Развилка

Глава 1. Первый снег

Я коснусь, может быть, обожгу.Автор

Эта ночь, как удар топора.

Я спешу,

Понимаю, мой путь

Оборвёт гильотиной заря. (А. Данных)

Жизнь похожа на дорогу, где на каждом шагу словно из-под земли вырастают указатели. Мы останавливаемся у очередной развилки в поисках верного пути, а если не находим его, то начинаем оглядываться по сторонам. Правда, поискам подсказок не всегда суждено увенчаться успехом. Поэтому некоторые ошибаются, идут не в том направлении и не к тем целям. Окончательно запутавшись в паутине жизни, приходится умереть, чтобы начать жить заново.

***

Как странно понимать, что жизнь вытекает из тебя по капле. Так медленно и быстро одновременно. И уже просматривается дно этой самой жизни. И время, вроде бы, уже не торопится, а так мееедленно шагает вперед.

Странно, но я больше не ощущаю себя королем, тем устрашающим и грозным. Хотя точно помню, меня боялись. Что это? Перед смертью все равны? Или я все же был кем-то другим… Может, это предсмертная агония забирает мой разум? Или многие годы под налетом ненависти ко всему живому скрывалось что-то маленькое, хрупкое и… доброе.

Забавно, никто не узнает этого. Да и я еще пару часов назад не знал. Нужно ли мне сожалеть о том, кем я был?.. Как же хочется, чтобы кто-то пришел и ответил. А так… Опять придется самому искать все ответы. А, может, и не придется, потому что уже не успею.

Непонятно лишь одно: стоит ли вдаваться во все эти подробности именно сейчас… Ведь этих маленьких капель жизни, пульсирующих где-то под ребрами с тихими ударами сердца и испаряющихся с каждым моим выдохом, становится все меньше. Если прислушаться к себе, становится немного страшно: еще несколько минут (или секунд) – и придется уйти в неизвестность.

Буду ли там я, мое сознание и память? Ну вот опять эти вопросы. И хоть бы один маленький ответик. Лучше полежу и подожду. Что-нибудь да будет! А если не будет, то я все равно не узнаю. Поэтому лучше не думать, а любоваться тем, чего, возможно, не доведется больше увидеть. Эти маленькие белые снежинки так забавно кружатся в воздухе, будто танцуют какой-то свой непонятный вальс…

Стоп! Какие снежинки? Не помню, чтобы начиналась зима. Лето, осень, весна… Не помню даже, какая пора года сейчас. Видно память улетучивается, может, сознание тоже скоро растворится. А ведь, говорят, будто вся жизнь должна пронестись перед глазами. Все-таки врут… Ну да ладно – это к лучшему. Теперь уж точно не стану сожалеть о прошлом. Хотя если бы не было на свете злодеев, то не существовало бы и героев. Мир стал бы скучным и серым.

Ах вот ты маленькая. Последняя капелька. Самая яркая и красивая. Такая радужная с переливами, она тоже уходит. Сердце смиренно затихло, больше невозможно сделать вдох…

Ну, здравствуй, моя новая жизнь!

Глава 2. У костра

Одной Причины изначальной

Далёких следствий чередой

Весь мир является большой:

Духовный и материальный. –

И, нереальный и реальный,

Вкруг точки будто шар пустой,

На Ней он зиждется одной –

И бесконечной, и финальной! (В.Марков)

– "Ну, здравствуй, моя новая жизнь!" – подумал Колун. И тьма поглотила его – закончил свое повествование старец Фудо.

На несколько секунд наступила тишина. Я видел как пламя костра отражалось в его выцветших от времени глазах. Сколько же ему? Поговаривали, будто мудрец Фудо бессмертен. А еще, что когда-то он был вампиром… Но я не верю в эти слухи. Он такой же человек как я, как мои друзья или родители. Он просто не может быть вампиром! Хотя… В "Особой зоне" люди и вампиры живут в мире и согласии. Собственно, в это тоже тяжело поверить. Да и, вряд ли, он бы ушел оттуда, если там всем хорошо. Как бы там ни было, но Фудо стар, очень стар.

– Что притих, малец? – его взгляд вдруг устремился на меня.

Странные все-таки у него глаза. Кажется будто они смотрят в душу…

– Я… Ничего… Просто… Почему ты всегда рассказываешь про Колуна? Он убил многих людей. А в твоих рассказах он всегда главный герой. Почему он? А не Дзиро?

– Ты ведь не любишь Дзиро, – покачал головой старик.

– Как его можно не любить? Он сотворил столько добра и… все легенды посвящаются его прошлым и нынешним великим деяниям.

А ведь я правда не люблю этого древнего вампира из рода Мотидзуки… Не знаю почему. Все мои сверстники восхищаются им, мечтают быть такими же искусными воинами. Я же испытываю какое-то странное чувство при одном лишь упоминании его имени. Порой кажется, что даже к Колуну отношусь лучше. Хотя, вряд ли, он этого заслуживает. Наверное, это все рассказы Фудо. Они настолько хороши, что даже злодей может вызвать какое-то уважение.

Старик продолжал молчать…

– Все равно ты не можешь знать о последней мысли Колуна! – выпалил я.

– Мой дорогой, Рурони. Когда на твоей голове появиться столько же седых волос, сколько сейчас на моей, ты тоже будешь знать о многом, – эта была одна из любимых фраз Фудо, если он не хотел отвечать на какой-то вопрос…

Но я не собирался сдаваться без боя:

– Тогда объясни, кто озвучил тебе последние мысли умирающего Колуна.

Его губы беззвучно шевельнулись, я не смог разобрать… Какое-то короткое слово. Потом он словно одернул себя и произнес вслух:

– Духи. А теперь пора спать!

Глава 3. Ночь

Если работать в осеннюю ночь до утра,

Странные вещи случаются, странные вещи.

Вдруг в тишине завывают по-волчьи ветра,

Или кулак по стеклу колошматит зловеще.

Не говорите, что это никто и нигде!

Вас я не хуже толкую явленья природы.

Есть небывалая чуткость в полночном труде –

Так отраженье рождают бегущие воды. (Ю. Мориц)

Угли едва тлели. Я завернулся в одеяло. Хотя осень едва началась, ночи становились довольно прохладными… Еще пару недель и выбраться вот так запросто на природу, вряд ли, удастся. Хотя я очень люблю эти ночи, когда можно спать под открытым небом. Миллиарды звезд смотря на тебя сверху, и кажется, будто ты в центре Вселенной.

Фудо часто берет меня с собой. Именно он научил меня ловить рыбу, с ним же я впервые отправился собирать грибы и ягоды в лесу. Фудо постоянно рассказывает интересные истории, а потом вот так запросто уходит от ответов… Все-таки я завтра вылью на него котелок холодной воды, пока он будет спать. Непременно!

Сон уже почти подкрался и захватил меня. Полностью не уверен, но, кажется, последние мои мысли были про старика. Вроде бы я вновь задался вопросом, почему он относился ко мне, как к родному внуку…

***

13 лет назад.

Небольшая деревенька Хонуока, в несколько десятков домов, расположилась на маленьком островке в океане леса. Здесь несколько столетий жили люди. Вампиры же редко забирались в такую глушь.

Хотя бывало всякое. И не раз даже в этом отдаленном от цивилизации уголке проливались реки крови. К счастью, спустя какое-то время жизнь вновь возвращалась Хонуоку. Так было всегда… Местные жители даже считали это место каким-то чудесным и заговоренным. И неудивительно, ведь многие деревни исчезали навсегда всего после одного нашествия кровожадных существ…

Вечерело. Не смотря на то, что осень едва вступила в свои права, шел снег. Кто-то считал это дурным предзнаменованием, кто-то даже не обратил внимание на природную аномалию… В общем снег в первый осенний месяц никак не помешал обычному степенному и размеренному ходу жизни в Хонуоку.

Как только последние лучи солнца скрылись за горизонтом в деревню вошел человек. Черный плащ и бодрая походка… «Кто это?» – недоумевали местные жители. Навстречу неизвестному вышел кузнец Атсуши.

– Кто вы? И с какой целью пришли в наше селение? – спросил кузнец, преграждая путь фигуре в черном.

Незнакомец откинул капюшон, его плечи укрыли седые волосы:

– Сегодня здесь родился мальчик. Я должен увидеть его. Мое имя… Фудо.

Глава 4. Встреча

Нисходит дух в бездонные провалы,

К мирам без лиц, к богам без естества…

Завесы мрака высятся, как скалы,

Укутанные дымкой колдовства… (Ник А.)

Стук в дверь нарушил идиллию маленькой семьи, относительно маленькой: сегодня она стала чуточку больше. Двое взрослых оторвались от созерцания своего отпрыска и переглянулись. Собственно сегодня они никого не ждали. Отметить рождение первенца планировали только завтра…

Аико продолжала сидеть с малышом на руках, а Кишо отправился встречать незваных гостей.

На пороге стояли двое: Атсуши и какой-то незнакомец. Он был стар или не был… Собственно, преклонный возраст могла выдать только седина. Если бы не этот факт ему можно было бы дать не больше 35 лет: на лице странника почти не было морщин, а глаза показались Кишо озорными, словно немного детские.

Пауза немного затянулась. Первым нарушил тишину кузнец Атсуши.

– Кишо, этого человека зовут Фудо, – кивнул он на незнакомца.

Старик приветливо улыбнулся и кивнул:

– Мне необходимо увидеть вашего сына, – в голосе его скользнули властные и уверенные нотки.

– Моего сына? – опешил Кишо.

Незнакомец кивнул и нетерпеливо вздернул правую бровь:

– Вы позволите?

– Но он родился… всего пару часов назад…

– Я знаю, – оборвал его на полуслове старик и просочился в дом.

– Прости, Кишо, он какой-то странный, может, не стоило приводить его… – Атсуши отвел взгляд.

– Ничего, – ответил Кишо.

– Знаешь, он шел так уверенно, знал, что у вас родился мальчик… Мне показалось, будет лучше пойти с ним, чтобы… На всякий случай.

Кишо и Атсуши вошли в комнату. Фудо уже держал на руках мальчика и о чем-то ласково беседовал с Аико. Кто бы мог подумать, что всего пару минут назад этот старец был совершенно чужим человеком для семьи Кишо. Теперь в свете камина сидел заботливый дедушка и нянчил новорожденного внука.

– Вы уже придумали ему имя? – тихо спросил Фудо.

– Мы остановились на Итиро, – сказала Аико.

– Да, – подвердил Кишо. – Итиро – первый сын.

Старик покачал головой:

– Его имя Рурони – странник… Ему предстоит много скитаться… Очень много…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.