Чувство Родины

Глава 1

«Вячеслав»

Начало ноября выдалось дождливым. Я и мой университетский профессор истории Антон Михайлович Ершов неспешно прогуливались у стен Кремля в «Александровском» парке. Издали нас, наверное, можно было принять за отца и сына, но при ближайшем рассмотрении было понятно, что узами родства мы не связаны. Профессору было уже семьдесят лет. Он был высок, сухощав, лицо его было вытянуто, карие глаза, придвинутые к переносице, прикрывали очки с мощными линзами, длинные седые волосы закрывали изрезанный морщинами лоб, усы с маленькой бородкой обрамляли его рот. Я со своими сто восьмьюдесятью сантиметрами был на полголовы ниже, скуласт, смугл от использования домашнего солярия, мне нравилось быть загорелым, от этого мои голубые глаза на лице светились как звездочки, по крайней мере, так говорили мне многие девушки. Я держал над нашими головами большой черный зонт и слушал байки профессора.

– Ни одно из предсказаний футурологов, Вячеслав Бояринов, не сбылось точно в срок, но бывало, они сбывались позже, – с горькой улыбкой рассуждал он. – В мое детство и молодость в этот день на Красной площади был воинский парад.

– Антон Михайлович, сейчас этого почти никто не помнит.

– Историческая реальность меняется и память о другой жизни постепенно вытесняется, и вскоре стирается окончательно. Войска Александра Македонского за несколько лет полностью изменили сложившийся веками ход истории в Египте, Малой и Центральной Азии. За подобными примерами даже не нужно далеко углубляться в глубь веков, взять хотя бы Россию XX века. Помните, одному персонажу в «Золотом теленке» Ильфа и Петрова постоянно снился приятнейший сон: приезд государя императора в Кострому, а когда ему стало сниться нечто другое, он пришел в ужас. Так время, описанное в романе, если мне не изменяет память – 1929 год, с момента Октябрьской революции прошло двенадцать лет, гражданская война закончилась 8 лет назад. А человеку все еще снится другая реальность – 1913 год, празднование трехсотлетия дома Романовых, но она даже во снах начинает вытесняться новой. Такая коллизия обычно происходит в эпоху перемен, но в истории устоявшихся стран случается редко. Однако с Россией подобное за последний век происходило слишком часто. Вам, молодой человек, так не кажется?

– Согласен, слишком много изменений и довольно быстрых.

– Вот именно, быстрых, у меня создалось такое впечатление, что кто-то как ластиком подчищает нашу историю и не дает нашей стране стать мировым лидером. Тогда я подумал, а может быть, Уэллс был прав, и машина времени все-таки существует?

«Старик, видно, перетрудился на работе или выпил с утра», – подумал я, но вслух произнес другое.

– Ну, это вы, Антон Михайлович, хватили, в университете вы на лекциях толкуете совершенно обратное: «Закономерность исторического процесса, господа-студенты – это главный принцип истории».

– Это из методички, по-другому я лекции читать не могу, меня уволят с кафедры. А знаете, Слава, почему вы сейчас рядом со мной?

– Точно не знаю, но вы меня как-то выделяете среди студентов.

– Выделяю, так как вы на лекциях постоянно вступаете в полемику с этой методичкой. Я узнал о вас всю подноготную: где родились, когда крестились, кто родители.

– Зачем?

– Дело в том, что я хочу предложить вам отправиться в путешествие.

«Профессор явно хватил с утра водочки, – подумал я. – Потом, видно, желая поболтать на пьяную голову об истории, позвонил мне и вызвал сюда для срочного разговора, ради которого, кстати, пришлось прогулять лекции.

– На луну? – саркастически спросил я.

– Нет, на луну – это слишком просто. Историей, Вячеслав, профессионально, я стал заниматься в середине девяностых годов, а до этого работал в одном закрытом НИИ, связанным с ускорителями и элементарными частицами.

– Так, значит, вы, Антон Михайлович, физик? – видя, что профессор не в себе, я начал разговаривать с ним как с пьяным.

– Да, физик.

– А как же вы стали профессором истории?

– Очень просто, я купил диплом, а затем и кандидатскую диссертацию, докторскую, кстати, тоже. Не хотелось тратить время на подобную галиматью.

– А вы не боитесь говорить мне подобные вещи, я же могу донести и вас уберут с кафедры?

– Нет. Так как я кое-что о тебе знаю.

Он зашептал мне на ухо то, что я сам узнал совсем недавно, и мама меня уверяла, что об этом никто не знает. Мое веселое подтрунивание моментально испарилось. Мы шли мимо кремлевской стены, изредка нам встречались туристы. Профессор, очевидно, в целях конспирации перешел на «ты» и на шепот.

– Слава, я вижу, ты проникся, и я продолжу свой рассказ. После окончания физмата я по распределению попал в одно НИИ, в котором разрабатывалась тема временных парадоксов элементарных частиц. У нас была отличная засекреченная подземная лаборатория, где я трудился, не покладая рук над этой темой. Нас было всего пять человек молодых амбиционных ученых с огромным грифом секретности. Мы тогда очень много спорили, как машина времени могла бы изменить мир. Уже вовсю шла перестройка, когда мы достигли весомых результатов, и тут СССР перестал существовать. В начале 1992 года нас вызвал директор НИИ и приказал залить бетоном, а затем заложить кирпичом вход в подземный коридор, идущий от института к лаборатории. Всю документацию по нашей работе велено было перенести и складировать в лаборатории. Директор института через неделю таинственно пропал. Наше НИИ моментально расформировали, и я оказался не удел. Я никак не мог отделаться от чувства, что за мной следят. Пришлось сменить внешность, документы, отпечатки пальцев и род деятельности. Трое моих коллег по лаборатории поступили точно так же. Один мой товарищ, который замешкался и положился на авось, был найден убитым в своей квартире. Чтобы затеряться, наша четверка разъехалась по стране, и только через пять лет, когда чувство опасности прошло, мы вернулись в Москву. Мы сделали другой вход в нашу тайную лабораторию и продолжили работу над машиной времени самостоятельно. Денег нам катастрофически не хватало. Приходилось тратить время, чтобы их зарабатывать. Еще один наш сотрудник не выдержал и ушел, начав жить жизнью обычного человека. Оставшаяся тройка ученых продолжила работать, пока не достигла результатов, но на это ушли десятилетия.

– Вы смогли путешествовать во времени?

– Да, я лично переместился на десять минут назад.

– И как, сами себя там не встретили? – улыбнулся я, ко мне начала возвращаться способность шутить.

– Как ни странно, встретил, кстати, закон бабушки при перемещении действует, я сделал порез на руке моего экземпляра из прошлого, и он появился у меня будущего.

– А никакой вселенской катастрофы не произошло?

– Нет, но если изменить что-то более существенное, то кое-что в ходе истории изменится.

– А в прошлое вы явились голым?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.