Хлопоты Кощея

Глава первая, хлопотно-нагнетающая

– Даже и не знаю, деда… чавк! Так всё запутанно… – я вкушал оладики со сгущёнкой, параллельно пытаясь обдумать ту сложную ситуацию недалёкого будущего, которую нам гарантировал эльфийский король Алиллортаэль Третий, базируясь на астральных изысканиях своих шаманов. Думалось трудно, а вот кушалось очень даже легко и приятно. – Думаешь, не наврал нам Алик, а?.. Деда, ау? Что ты там так сосредоточенно строчишь? Уже второй лист фломастером исчёркал…

Михалыч, щурясь и не отрывая взгляда от своей писанины, погрыз кончик моего дефицитного фломастера и рассеянно спросил:

– Напомни-ка мне, Машуля, сколько дней в ноябре?

– Деда! – я едва не поперхнулся сгущёнкой. – Лизавету Венеровну позвать? С клизмой и скальпелем? Михалыч, ау?! Или, если ты меня теперь Машей называешь, так и мне тебя не Михалычем, а Агриппиной Падловной, к примеру, звать?

– Падловна! – обрадовался дед. – Сколько дней в ноябре? Ты уж точно должна такое знать, гений ты наш бухгалтерский.

– Тридцать, – пробурчал я. – И столько же зарплат я с тебя спишу и перечислю их в фонд профилактики от старческого маразма. Клянусь любимым дыроколом.

– Эх, жизнь, – вздохнул Михалыч и снова принялся изводить мои канцелярские принадлежности не пойми на что.

Оно бы и не жалко кабы мы в моём мире находились, но попробуйте найти хоть самый завалящий фломастер тут у нас в XII веке, да ещё и в каком-то, фиг поймёшь каком именно, параллельном мире! Даже листик «Снегурочки» А4 формата и то не найдёте, гарантирую. А посему, дефицитные здесь предметы, такие распространённые в моём мире, надо беречь и не изводить понапрасну. Особенно, когда я даже понять не могу, на что именно мои стратегические запасы расходуются. Нет, в крайнем случае, можно Иван Иваныча попросить, нашего местного Даждьбога. Он у нас запросто может по времени-пространству шастать и всякие полезные штучки из будущего таскать. Но тут дело вовсе не в расходах ценных материалов, а в принципе.

– Тридцать… – пробормотал дед. – Минус двадцать два и ишо шесть в уме… Итого получается… Получается…

– Полная хреновина, – подсказал я.

– Да вот же, – вздохнул Михалыч и наконец-то поднял на меня взгляд. – А принеси-ка мне кулькулятор, внучек. Не ленись, касатик.

– Калькулятор, – машинально поправил я.

– Давай, давай, – снова уткнулся он в бумажку. – Шибче, внучек, пока я за топор не взялся.

– Тишка, Гришка, – вздохнул я. – Там в верхнем ящике стола… Да оторвитесь вы хоть на минутку от мультиков, паразиты! В верхнем ящике, говорю. Несите калькулятор Михалычу и снова можете наслаждаться своими черепашками-ниндзя.

– Клац? – предложил мой верный скелет Дизель, одной рукой продолжая крутить ручку генератора, подававшего электричество на комп, а другую, с зажатой в ней саблей, высунув в дверь своей генераторной.

– Досмотрят серию и всех убьёшь, – согласился я. – И начни с Михалыча.

– Клац! – обрадовался он.

Даже завидно как-то. Умеют же сотрудники мелочам радоваться, а я только и могу, что в глобальных проблемах вязнуть, как любимые пиявки нашей бухгалтерши в болоте.

Вот и сейчас меня озаботили. Алик, блин, король эльфийский. У него штат магов-астральщиков имеется, ну, как я понял, предсказатели-шарлатаны и всё такое. Он им доверяет, ну и нам кое-какую информацию подкидывает. Вон, полгода назад, например, откопали эти шарлатаны дату рождения царя нашего батюшки. И не соврали, что удивительно. Действительно, Кощей у нас родился первого сентября, вот мы, основываясь на данных Алика, и смогли царю-батюшке грандиозный праздник закатить. Сюрприза из-за хронической паранойи Кощея не получилось, но сам праздник удался на славу.

