахтанга VI в его переговорах с императором Петром I относительно судьбы царства Картли (Восточная Грузия). Баадур и стал родоначальником славного рода Туркестановых.
Илья Борисович, несмотря на знатное происхождение, начал службу простым солдатом в лейб-гвардии Семеновского полка, дослужился до должности кабинет-курьера императрицы Елизаветы Петровны, получил звание секунд-майора. После завершения военной службы долгое время служил в Верховном надворном суде, став со временем его председателем.
Мама новорожденной Варвары была дочерью действительного статского советника Алексея Михайловича Еропкина и Анны Васильевны Олсуфьевой, родной сестры видного «птенца гнезда Петрова» Адама Васильевича Олсуфьева. Адам Васильевич был статс-секретарем Екатерины II и одним из крупнейших деятелей русского Просвещения, внесшим неоценимый вклад в отечественную культуру.
Так что родня у Вареньки была весьма примечательной и известной, но ту до поры до времени это совершенно не интересовало. Девочка росла в усадьбе родителей, бродила по тенистым аллеям, купалась в маленьком прудике и играла с крестьянскими детьми.
В 1788 году, когда Варваре было 12 лет, скончался ее 51-летний отец. К этому моменту в семье Туркестановых росло уже трое детей, а еще семь умерли в младенческом и раннем возрасте.
Похоронив Илью Борисовича в Донском монастыре, 38-летняя Мария Алексеевна замуж больше не выходила и посвятила себя воспитанию дочерей – Варвары, Екатерины и Софьи.
Увы, княгиня ненадолго пережила супруга – в 1795 году Мария Алексеевна скончалась. Варвара и ее сестры остались сиротами и без средств к существованию. В результате девушек «разобрали» родственники. Варвара «досталась» дяде по материнской линии, бригадиру Василию Дмитриевичу Арсеньеву.
Арсеньев отнесся к девушке как к родной дочери и в полной мере заменил ей отца. Тихая, не отличавшаяся большой красотой Варвара нашла в доме дядюшки тишину, покой и уют, в которых она так нуждалась после смерти родителей.
Княжна Туркестанова очень редко выходила в свет, большую часть времени проводя в имении дяди. Лишь в 1808 году она была наконец пожалована во фрейлины вдовствующей императрицы Марии Федоровны.
Умная, обходительная, образованная женщина сильно выделялась на фоне молодых и ветреных красавиц императорского двора. Все придворные обожали Варвару, а императрица считала ее своей ближайшей подругой. Вот что писал о княжне в своих «Записках» тайный советник и известный живописец граф Федор Толстой:
«Почти ежедневными посетителями были <…> и княжна Турхистанова, самая короткая приятельница обеих сестриц и любимица Марьи Алексеевны и ее мужа [не первой уже молодости], уже порядочно взрослая девушка, очень умная, хитрая, ловкая, веселая и [весьма] занимательная в салонных беседах. Почтенный дядюшка, как мне казалось, очень за ней ухаживал, и она скоро, по его просьбе, была сделана фрельною большого двора».
Интерес к княжне Туркестановой проявлял не только «почтеннейший дядюшка» Федора Толстого, но и сам император Александр I. Государю нравилось беседовать с умной фрейлиной, он с удовольствием проводил с ней время; впрочем, поначалу отношения не выходили за рамки дозволенного.
В 1813 году государь расстался со своей фавориткой Марией Нарышкиной и отправил ее за границу. Сразу после этого Александр Павлович стал все чаще заговаривать с Варварой, приглашать ее на прогулки в сад. Вскоре пошли разговоры, что княжна Туркестанова – новая фаворитка его императорского величества.
Александр был младше Варвары на два года, но отдавал ей предпочтение перед всеми юными красавицами двора. Княжна Туркестанова не могла противиться желаниям государя, но, скорее всего, по-настоящему Александра не любила. Ее сердце еще не испытало подлинного чувства. Но всему свое время.
В 1818 году княжне Туркестановой было 42 года, и именно в этом возрасте она до безумия влюбилась в молодого красавца. Флигель-адъютанту Александра I князю Владимиру Сергеевичу Голицыну было всего 24 года. Мужчина богатырского роста, герой Отечественной войны 1812 года, получивший за храбрость Георгиевскую ленту. Веселый, богатый, остроумный, невероятно обаятельный Владимир имел репутацию коварного обольстителя.
Вот что писал о князе мемуарист Филипп Вигель:
«Более всех из братьев наделал шуму меньшой, Владимир, употребляя во зло дары природы. Его называли Аполлоном, он имел силу Геркулеса и был ума веселого, затейливого и оттого вся жизнь его была сцепление проказ, иногда жестоких, иногда преступных, редко безвинных».
О князе Голицыне грезили многие девушки, в том числе молодые красавицы из самых благородных семей. Но достался он разменявшей пятый десяток Варваре Туркестановой.
Княжна была так сильно влюблена, что сама открылась Владимиру. Князь ответил на чувства фрейлины, они стали регулярно встречаться.
Теперь княжне Туркестановой приходилось скрывать оба романа. При этом князь Голицын, хоть и был в курсе слухов, связывающих Варвару с императором, но не верил им.
Однако поверить пришлось. Однажды Владимир в спальне возлюбленной застал… самого императора. Государь, не обращая внимания на стоящего по стойке смирно соперника, спокойно оделся и вышел из комнаты. Варвара умоляла Владимира остаться с ней, то тот был непреклонен. Так княжна Туркестанова потеряла обоих своих мужчин.
А вскоре фрейлина узнала страшную новость – она ждет ребенка. В августе императрица Мария Федоровна отправлялась в длительное путешествие по Европе, и Варваре Ильиничне необходимо было сопровождать ее.
За границей пробыли долго, и через четыре месяца животик княжны стал неумолимо расти. Свое состояние Варваре пришлось скрывать под корсетом, что доставляло ей и моральные и физические мучения.
В конце 1818 года императрица Мария Федоровна со своим двором вернулась в Петербург, но Варваре Ильиничне как придворной фрейлине все равно приходилось участвовать в светских раутах и официальных мероприятиях. Растущий живот она прятала под одеждой.
Весной, сославшись на недомогание, княжна Туркестанова выпросила двухмесячный отпуск. В апреле Варвара благополучно родила девочку, которую назвала Марией. Отцом малышки мог быть как Владимир Голицын, так и император.
Появление на свет дочери Марии привело к большому скандалу. «Пала княжна Туркестанова», – говорили при дворе. Это и правда было неслыханно – незамужняя фрейлина рожает ребенка неведомо от кого. Какой пример эта 44-летняя дама подает барышням?
На голову несчастной Варвары обрушился настоящий позор. При дворе ее больше не ждали, а на улице только что не показывали пальцами.
В середине апреля дошедшая до крайней степени отчаяния фрейлина приняла яд. Зелье подействовало не сразу, бедняжка мучилась несколько недель.
Императрица Мария Федоровна, узнав об отравлении Варвары, специально приехала из Павловска, приласкала бедняжку и пробыла с ней последние часы.
Княжна Туркестанова скончалась 20 мая 1819 года.