Гальдер колеблется, он не вводит в Берлин танковые дивизии, он говорит руководству Абвера, что лучший выход для всех – это гибель Гитлера. Полковник Абвера Остер начинает искать пути уничтожения Адольфа, один из молодых дипломатов Кордт, ненавидевший Гитлера, вызвался обвязаться взрывчаткой и взорвать себя в приёмной Гитлера, когда тот выйдет к своим секретарям, что он обычно делал. Но это дело срывается по техническим причинам. Абвер продолжает давить на Гальдера, тот бездействует, выжидает.
Потом он расскажет, что уже сам начинает носить на встречи с Гитлером пистолет, зная, что не сможет выстрелить, но, тем не менее, ближе всего, по его словам, он был близок к убийству Гитлера в ставке в Виннице в 1942 году.
Гитлер безумен, понимают генералы, война – это катастрофа для Германии. Адмирал Канарис к этому времени собрал массу свидетельств о зверствах подразделений СС в Польше, генералы понимают, что все это неизбежно «повесят» на весь немецкий народ, всем немцам придется отвечать за это.
При этом важно отметить, что сами военные вовсе не ангелы, что большинство из них традиционные антисемиты, германские шовинисты и пр. Но при этом они не убийцы, как Гитлер и его банда.
Когда Гарольд Дойч анализируют мотивы большинства заговорщиков, он отмечает, что эти люди … истинные националисты. Они за сильную Германию, но против того ужаса и беспредела, который случился в России после 1917 года, и который тихой сапой идёт и в Германии. Именно в это время, кстати, в СССР проходят суды над военными, массовые казни офицеров Красной Армии. В принципе, именно это ожидало бы и немецких военных, но Гитлер при всем своем дилетантизме был куда более военный человек, чем Сталин. Он прекрасно понимал, что если он начнёт репрессии по типу сталинских, то у него не будет армии.
…
Собственно, армия к войне и после уничтожения Тухачевского готовилась по его доктрине, он еще в 1930 году высказал идею массированного танкового наступления, когда первыми шли бы тяжёлые танки, сокрушая танковую силу врага, а за ними бы двигалась лавина из средних и лёгких танков, которые сокрушили бы пехоту. Именно под эту доктрину было построено 1,5 тысячи КВ и Т-34, которые в умелых руках сделали бы с танковыми силами Вермахта всё, что хотели. Но при условии, что у руля Красной Армии стоял бы Тухачевский. Без него все эти танки превратились в груду железа, большая часть из них была просто брошена.
…
Это был вариант глубокой обороны, это то, что потом по учебнику Свечина генштаб советской армии сделал под Курском в 1943 году, когда армия буквально зарывается в землю, когда вырыты на десятки километров в глубину окопы, противотанковые рвы, расположены минные поля, ловушки для танков, артиллерийские батареи и пр. При этом имеются резервы, с помощью которых можно останавливаться врага на любых направлениях, где бы тот не прорвался. Изнурив до предела врага такой обороной, армия потом наносит удар, который противнику отразить уже нечем.
Но вернёмся к германским генералам, они заговор-то готовили, но при этом и готовили армию к войне.
Убить Гитлера не получилось, офицеры Абвера постоянно наседали на Гальдера, чтобы он ввёл дивизии в Берлин, но тот медлил. Главной проблемой была популярность Гитлера в Германии, которая только нарастала и нарастала. Что дать нации вместо него? Любопытно, что заговорщики понимали, что в условиях этого массового психоза, который обуял страну, не плохо бы дать иного вождя, такого же фанатичного шовиниста как Гитлер, но без его безумия.
И в этих условиях германские военные сделали ставку на то, что первая же авантюра Гитлера провалится. Гитлер чувствует эти настроения военных и начинает без помощи Генерального штаба сухопутных войск готовить захват Норвегии. При тех ресурсах, которые у него были, это была чистой воды авантюра. Гальдер был уверен, что всё провалится, ибо англичане имели огромное превосходство на море, и защитить Норвегию для них проблемой не было.
