Здрасьте, мы – Лялины!

Глава первая, в которой Лялины знакомятся с соседями

Оранжевый микроавтобус, со всех сторон разрисованный зелёными динозаврами, свернул с улицы во двор и остановился перед большой лужей, в которой плавали кленовые листья. Посреди лужи стояла девочка, на спине у неё висел портфель с надписью «первый раз – в первый класс», а на животе, отчаянно цепляясь коготками за пальто, – котёнок.

– Тётенька, возьмите котёнка! Дяденька, посмотрите, какой хорошенький! – уговаривала она прохожих.

Водитель посигналил, но не успела девочка отойти, как дверь микроавтобуса открылась – это уставшие от долгого пути пассажиры торопились на свежий воздух.

Первыми выпрыгнули девочка лет двенадцати и мальчик немного младше неё. Они помогли выбраться маленьким близнецам в розовом и голубом комбинезонах, причём розовый комбинезон отбивался и вопил:

– Я сама! Где мой самосвал? И мячик?

– Мама, дай мишку, я сам его понесу, – попросил голубой комбинезон.

– Аквариум давайте! – требовала старшая девочка.

– И мой череп! – поддержал её мальчик.

Мама высовывалась из микроавтобуса как кукушка из часов – если бы кукушки раздавали детям мячи, самосвалы, мишек и маленькие круглые аквариумы с золотыми рыбками. Прокуковав четыре раза, она и сама вылезла наружу.

Старшая девочка обняла свой аквариум двумя руками и что-то прошептала рыбке.

– Где мой череп?! – настаивал мальчик.

Теперь место кукушки занял папа. Он вручил маме горшок с кактусом и сказал сыну:

– Твой череп должен быть на месте – то есть, у тебя. А это, – папа исчез и снова появился, протягивая мальчику череп какого-то крупного животного, – это череп твоего пахицефалозавра.

– Всё хорошо, Рекс, – сказал мальчик, погладив костяной купол, – мы приехали.

Папа выставил на дорогу два огромных чемодана, отогнал машину на парковку и вернулся к чемоданам.

– Вперёд! – скомандовал он.

Девочка с портфелем и котёнком, во все глаза наблюдавшая за разгрузкой багажа, спохватилась.

– Дяденька, возьмите котёнка!

– В следующий раз, – пропыхтел папа.

– Тётенька, возьмите котёнка!

– Только котёнка мне сейчас не хватало. Оля, стой! Коля, лови Олю!

Коля сунул череп под мышку и схватил убегающий розовый комбинезон за капюшон.

– Мама, она дерётся! Она меня самосвалом стукнула! Сама её лови! Я лучше Толю поймаю.

Мама перехватила Олю, а голубой комбинезон, прижимавший к себе мишку, спокойно пошёл рядом с Колей.

Папа, укативший чемоданы вперёд, обернулся:

– Где Аля?

Аля стояла посреди лужи, а девочка с портфелем протягивала ей котёнка. Но как же его взять? Руки у Али были заняты: круглый аквариум нельзя сунуть под мышку, это же не какой-то пахицефалозавр, который давно вымер. Тогда девочка приподнялась на цыпочки и посадила котёнка Але на плечо.

Мама тоже обернулась:

– Аля! Аля, нет! Девочка! Немедленно забери его!

Девочка с портфелем убежала и спряталась в домике на детской площадке.

– Аля! – хором сказала папа и мама. – Что это такое?!

Аквариум штормило, и котёнок на плече раскачивался, как матрос на палубе, хотя Аля изо всех сил старалась идти медленно и ровно.

– Это котик. Вы же мне обещали рыбку, кошку и собаку. Ну и вот.

Мама схватилась за голову свободной от кактуса рукой.

– Ты всё неправильно поняла! Мы имели в виду ИЛИ рыбку, ИЛИ кошку, ИЛИ собаку!

Аля неосторожно пожала плечами, и котёнок чуть не упал за борт.

– Имели в виду одно, а сказали: «рыбку, кошку и собаку». Рыбку вы мне купили утром. Котика я сама взяла. Осталась собака.

– Я тоже хочу собаку! – заявил розовый комбинезон.

– И я! – поддержал голубой.

– Хрюшка-повторюшка! – Оля показала Толе язык.

Мама догнала папу.

– Почему я одна ругаюсь за нас обоих, а ты молчишь?

Папа устало вздохнул:

– Хорошо, будет вам собака. Только, пожалуйста, не сейчас. Дайте хотя бы на новом месте устроиться.

Мама воскликнула:

– Это совсем не то, что я бы хотела услышать! Стойте, куда разогнались? Мы свой подъезд проскочили!

Они поднялись на первый этаж. С одной стороны лестничной площадки было две двери. А с другой – всего одна, зато два звонка.

– Нам сюда, – мама позвонила сначала в один звонок, потом в другой. – Тут две квартиры с общим тамбуром. Надеюсь, соседи дома, потому что наши ключи у них.

– Гав! – раздалось в ответ.

Дверь немного приоткрылась, и в образовавшуюся щель просочился взлохмаченный старик. Он захлопнул за собой дверь и хмуро посмотрел на маму, папу и всех детей по очереди. Под его взглядом Оля вернула Толе отобранного мишку, а Коля перестал пугать котёнка черепом.

– Здравствуйте, – сказала мама, – мы Лялины, будем здесь жить.

– Чего это вдруг? – нелюбезно спросил старик и заорал: – Ляля!!! Тут какие-то беженцы! Выдают себя за твою родню!

– Гав!! – поддержала его невидимая собака.

Дверь снова приоткрылась, и на площадку вышла женщина с молодым лицом и седой косой, уложенной на затылке короной.

– Алик, я тебя предупреждала, – она бесшумно закрыла за собой дверь, – приедут новые соседи, отдашь им ключи. Здравствуйте, с новосельем! – улыбнулась она маме, папе и всем детям сразу.

– Первый раз слышу, – проворчал старик. – Почему они назвались твоими родственниками?

– Мы не назывались, – запротестовала мама.

– Какие же вы Лялины, если вы новые соседи? – не унимался Альберт.

– Мы обыкновенные Лялины. Фамилия такая, – объяснил папа. В кармане у него зазвонил телефон, но папа сбросил звонок.

Мама добавила:

– Меня зовут Юля. Его, – она кактусом показала на папу, – Поля. В смысле, Ипполит. Наши дети, – кактус качнулся назад: – Аля, Коля и Оля-Толя. А вы? Как ваше имя-отчество?

– Ляля. Просто Ляля.

– А я – просто Альберт, – сосед пожал папе руку, – не вздумайте называть меня Аликом.

Заскучавший Коля спросил:

– Почему вы не говорите: «Какие у вас имена одинаковые»? Все так говорят.

– Потому что мы – не все, – улыбнулась Ляля. – И ещё потому, что имена у вас совершенно непохожие. Да и сами вы такие разные, что у вас со мной больше общего, чем с друг другом, потому что я – Ляля, а вы – Лялины.

Аля доверительно сообщила:

– Рыбку зовут Ариэль, а как зовут котёнка, мы ещё не придумали, не успели.

– Он у нас недавно, – объяснил папа, – минут пять, не больше.

– Гав!!! – снова послышалось из-за двери.

Аля не выдержала:

– Это ваша собака лает? Как её зовут? А можно посмотреть? У меня тоже скоро будет собака, родители обещали…

Мама опять схватилась за голову свободной от кактуса рукой.

– Ну, если не боитесь… – начал было Альберт.

Оля шагнула вперёд, оставив Толю у себя за спиной.

Коля оскорбился:

– Я даже динозавров не боюсь!

– Бася, веди себя прилично, – повысила голос Ляля.

Она открыла дверь, и на площадку вылетел огромный сгусток мрака.

Альберт приказал:

– Бася, сидеть! Место!

Мрак затормозил, плюхнулся задом на пол, уставился на Лялиных янтарными глазами и раззявил пасть, вывалив язык.

Папа уточнил:

– Бася – это, видимо, по-домашнему? А если по имени-отчеству, то как? Собака Баскервилей?

Бася басом подтвердила его догадку. От её гулкого лая котёнок сорвался, как матрос с мачты, и шлёпнулся в аквариум, выбив его из рук Али.

По площадке разлетелись осколки и брызги, весёлые и испуганные вопли младших и старших Лялиных, мяуканье и лай. Альберт повторял: «Сидеть! Место!» Ляля спрашивала, не порезался ли кто. Коля протягивал соседям череп, перекрикивая всех:

– Его зовут Рекс! Пахицефалозавр Рекс!

– Я придумала! – воскликнула Аля, поднимая котёнка. – Его будут звать Немо!

Толя держал в ладонях бьющуюся рыбку. Ляля кивала:

– Очень, очень приятно. Сейчас я принесу банку для Ариэль, полотенце для Немо и ключи от вашей квартиры. Алик, закрой Басю.

Оля пинала камешки и осколки – жалкие остатки аквариума, и топала по воде так, что брызги летели веером.

– Мама, ты про кактус забыла, – напомнила она, – кактус зовут Катя.

Ляля вручила маме ключи и подсказала:

– Надо бы котёнка первым запустить, примета такая. Чтобы на счастье.

Папа скомандовал:

– Аля, давай сюда твоего пловца. Должна же от него быть какая-то польза. Оля, стой!

Но мокрый и испуганный Немо не хотел приносить пользу. Сквозь полотенце он запустил свои коготки в Алину куртку, и никому не удавалось его отцепить.

Оля нетерпеливо рвалась вперёд, но папа крепко держал её за капюшон. В кармане у него опять зазвонил телефон, но папе было не до разговоров. Размахнувшись, девочка запустила по полу прихожей самосвал. Потом бросила в него мячом, но не попала. Выхватила у Толи мишку, но летающий медведь тоже промахнулся. Подралась с Колей, который не позволил превратить Рекса в метательный снаряд. А котёнок всё никак не мог расстаться ни с полотенцем, ни с Алей.

– Самосвал – тоже хорошая примета, – наконец решила мама, и Лялины ввалились через порог.

Новое жильё встретило их звонкой пустотой.

– Что мы будем есть? – спросил Коля, укладывая череп на подоконник.

– Как мы будем спать? – спросил Толя, усаживая мишку рядом с Рексом.

– Когда вы купите мне собаку? – Аля поставила трёхлитровую банку с рыбкой возле мишки.

– Ау! Бу! Бах! – кричала счастливая Оля то здесь, то там, и эхо ей отвечало.

Папа уже распаковал чемоданы, и теперь накачивал ножным насосом надувные матрасы. Мама заказывала пиццу. Котёнок сидел в углу прихожей под полотенцем. Жизнь налаживалась, когда Коля заметил, что черепу становится тесновато.

– Это мой подоконник! – возмутился он. – Убирайте свои вещи, здесь будем жить мы с Рексом!

Толя безропотно забрал мишку. Аля прищурилась.

– Кто тебе это сказал? Мама! Мама, скажи ему, что это моя комната!

Но мама разговаривала по телефону.

– Да-да, одна «Маргарита» и одна «Гавайская», нет, газировки не надо…

Коля не сдавался:

– Папа! Скажи ей!

– А? Что? – повернулся у нему папа. – Аааа, вот ты о чём… Извини, но это не твоя комната. И даже не Алина. Мы с мамой решили, что здесь будет детская для Оли-Толи.

Аля надулась. Коля схватил череп и перебежал в смежную комнату:

– Тогда моя здесь!

Папа покачал головой:

– Видишь ли, по соседству с детской должна быть взрослая комната. Так что там будет наша с мамой спальня.

– Да-да, как можно скорее, – мама отложила телефон. – Аля! Коля! Ну, что вы спорите как маленькие! Да, детская уже занята, и взрослая тоже. Для вас осталась НЕДЕТСКАЯ комната. Она самая большая и самая светлая – в ней целых два окна: каждому достанется свой подоконник. А чтобы вы друг другу не мешали, посередине мы поставим стеллажи с книгами. И бетонные блоки!

– Чур, я слева! – сказала Аля.

– Нет, я!

Мама застонала:

– Нет, это просто невыносимо!

Папа вынул из кармана рубль.

– Если выпадет орёл, то череп будет жить слева. А если решка – то справа!

– Орёл! – обрадовался Коля. – Череп будет жить!

– Я от вас ухожу! – заявила Аля. – Навсегда!

Мама кивнула:

– Как же я тебя понимаю! Я бы тоже ушла, но сейчас пиццу привезут. Пожалуйста, купи мороженое. Много-много мороженого для всех и кошачий корм для котёнка, не пиццей же его кормить. И ещё лоток. И наполнитель для него.

– Ты не поняла, – возмутилась Аля, – я от вас насовсем ухожу! Из-за комнаты, и Коли, и собаку вы мне никак не купите…

– Чего ж тут непонятного, – перебила мама. – Вот, держи деньги. Выходишь из подъезда, поворачиваешь налево, потом вдоль дороги направо, там будет торговый центр с зоомагазином. Всё купишь, и сразу домой. Погоди, я тебе наш новый адрес на бумажке напишу, чтобы ты не заблудилась.

В дверь позвонили.

– Ура! Пицца приехала! – закричали дети.

Аля заколебалась:

– Может, я сначала пиццу поем, а потом от вас навсегда уйду?

Родители не стали спорить.

Расправившись с пиццей, Лялины всей семьёй отправились за мороженым и в зоомагазин. Оставшийся без присмотра Немо потихоньку выбрался из-под полотенца и отправился исследовать квартиру. В левом углу недетской комнаты он оставил лужу, а в правом – кучку, чтобы никому – ни Але, ни Коле не было обидно.