Вот и в этот раз Алик решил нас напрячь, да действовать стал как-то особенно скрытно, тайно и даже слегка пугающе. Через посыльную эльфиечку передал нам шишку заговоренную для тайной телепортации в эльфийский Лес и, когда мы с дедом к нему прибыли, потащил нас на какую-то заколдованную от прослушивания полянку. Хорошо, там до этого успели ковры и пледы раскинуть да чай с плюшками и прочими радостями эльфийской кухни разложить по подносам. Но только я вгрызся в булочку с маком и мёдом, как Алик стал нас запугивать, даже аппетит чуть не испортил, паразит. Стал он руками махать да вид таинственный принимать, а потом и заявил, что всем нам и всему нашему царству скоро амбец настанет. Полный и безоговорочный.

Ну, вот можно так поступать, когда ты гостей за стол усадил? Булочки, пряники, рулетики и ещё мильён вкусняшек, а от таких новостей ничего в горло не лезет! Я всегда эльфов подозревал в некотором садизме по отношению к другим видам, Кощея на них нет!

А тут, кстати, Алик про Кощея и стал говорить мол, от него эти все напасти нам и светят. Мол, не внешние там враги какие-нибудь и даже не внутренние ренегаты-предатели, а именно из-за царя-батюшки и грянет великий катаклизм, который просто на фиг снесёт наше государство.

Ну, нормально, да? Если бы не этикет и дружеские отношения, точно ходить бы Алику от таких известий с фингалом под эстетически-правильным эльфийским глазом.

Мы с дедом, кое-как сдержав естественные, хоть и агрессивно-справедливые порывы, стали расспрашивать Алика, выведывая подробности, но он толком ничего нам не рассказал. Да, астральщики его поработали, да, грозит нам всем опасность, да, в конце марта, да, от батюшки-Кощея. И всё. Пойди, пойми, то ли Кощей контрафактного коньяка переберёт, да в приступе научного энтузиазма всё царство обнулит, то ли враги какие объявятся да всю Русь в порошок сотрут при попустительстве верховной власти.

Единственно, что Алик дельного сказал, что этот катаклизм как-то приурочен ко Дню рождения Кощея. Бред, на самом деле, честно говоря. У Кощея Днюха в сентябре, а Алик нам явление снежного зверька песца в марте обещал. Поубивал бы этих умников-астральщиков вместе с Аликом заодно!

И вот теперь, вместо того, чтобы наслаждаться оладиками со сгущёнкой, я давлюсь ими, с тревогой и надеждой смотря на Михалыча – вдруг он этот эльфийский бред одолеть сможет? Заодно и бумагу с фломастером не так жалко будет. Не проценты же он к пенсии подсчитывает, надеюсь, а глобальные Канцелярские дела решает.

– Деда! – снова воззвал я, присматривая оладик потолще. – Деда! Михалыч! Премию внеочередную принесли, иди, распишись! Ау!

– Двести восемьдесят шесть… – задумчиво протянул он, но всё же, к моей радости, поднял на меня глаза и вернулся в реальность: – Чего ты орёшь, внучек?

– Слава богам, – выдохнул я, приподнялся и утянул к себе и исчёрканные листы, и фломастер с калькулятором. – С возвращением в наш мир, деда.

– Не сходится что-то, внучек, – вздохнул он. – Паразит же этот твой Алик! Ишь, задал задачку, а нам теперь головы ломать!

– Я вообще ничего не понимаю, деда, – сознался я. – И даже не представляю, что ты там подсчитываешь. Если бы не трагичность момента, то предположил, что ты повышенную пенсию себе высчитываешь, а так…

– Дождёшься лишнего процента к пенсии от Падловны, как же! – проворчал Михалыч, – Загадку я, внучек, пытаюсь разгадать, что нам тут Алик твой эльфийский задал.

– У-у-у… – сразу загрустил я. – Там вообще бред какой-то, а не загадка. Никаких данных, а просто набор фраз с паническим уклоном.

– А не скажи, внучек! – прищурился Михалыч. – Я тут и так и эдак крутил в голове моей старческой, но мудрой все эти сказки эльфийские, да осенило меня, Федь!

– Да? – скептически протянул я. – И что же там такого ты нашёл в этом бреду?

– Даты, внучек, – совершенно непонятно пояснил он. – По датам-то всё сходится. Ну, почти. Ещё маленько повозиться надо и грядёт нам глобальное просветление, как Будде какому-нибудь!

Я вздохнул и отодвинул в сторону оладики:

– Рассказывай. Может, вдвоём твою загадку одолеем.

– А и то, – согласился дед. – Ум хорошо, а полтора…

– Завязывай, деда!

– Ладно, ладно, слушай. Давай сюда мои бумажки… Ага… Вот… Вот, смотри, внучек, если просто по датам смотреть, не заморачиваясь на всякие наши глобальные происшествия. Смотри, Федька, что получается. Убыли мы из старого мира в ноябре, так?

– Ну?

– Гну! А здеся появились в конце мая, так?

– Ну, да и что?

– А День рождения Кощеюшки мы когда праздновать стали?

– Первого сентября, – пожал я плечами. – Нам же Алик и подсказал эту дату, да и царь-батюшка подтвердил. Первого сентября у него Днюха и что?

– Во-от! – заорал Михалыч так, что даже бесенята подпрыгнули в кресле, а я чуть очередным оладиком не подавился. – Вот и считай, Федька!

– Да блин, – глотнул я сгущёнки и запил чаем. – Ты о чём, деда? Что тебе не так?

– Тю на тебя! – расплылся в улыбке дед. – Это же просто дата, внучек, а на самом деле… А на самом деле, Федь, всё совсем по-другому обстоит.

– Уйду я от вас, – вздохнул я. – Чин свой канцелярский Сократу продам, а сам пойду к Радику в Путятич новую Канцелярию создавать. Или, лучше, на Аляску – местным эскимосам культурный образ жизни повышать. Ты о чём, деда? Какие даты?

– Не ори, внучек, сейчас объясню, – хмыкнул он. – Будет тебе и просветление тогда и кармы полные штаны. Смотри и поправляй, ежели что. Мы в старом мире были в каком месяце, когда Кощеюшка затеял нас сюда перенести?

– Ну, в ноябре, – пожал я плечами. – И?

– А тут оказались когда?

– Ну, в конце мая, – снова пожал я плечами. – И?

– Угу. А, скажи, внучек, в старом мире до днюхи Кощеюшки сколько оставалось?

– С ноября до сентября? – я позагибал пальцы, подсчитывая. – Девять месяцев с хвостиком, и?

– Тьфу на тебя, внучек! Вот и прибавь к нашему появлению тут твои девять с хвостиком.

– Ну, март, – снова подсчитал я на пальцах. – И что? О-о-о…

– Вот именно, внучек. Март.

– Блин… – задумался я. – То есть, реальный День рождения у Кощея?..

– Угу. Не в сентябре, что мы праздновали. А когда, внучек?

– Март, блин, – протянул я, ощущая, как что-то неприятное начинает охватывать меня. Паника?

– Март, Федь, – подтвердил дед. – Понимаешь, к чему всё? И чего это Алик нас так запугивал?

– То есть, сейчас грянет что-то?

– Вот именно, – согласился дед. – Только… Только всё равно, не сходится что-то, внучек.

– Не путай меня, деда, – попросил я. – Не март, да? Не будет катаклизма? Всё в порядке, да?

– Да хрен там, – хмыкнул он. – Будет, внучек, всё будет. И катаклизма твоя и Карачун собственной персоной. Жди.

– Спасибо, деда, – поморщился я. – Радость-то какая.

– Вот только… – полез Михалыч пятернёй в затылок. – Вроде бы оно всё в порядке, внучек, да только не сходится и всё тут.

– Ты о чём?

– Пара-тройка дней, Федь, ни туды ни сюды ни притыкаются. Да, даже не пара-тройка, а десять-двадцать, эх… И так считаю и эдак, а всё равно точно даты не получаю никак… Знаешь, чего я хочу, Феденька?

– Ы? – машинально поддержал разговор я.

– Взять свой топорик остренький, да пойти рубить им направо-налево, начиная с Кощеюшки, а заканчивая тобой, паразитом! Да так и махать им, пока в царстве нашем, никого не останется кроме меня. А вот тогда и я, хлебну коньячку за упокой душ ваших, да и сам и повешусь на дубе том тысячелетним, что у нас за стеной крепостной дорогу за восточными воротами перегораживает.

– Романтик ты у меня, деда, – хмыкнул я. – Начиная с топора и заканчивая дубом. Ну, давай, рассказывай, что там у тебя не сходится? Попробуем обойтись без этого вашего суицидального романтизма.

– Да я ж тебе талдычу! – уставился на меня Михалыч. – По месяцам считать, всё сходится. Настоящая дата, как бы наш бес сказал – реальная, конкретная, она в марте и выпадает, аккурат на весеннее равноденствие. Оно и дата оккультная, и Кощеюшке соответствует с его колдунскими заморочками, да только…

– Ы?

– Не совпадает, внучек, – горестно вздохнул дед. – Я и так считал и эдак… Несколько дней туды-сюды, а не совпадают. Вот, что делать, внучек?

– Давай, деда, по коньячку? – выдал я дельную мысль. – Посидим, прикинем литр-другой, да и решим твою проблему.

– Алкоголики! – распахнул ногой дверь Канцелярии Кощей. – Лишь бы повод найти!

– Царь-батюшка, – привстал я с лавки. – Присоединитесь? По пять капель?

– Для стимуляции синапсов разве что, – согласился он, неодобрительно глянув на Тишку и Гришку.

– Брысь, паразиты! – понял намёк я. – Быстро кресло Государю освободили!

Бесенята поплелись перетаскивать мой диванчик к монитору, а я подвинул к столу компьютерное кресло:

– Присаживайтесь, Ваше Величество! Вы как раз вовремя.

– Как всегда, – подтвердил Кощей, усевшись в кресло и наблюдая, как Михалыч наполняет тёмной янтарной жидкостью гранёный стакан. – Куда ж вы без меня?.. Элементарного сделать не можете.

– Затык у меня, Кощеюшка, – дождался дед, когда стакан опустел. – Давай, соколик, колись, когда ты на свет народился? Равноденствие мартовское, ы?

– Первого сентября, – ухмыльнулся Кощей. – Ошибаешься, Михалыч. Не наливай ему больше, Федька.

– Михалыч у нас сам наливает, – хмыкнул я. – А только, Ваше Величество, что-то запутались мы в датах… Да и эльфы… Ну, то есть, они в тайне всё просили держать, но вы же у нас свой, можно и рассказать, да, деда?

– Конспираторы! – фыркнул Кощей. – В курсе я, сына. Нежто ты думал, что ваш заговор супротив меня скрытым может остаться?

– Да ваще ни разу не сомневался! – заверил я. – От вас ничего утаить не возможно, я уже осознал. Поэтому мы и не паримся, а просто взяли календарь и стали считать.

– Оттож, – согласился Кощей. – И чего насчитали?

– Насчитали, Ваше Величество, – доложил я, – что ваш фактический день рождения никак не совпадает с реальным. Ну, то есть, по месяцам ещё как совпадает, но всё равно дней двадцать разницы получается. Вы же у нас в мартовское равноденствие родились? Мы и так красивые даты подгоняли и эдак…

– Дурень! – порадовал меня царь-батюшка. – При чём тут красивые даты? Есть даты оккультные и есть обычные.

– Мне, как программисту, хоть и средней руки, – задумчиво протянул я, – математические исчисления и логические алгоритмы вполне даже понятны. Но по нашим подсчётам, совпадения в датах, Ваше Величество, хоть всё же существуют, но с большой погрешностью и с сильным отрывом в цифрах, да и в целом за уши притянуты. И что прикажете делать теперь?

– Вот же заплёл… – помотал головой Кощей. – Ты, сына, всё учёл в своих изысканиях или только на календарь глазел?

– А? – задумался я, пытаясь переварить его доводы. А потом ещё подумал. А потом и взглянул на всё это со стороны, а вот уже совсем после и заорал: – Блин, Ваше Величество! Понял! А, точно, всё совпадает же! Все эти дни потерянные, они же как раз в общую схему и укладываются!

– А учился бы, – самодовольно протянул Кощей, – так вообще бы таких глупых казусов не возникало. В Академию волшебства тебе надо, сына. Годиков на пять-десять для начала.

– Всех убью, – достал Михалыч топорик. – А начну с внучека. А когда на шашлык его мелко порублю, то и за тебя, Кощеюшка примусь. Шашлык из тебя, батюшка никакой, а вот косточки погрызть нашим волкам очень даже приятно будет.

– Да тут всё просто, деда, – поспешил я с объяснениями. – Деда, ты учитывай, что мы и по времени сместились, а не только в пространстве.

– Ты это к чему, Федька?

– Високосные года, деда. Сколько их было, а? Мы, ведь, лет на пятьсот, а то и больше сместились. Да и вообще, кто его знает, как тут время идёт в этом мире. А, вдруг, планета вокруг Солнца не за 365 дней оборот делает, а за 356 или ещё как?

– Зараза ты, внучек, – выдохнул дед. – Я считаю, считаю, а, оказывается, оно вовсе и не надо точно. Убью я тебя, Феденька, так и знай, убью.

– Убивай, – согласился я. – Только теперь даты запросто подогнать можно, классно, да?! Ваше Величество, решили мы загадку с датами?

– Решили, сына, – одобрительно кивнул Кощей. – Ну, как, легче тебе стало? Готов, аки птаха райская в небеса воспарить? Тьфу!

– Блин, – согласился с ним я. – Вы о чём? Не путайте меня, Ваше Величество, ладно? Всё же хорошо? Дату ещё одного вашего Дня рождения вычислили, а значит, ещё один праздник к радости ликующих и любящих вас придворных устроить можно.

– Ладно, сына, – вздохнул вдруг Кощей, – давай серьёзно. Повеселились и хватит.

– Имел в виду я такое веселье, Ваше Величество, – хмыкнул я. – А что? Судя по вашему тону, нам что-то нехорошее светит?

– Проблема у нас, Федь, – серьёзно сказал Кощей. – Без вашей помощи я не справлюсь.

– Ну, Ваше Величество, – пожал я плечами, – могли бы и не говорить такую банальщину. Как же мы и без проблем? Но вы не грустите и мысли суицидальные откиньте – мы с вами, Ваше Величество. Всё будет хорошо.

– Будет, – согласился он, но тут же поправился: – Надеюсь. Если повезёт.

– Не пугайте меня, Ваше Величество, – совсем озадачился и обеспокоился я. – Вы о чём? У нас же всё нормально, да?

– Тут как бы… – задумался Кощей, явно подбирая слова, – может, всё и нормально пройдёт. То есть, даже, скорее всего, нормально и пройдёт. Но ты же сам знаешь, сына… Только расслабишься и на тебе. И выходит так, что подготовиться мне хорошенько надо, предосторожности всякие продумать, рассчитать всё точно, варианты просмотреть…

У него был такой задумчивый и потерянный вид, да и излагал царь-батюшка против обыкновения крайне сумбурно, что я тут же запереживал:

– Вы в порядке, Ваше Величество? С виду так всё вроде, как обычно, вон, коньяк хлещите в классическом стиле, без закуски, да только глазик левый у вас чего-то дёргается, да и лишняя морщинка на лбу образовалась…

– Гюнтер! – тут же заорал Кощей, начиная массировать лоб.

– Да шучу я, Ваше Величество. Откуда у вас морщинам взяться, сокол вы наш тысячелетний?

– Орёл, батюшка! – подтвердил Михалыч.

– Зараза! – согласился Кощей. – Федька, паразит, не сбивай! Только я на мысль настроился, волну нужную поймал…

– Меч, Государь? – вошёл к нам Гюнтер. – Или как обычно одними словами всё и закончится?

– Оладиков, Кощеюшка? – предложил сердобольный дед. – Откушай, соколик, да со сгущёночкой, глядишь, да и отпустит тебя, касатика и обо всех морщинах тут же и позабудешь, даже и не сумлевайси!

– А лучше – коньячку, Ваше Величество, – внёс коррективы я. – Два по двести и нет проблем. А потом можно сходить, проверить работу кухни…

– У Государя новых морщин нет! – вскинул подбородок дворецкий. – Не надо наговаривать, господин Михалыч! Да и вы, Фёдор Васильевич, постеснялись бы такие наветы на всенародно любимого Императора наводить! Его Величество ежедневно лосьон от самых знаменитых китайских магов изволят по лбу своему царственному размазывать, уж я слежу, забочусь, поверьте!

– Цыц! – заорал Кощей. – Морщины, китайцы… Вы о чём, вредители? Цыц я сказал! Я к вам с делами важными, как к самым доверенным сотрудникам пришёл, а вы?..

– Почему это «как»? – даже обиделся я. – Мы и есть самые доверенные и лучшие, хотя и без премии за это… Всё-всё, молчу, Ваше Величество. Слушаем со всем нашим вниманием.

– Зараза, – вздохнул царь-батюшка и начал рассказ.

Кощей посопел носом, грозно позыркал на нас исподлобья, но, всё же, вздохнув, произнёс:

– Прав и ты, Михалыч и ты, Федька. Тут дело в том…

– А я разве не прав, Государь? – обиженно протянул Гюнтер. – Этот китайский эликсир и на самом деле…

– Не перебивай царя! – рявкнул я. – Вот же… сотруднички! Да, Ваше Величество? Продолжайте, пожалуйста. Изложите нам вашу очередную гениальную мысль.

– Вот ты, Федька… – показал он почему-то именно мне кулак. А я тут при чём?! – В общем и в целом вы правы в своих подсчётах. Получается так, что если считать от нашего ухода из старого мира, то мой День рождения в этом мире выпадает на конец марта…

– А я что говорил?! – торжествующе завопил Михалыч.

– Деда, дай же нашему Великому и Ужасному сказать, – укоризненно попросил я. – Не перебивай, пожалуйста. Лучше ещё коньячку царю-батюшке плесни.

– Премия, – благосклонно кивнул мне Кощей. – В двойном размере.

– Зараза, – загрустил Михалыч, но всё же замолк, зашаркав к комоду за очередной бутылкой.

– Так вот, – протянул царь-батюшка, удовлетворённо наблюдая за коричневой струйкой, наполняющей его стакан, – всё у нас указывает на день весеннего равноденствия.

– Двадцатое марта, внучек, – прошептал мне дед. А то я сам не знаю.

– И вот это совпадение моего Дня рождения и этого равноденствия… Ух! – опрокинул в себя коньяк царь-батюшка, – оно ведь не просто так совпало. Не случайно. Звёзды так сложились, а теперь и я под это неслучайное совпадение и попал.

– Неслучайное совпадение, – приняв глубокомысленный вид, кивнул я. – Гениально, Ваше Величество, а что теперь?

– А теперь, сына, – вдруг вздохнул Кощей, – предстоит мне очередное, но теперь уж точно последнее, преображение. Перекройка, по-нашему говоря.

– Это хорошо, Ваше Величество? – наморщил лоб я. – А нам это чем грозит?

– В корень зришь, Федька, – одобрительно глянул он на меня. – Воспитал я таки из тебя, бестолочи, толкового сотрудника.

– Спасибо, Ваше Величество, – поморщился я. – А подробней?

Кощей вдруг посерьёзнел:

– Тот день, Федька, он не простой получается. Совпала и дата моего рождения, и равноденствие. Старый мир меня отпускает наконец-то, а новый принимает. Настоящее перерождение мне предстоит, сына.

– Вот же, блин, – загрустил я. – Это вас опять на молекулы разнесёт, а мне за вас месяц на троне париться как в тот раз?

– Не боись, Федька! – хохотнул Кощей. – Процесс тот займёт пару минут. Ну, десять от силы. Я, сына, просто на кусочки разлечусь по всему по белу светушку. Мало того, так я этот мир просто насквозь проткну да с другой стороны выйду, как те нейтрино, про которые ты мне тут заплетал. Зато, когда соберусь опять воедино, то силу обрету немереную да в полный лад с этим миром войду, вот тогда, эх и заживём, сына!

– Десять минут, точно? А в чём подвох, Ваше Величество? – не разделил я его радости. – Нам, что-нибудь делать надо будет?

– Поможете мне, – кивнул Кощей. – Тут дел накопилось важных, но не сложных, не пугайся, Федька. Но решить их быстро надо, а мне недосуг теперь, сам понимаешь. Ну и… – он замялся, – в те несколько минут, пока моё перерождение идти будет, подстраховать вам меня придётся.

– Это как? – уточнил я. – Саблями махать, от злых ворогов да мерзких магов отбиваясь, пока государство без вашего прикрытия останется?

– Просто постоите рядом со мной и всё, – отмахнулся царь-батюшка. – Ну и…

– И?

– Я, сына, в тот момент совсем беззащитным буду, как ни стыдно в этом признаваться, – отвёл взгляд Кощей. – Ежели надумает какая зараза мне навредить, то я противостоять ей не смогу, понимаешь, Федь?

– Подстраховать вас надо, Ваше Величество?

– Угу. Надо. Просто постоять рядом и всё. Ну, а если полезет ко мне какая зараза, то сабелькой её рубануть и всех делов.

– А? Сабелькой?

– Просто рядом будьте, – отмахнулся от моих опасений царь-батюшка.

– А, ладно, хорошо, – с некоторым облегчением согласился я. – Запросто постоим, без проблем. А что вы там о делах каких-то говорили?

– Записывай, сына, – кивнул Кощей. – Первое – банки, второе – МИД. Ну и всё остальное, конечно.

– Конечно, – вздохнул я. – А подробней, Ваше Величество?

– Лентяй ты у меня, сына. И бестолочь, – вздохнул царь-батюшка. – Но сейчас не пугайся – ничего тяжёлого тебе носить не придётся. Надо просто проверить всю нашу банковскую систему, кою мы в неметчине развернули, да ребяткам нашим из МИДа помочь с делами иноземными, вот и всё. Ну и за текущими делами, дворцовыми, производственными присмотреть.

– Эх, блин, – согласился я. – А, может, вы… это самое… ну, переродитесь когда, так и с новыми, жутко могучими силами и сами всё сделаете? Да ладно, ладно, понял я… Сделаем, Ваше Величество, развлекайтесь на здоровье.

– Да кабы так оно, – снова вздохнул Кощей. – Процесс, что мне предстоит, сына, он довольно-таки серьёзный. Миллиметр туда, микрон сюда и всё, прощай, сынуля, не поминай лихом.

– Так, ну его на фиг, Ваше Величество! – встревожился я. Без Кощея мне в этом мире ну никак не хотелось оставаться. – И без этого перерождения хорошо, а?

– Надо, Федя, надо, – ответил мне цитатой фильма Кощей-батюшка. – Или так или вообще сгину.

– Блин, – пригорюнился я.

– Ничё, внучек, – хлопнул меня по плечу Михалыч. – Поможем тебе, Федька, одного в беде не оставим.

– Лучше, мне помоги, Михалыч, – фыркнул Кощей. – Куда твой Федька денется?

– Ну, хорошо, Ваше Величество, – решился я. – Командуйте. Значит, проверить банки и посодействовать Министерству иностранных дел, так? А что у нас в приоритете?