…
Англичане в своих предложениях для немецких военных, которые были переданы через Римского Папу, вроде как шли им навстречу. Предполагалось, что после устранения Гитлера немцы выводят свои войска из Польши, в Австрии проводится референдум по поводу единства этой страны с Германией, и жители сами решат, хотят ли они находиться в составе Германии. Судетская область остаётся за Германией, но при этом был любопытный пункт, англичане настаивали на том, чтобы Германия из того централизованного монстра, которым была, превратилась бы в реальную федерацию. Думается, что это очень важный момент, ибо Пруссия и Бавария, как были двумя разными странами, так в чём-то и оставались ими, да и у прочих немецких земель память о независимом прошлом была сильная.
Один из офицеров-заговорщиков Абвера Донаньи так сгруппировал все опасения генералов:
1. До тех пор, пока диктатору сопутствует успех, немецкий народ оболваненный пропагандой, не поддержит выступления против режима: это будет означать, что попытка военного переворота приведет к гражданской войне, которая разразится в ходе уже идущего военного конфликта.
2. Противник использует представившуюся возможность для того, чтобы навязать Германии невыносимо тяжёлые условия мира.
3. Независимо от того, увенчается попытка переворота успехом или нет, генералов обвинят.
ЗАГОВОР 20 ИЮЛЯ
Художественной задачей Литтелла было представление Ауэ марионеткой мистических сил, бутафорией, что по сути снимает с него ответственность за соучастие в убийствах, насилии и военных преступлениях, перекладывает их на иррациональные и мифологические истоки немецкого народа.
При этом ни строчки автор не пишет про операцию "Валькирия" (валькирии, как известно, это мифологические существа), про таких политических деятелей антигитлеровской коалиции как Бек, Канария, Штауффенберг и другие… Почему?
Не потому ли, что их попытка военного переворота опровергает концепцию Литтелла? Тут надо разобраться. Тем более, что попытка переворота требует трезвой оценки, не снимающей ответственности с его главных действующих лиц за антисоветскую деятельность.
Операция «Валькирия», также известная как заговор 20 июля и заговор генералов (нем. (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9D%D0%B5%D0%BC%D0%B5%D1%86%D0%BA%D0%B8%D0%B9_%D1%8F%D0%B7%D1%8B%D0%BA) Attentat vom 20. Juli 1944) – заговор германского Сопротивления (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%94%D0%B2%D0%B8%D0%B6%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5_%D0%A1%D0%BE%D0%BF%D1%80%D0%BE%D1%82%D0%B8%D0%B2%D0%BB%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D1%8F_(%D0%93%D0%B5%D1%80%D0%BC%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%8F)), прежде всего старших и высших офицеров Вермахта (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%92%D0%B5%D1%80%D0%BC%D0%B0%D1%85%D1%82), с целью убийства Адольфа Гитлера (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%B8%D1%82%D0%BB%D0%B5%D1%80,_%D0%90%D0%B4%D0%BE%D0%BB%D1%8C%D1%84), государственного переворота (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%93%D0%BE%D1%81%D1%83%D0%B4%D0%B0%D1%80%D1%81%D1%82%D0%B2%D0%B5%D0%BD%D0%BD%D1%8B%D0%B9_%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B5%D0%B2%D0%BE%D1%80%D0%BE%D1%82) и свержения нацистского правительства. Кульминацией заговора стало неудачное покушение (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0%BE%D0%BA%D1%83%D1%88%D0%B5%D0%BD%D0%B8%D0%B5) на Гитлера 20 июля (https://ru.wikipedia.org/wiki/20_%D0%B8%D1%8E%D0%BB%D1%8F) 1944 года (https://ru.wikipedia.org/wiki/1944_%D0%B3%D0%BE%D0%B4). Провал заговора повлёк за собой казнь большинства заговорщиков и репрессии в отношении остальных участников германского Сопротивления. Всего были арестованы около 600 человек. Судебные процессы продолжались с августа 1944 года по апрель 1945 года. Около 200 человек были казнены или доведены до самоубийства.
Гитлер выжил после покушения. Долгие годы после войны участников заговора продолжали считать предателями, нарушившими присягу. В современной Германии их чтут как героев Сопротивления.
Идея государственного переворота зрела в Вермахте и Абвере с конца 30-х годов. Далеко не все военные одобряли планы Гитлера, далеко не всем нравилось усиление роли СС** – военизированных формирований НСДАП. Однако до 1944 года ни одно из покушений, запланированных заговорщиками, фактически так и не состоялось: каждый раз возникали непреодолимые обстоятельства, препятствовавшие осуществлению задуманного. Новый шанс появился летом 1944 года, когда начальником штаба армии резерва был назначен Клаус фон Штауффенберг – полковник вермахта, аристократ, участник боевых действий в Северной Африке, в ходе которых он лишился одного глаза, кисти правой руки и двух пальцев на левой руке. Назначение позволяло ему присутствовать на совещаниях в ставке Гитлера "Вольфсшанце" и лично общаться с фюрером.
Ядро заговорщиков составляли блестящие боевые офицеры. Все они к тому времени уже понимали, что война вряд ли будет выйграна. Методы, которыми она велась, приводили их в ужас. Их операция, вошедшая в историю под названием "Валькирия", была разработана вполне официально на случай чрезвычайных ситуаций и даже одобрена Гитлером. Однако участники заговора собирались использовать её в своих интересах. После переворота армия резерва должна была занять ключевые объекты в Берлине, разоружить СС** и арестовать членов нацистского руководства. Посты в будущем временном правительстве тоже были четко распределены. Президентом становился генерал-полковник в отставке Людвиг Бек, канцлером – политик Карл Гёрделер, верховным главнокомандующим – генерал-фельдмаршал Эрвин фон Вицлебен. Круг лиц, посвященных в заговор, был довольно широким, но многие военные предпочли занять выжидательную позицию. Зато не дремали сотрудники гестапо. За несколько дней до покушения был выдан ордер на арест Гёрделера, но ему удалось скрыться от преследователей.
В этих условиях заговорщики вынуждены были торопить события. Если изначально они планировали уничтожить не только Гитлера, но и его ближайших сподвижников Геринга и Гиммлера, то теперь важнейшей и единственной целью стал фюрер. "Пришло время действовать, – заявил фон Штауффенберг. – Тому из нас, кто отважится на это, должно быть ясно, что он войдёт в немецкую историю как предатель. Но тот, кто откажется, будет предателем перед собственной совестью".
20 июля 1944 года фон Штауффенберг прибыл в "Вольфсшанце" с двумя портфелями. В одном из них находился доклад, который он должен был сделать на совещании, в другом – два пакета взрывчатки. Однако активирована была только одна бомба. Версии историков расходятся: то ли полковнику было не справиться искалеченной рукой сразу с двумя, то ли ему кто-то помешал, и он просто не успел активировать вторую. Войдя в зал, фон Штауффенберг поставил портфель под стол всего в паре метров от Адольфа Гитлера. Через несколько минут в соседнем помещении раздался звонок. На том конце провода просили срочно позвать полковника к телефону. Всё было продумано заранее: вызов позволил фон Штауффенбергу под благовидным предлогом быстро покинуть совещание.
После этого произошло то, чего никто не мог предусмотреть. Один из офицеров отодвинул мешавший ему портфель за опорную тумбу массивного дубового стола. Это смягчило последствия взрыва и, вполне вероятно, спасло Гитлеру жизнь. Четверо из присутствовавших в комнате погибли, остальные получили ранения различной степени тяжести. Фюреру обожгло ноги, он временно лишился слуха и возможности двигать правой рукой. Фон Штауффенберг, увидевший взрыв издалека, был уверен, что покушение увенчалось успехом и Гитлера уже нет в живых.
