Потом Валентайн на правах вставшего с петухами отправился заваривать чай – каким-то образом сам он то, что заваривал, находил съедобным – и усадил меня работать молотком. К моменту официального открытия конторы мы закончили работу над последним гробом. И стоило перевести дух, как зазвонил дверной колокольчик.
* * *
Мистер Финниан, пожилой, низенький, крепко сбитый ирландец, показался мне человеком, который никогда и ничем в этой жизни не был доволен.
С порога пройдя в приемную, он сел на стул, даже не сняв пальто, и стукнул тростью с тяжелым набалдашником об пол.
– У меня умерла жена! – объявил он и замолк.
Я обратил внимание, что при всей брюзгливой суровости его глаза предательски блестели. Мне была знакома такая порода людей – сухари со всем окружающим миром, кроме своей семьи. Наверняка он любил свою жену. Мне стало грустно. В силу обстоятельств я больше привык к смертям молодых, отторгнутых жизнью людей. Их призраки исповедовались мне, и, выпустившись из Итона, я стал хранителем множества историй отторжения и отчуждения. Но старики… Они-то в моих глазах сумели пройти испытание жизнью. Притереться, влиться в этот бурный поток, сметающий все на своем пути. И, что немаловажно, встретить человека, с которым вместе можно преодолеть все пороги этой реки. И когда смерть забирает одного – что остается другому?
Все эти мысли пронеслись в голове в один миг, пока я заваривал чай для нашего гостя – за окном снова отчаянно моросило. Я добавил крепкий дарджилинг в молоко, поставил блюдце под чашку и отнес на стол нашему гостю.
Он посмотрел сквозь меня и принял чашку, отпил глоток и скривился.
– Сахару, значит, не водится?
– Дориан, принеси, пожалуйста, сахар, – мягко попросил Валентайн, а сам уселся на свое рабочее место за конторкой.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: