– И чувствую себя так же, – хмыкнула я. – Идем уже, а то гости от голода проглотят друг друга.
Киан сдержанно кивнул и повел меня к лестнице. Мы миновали длинный коридор и вступили под своды столовой. Гости расположились у стен. Они весело переговаривались и не торопились садиться за стол.
У двери нас нагнал мой отец. Киан поздоровался с ним, а батюшка наградил зятя тяжелым недружелюбным взглядом. Поделом ему! Я бы, на месте батюшки, приказала слугам насыпать слабительного в еду родственничку. Сама бы так сделала, да только память Риании мне не досталась, и я понятия не имела, кому можно доверять.
Киан торжественно усадил меня за стол. Тут же заскрипели стулья, а слуги с бесстрастными лицами принялись разносить аперитив. Я же чувствовала себя главным блюдом. Столько на меня было устремлено взглядов. Разных: сочувствующих, заинтересованных, даже неприязненных. Под таким наплывом чужих эмоций кусок в горло не лез. Но я заставила себя взяться за приборы, искоса подглядывая за супругом. Какую он берет вилочку, как пользуется ею. У принцессы должны быть безупречные манеры. Иначе мигом вычислят. Ничего, я девушка наблюдательная и быстро учусь.
– Ты мало ешь, – заметил Киан, когда подали поросенка.
– Не голодна. – Единственное, от чего бы не отказалась – это земная пицца. Может, поварам заказать?
– Риа, ты странно себя ведешь, – надо же, какое открытие! – Если тебе настолько неприятно мое общество, потерпи. Как только закончится бал, оставлю тебя в одиночестве.
– И по замку тут же поползут слухи, что ты охладел ко мне после первой брачной ночи, – хихикнула я.
– Лучше вовремя охладеть, чем терпеть твою истерику.
Бедный Кианэл! Главное, чтобы у него теперь на нервной почве проблем с женщинами не было. А то вон как впечатлился. Ну я могу повторить. На бис. Чтобы убедиться, что больше фавориток у Киана не будет. Никогда.
Даже стало стыдно за спрятанную в складках платья вилочку. А что? Вдруг придется обороняться! Ничего, не повредит.
Десерт я все-таки съела. Не могла устоять перед сладостями. Тем более что пирожные прельщали взгляд и на вкус были отменными. Киан одобрительно кивнул. Он что, следит за каждым куском, который отправляю в рот?
– Пора открывать бал, – супруг подал мне руку.
Вроде ничего и не съела, а чувствовала себя неповоротливой, словно весь вечер объедалась деликатесами. Гости оставили тарелки: кто с радостью, кто с сожалением – и потянулись за нами в бальный зал.
– Танцевать не хочется, – украдкой шепнула Киану.
– Один танец, – потребовал он.
Один так один. Снова пришлось выкручиваться как могла. Стоит отдать должное Киану – он не дал мне упасть в грязь лицом. Под конец я даже начала получать от танца удовольствие. Рука мужа на талии успокаивала, ноги привыкли к ритму музыки. Киан улыбался. Волшебный вечер.
– Принцесса устала и желает отдохнуть, – огласил супруг.
Кто? Я? Отдохнуть? Да я только во вкус вошла! Но Кианэл потащил меня прочь из зала. Конечно, он хотел как лучше, а получилось как всегда. Я приказала себе не обижаться и только семенила следом за мужем. Оставит одну? Или все-таки придется отбиваться? Голова закружилась.
– Подожди, – попыталась позвать Киана, но вышел хриплый шепот. Перед глазами потемнело, и я рухнула в обморок.
Ощущения возвращались постепенно. Сначала осознала, что лежу на какой-то мягкой поверхности. По-видимому, это кровать или диван. Голова болела так сильно, что даже открыть глаза оказалось не под силу. А потом я и вовсе передумала это делать, когда услышала мужские голоса. Кто это? Лекарь? Или… Запоздало узнала в одном из собеседников Кианэла.
А вот смысл слов дошел куда позднее. И лучше бы вообще не доходил.
– Ты что мне предлагаешь? Изнасиловать собственную жену? – грохотал Киан.
– Почему сразу изнасиловать? – оправдывался кто-то. – Во-первых, она тебе жена. Во-вторых, можно подождать, пока она очнется. Все равно какое-то время будет слегка не в себе. А потом нечего будет строить невинность.
– Ланс, еще раз вытворишь что-то подобное, и прикажу казнить. Не посмотрю, что друг детства.
Друг детства, значит? В моем маленьком черном списке появилось еще одно имя.
– Киан, ты оттягиваешь неизбежное, – убеждал Ланс. – Что ты мнешься, как подросток? Думаешь, она к тебе привыкнет? Три раза «ха»! Скорее солнце взойдет в полночь, чем эта гордячка взглянет в твою сторону.
– Ланс, думай, что говоришь, – зашипел Киан, но друга было уже не остановить. А я делала пометки на будущее.
– А что я такого сказал? Тебе нужен наследник. Учитывая политическую ситуацию в стране – желательно не один. Если вы так и будете в гляделки играть, дети у вас не появятся. Мне ли тебе объяснять? Взрослый мужик, а перед бабской истерикой оробел! Еще раз поддашься – она из тебя веревки вить начнет.
– Это не значит, что надо было подсыпать Риании яд.
– Какой яд? От головокружения еще никто не умирал. Очнется твоя супруга. Но я бы на твоем месте воспользовался ситуацией. А если она еще и забеременеет, будет просто великолепно!
Что ответил Киан, я уже не слушала. Приоткрыла глаза – оба стояли у кровати. И филейная часть Ланса маячила передо мной. Нащупала в складках платья припасенную вилочку. Нечего строить невинность, да? Подбивает моего, так сказать, мужа получить меня силой? Ага, бегу и падаю, как говорят у нас на Земле. Цып-цып, Лансик!
Как по заказу, под напором Киана его товарищ сделал шаг назад. И… его филей познакомился с вилкой. Ланс заорал так, словно вилку я ему не туда воткнула, и обернулся. Ну что сказать? Парень как парень. Смазливый, черноволосый, хитроглазый. Думаю, лекарь, потому что на нем была какая-то то ли сутана, то ли хламида. И в ядах разбирается опять-таки.
– Ты! – завопил Ланс. – Дахново отродье! Чтоб тебя…
– Муж поимел? – приподнялась я с кровати, а внутри ожило желание придушить мерзавца. Единственное, что спасало Ланса – моя временная неспособность быстро перемещаться. Пока я сползла с кровати, он успел умчаться за дверь и уже оттуда грозил мне всеми карами мира. Ничего, в комнате остался еще один «виновник торжества».
– Добрый вечер, Киан, – уставилась на него.
– Риа, это не то, что ты подумала.
Боже, мир другой, а отговорки все те же!
– А что я должна была подумать? – попыталась шагнуть к мужу, но чуть не упала. Он тут же подхватил меня и уложил обратно в кровать. – Слушай, Киан. Да, мы с тобой заключили брак. Но это не значит, что я к тебе что-то испытываю. Это не значит, что хочу видеть тебя в своей спальне. И ни о каких наследниках речи не идет. Тем более весь дворец (в лице одной служанки – добавила про себя) гудит о твоих любовных похождениях. Утром я поняла, что хранить мне верность ты не собираешься.
– Когда это? – растерянно переспросил Киан.
– Тогда, когда ты не стал отрицать толпу фавориток. Ты ведь с ними не в карты играл, правда?
Лицо Киана стало пунцовым. Да, это не двадцать первый век, и тут вряд ли ведут подобные разговоры с мужьями. Но для меня тема отношений между мужчиной и женщиной не была причиной падать в обморок и нюхать нашатырь, или что там делали средневековые барышни. Надо сразу поставить точки над ё.
– Риа, – Киан отчаянно пытался вставить хоть слово.
– Что? – устало спросила я, откидывая голову на подушку.
– Та вилка предназначалась мне? Ты же не думаешь…
– Что я должна думать, Киан? Твой друг очень четко объяснил, что всем от меня нужно. Наследник. Прости, пока детей не планирую. Ни от тебя, ни от кого-то еще.
Из пунцового Кианэл стал бледным. Главное, чтобы не захворал от стресса, бедолага. Но мне было так плохо, что уже с трудом улавливала собственную мысль. Во рту пылала Сахара, сердце ныло, голова кружилась. Черт бы побрал этого Ланса.
– Скажи мне, кто твои друзья, и я скажу, кто ты, – в полубредовом состоянии пробормотала я.
– Что? – склонился надо мной Киан.
– Хороший у тебя друг детства, говорю, – прикоснулась к щеке мужа. – Я ложусь спать. Спокойной ночи.