По плану ставка "Вольфсшанце" должна была оказаться в информационной блокаде. Но линии связи СС** заблокировать не удалось, и новость о состоянии фюрера поступила в Берлин. Это привело к тому, что многие заговорщики в важнейший для операции момент проявили нерешительность. Успешно прошла только французская часть плана: в Париже без единого выстрела было арестовано около 1200 человек, включая главных руководителей местных подразделений СС и гестапо. В Берлине сопротивление было подавлено.
Одну из ключевых ролей в провале операции сыграл генерал-полковник Фридрих Фромм, командующий армии резерва. Он сам был членом заговора, но, узнав о том, что Гитлер жив, решил скрыть следы своего участия. Когда берлинская часть переворота провалилась, Фромм взял под арест Людвига Бека, Клауса фон Штауффенберга, Фридриха Ольбрихта, Альбрехта Мерца фон Квирнхайма и Вернера фон Хафтена. Был спешно созван военный трибунал, который приговорил заговорщиков к смертной казни. Бек с разрешения Фромма попытался застрелиться сам, но две попытки не удались, поэтому его добили охранники. Остальных в ту же ночь расстреляли во дворе Бендлерблока. Фон Штауффенберг перед смертью успел крикнуть: "Да здравствует священная Германия!".
Начались массовые аресты и казни, которые продолжались почти до самого конца Второй мировой. Часть осужденных умерла медленной и мучительной смертью. По приказу Гитлера заговорщиков вешали на рояльных струнах, которые растягивались и продливали агонию. Уйти от мести фюрера не удалось даже тем, кто в последний момент заколебался и не принял участия в перевороте. Фридрих Фромм был лишён всех званий и наград и казнён расстрельным взводом 12 марта 1945 года в каторжной тюрьме в Бранденбурге. Члены семей заговорщиков были отправлены в тюрьмы и концлагеря. Детей разлучали с матерями и посылали под другими фамилиями в детские дома; они смогли воссоединиться с оставшимися в живых родными уже после окончания войны.
Современные историки не идеализируют участников заговора. Они точно не были рыцарями в сияющих доспехах и сражались вовсе не за демократию в её нынешнем понимании. Большинство заговорщиков были аристократами и придерживались консервативных взглядов. Многие поддерживали аннексию Судетской области и раздел Польши. Многие знали о том, что происходит в концлагерях. Генерал-майор Хеннинг фон Тресков, например, лично подписал указ о депортации тысяч польских и украинских детей в Германию на принудительные трудовые работы.
В современном Берлине новобранцы бундесвера принимают присягу во дворе комплекса Бендлерблок в районе Тиргартен – именно там, где были расстреляны организаторы заговора. Церемония проводится каждый год 20 июля. Ее участники клянутся "храбро защищать права и свободу немецкого народа". Это сознательный акт солидарности с теми, кто боролся против национал-социализма. С теми, кто решил, что служить нужно Германии, а не фюреру.
Рассказ о заговоре 20 июля взят автором из информпортала germania-online.diplo.de/ru
ЛЕГЕНДА
Попытка представить Литтеллом Ауэ слепой марионеткой неких иррациональных сил это по сути утверждение о том, что те европейские интеллигенты, кто был одно время на стороне национал-социализма, такие же как Ауэ, но ведь все делали в тот исторический период свой выбор осознанно. Такие как Гамсун и такие как Томас Манн, пастор Бонхёффер. И каждый из них несёт личную ответственность за свой выбор. Не потому ли Литтелл ни строчки не написал о немецком Сопротивлении и заговоре против Гитлера, операции "Валькирия"?
Ведь в ней участвовали те, кто вполне отдавал себе отчёт о своих действиях. И операция "Валькирия", её ход, завершение опровергают концепцию Литтелла. Поэтому стоит подробнее на ней остановиться, по сути этого не избежать. Тем более, что сопротивление власти Гитлера было разнородным, кто-то, как Канарис, занимал антироссийские позиции, проимпериалистические, стремился к сепаратному миру с США и Англией и продолжению войны с СССР.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера: