Комната мастеров

Часть первая. Красно-желтые дни

Лех посмотрел в окно и поморщился. На улице непрерывно лил дождь, подгоняемый холодным осенним ветром. Покачивались деревья, роняя остатки листвы на землю. Пеплом лета эти желтые пятнышки проносились мимо окошка каморки.

Отвернувшись от унылой картины, он сел за стол, выдвинул ящик стола и, порывшись там, достал потрепанный от времени журнал. Внутри тот был предусмотрительно заложен огрызком карандаша, перемотанного изолентой.

«Итак, – нацепив очки с потрескавшимися стеклами, пробурчал Лех, открывая нужную страницу. – Тринадцать по горизонтали: водоворот в Норвегии, вызывавший неподдельный ужас у моряков. Посмотрим-посмотрим».

Его лоб пересекли несколько глубоких морщин, а карандаш начал отстукивать по замусоленной поверхности стола бодрый ритм.

«Пум-пурум, пум-пурум», – вторил вполголоса Лех.

Все это длилось некоторое время, пока дверь в каморку не распахнулась настежь – пришел Арк. Как обычно, заявился без стука, с поношенной сумкой через плечо.

– Опять разгадать не можешь? – сходу спросил он и плюхнулся в старое кресло, пылившееся сбоку от столешницы.

– Свое я уже разгадал. Это твой кроссворд, – рассеяно проворчал Лех, все еще концентрируясь на своих мыслях.

– Тринадцатый? – Арк снял сумку с плеча.

– Он самый, – Лех все-таки повернул голову в сторону собеседника. – С чем на этот раз?

– Да так, мелочевка, – тот достал допотопный телефонный аппарат с дисковым набором и трубкой на витом проводе.

– Зачем тебе это? И так все шкафчики завалены… – Лех отложил карандаш и поправил очки.

– Я просто раньше такой модели не встречал. Может, раритет какой? – Арк выложил его на стол.

– У хорошего хозяина и муха мясо, – пробубнил он в нос и подался к находке. – В такую погоду лучше сидеть в тепле под крышей. А тебя словно в задницу кто-то ужалил.

– Ты видел когда-нибудь другую погоду? – усмехнулся Арк и подцепил телефон, не дав своему собеседнику нормально рассмотреть трофей.

Лех, тем не менее, никакого недовольства не выразил и взялся обратно за кроссворд. Арк же удалился вглубь комнаты. Громко скрипнула дверца шкафчика.

– Я, кстати, кошку вроде слышал, – оповестил Арк, вернувшись в кресло.

– Неужели? – Лех, понимая, что разобраться с тринадцатым вопросом ему так просто не дадут, снял очки, отложил журнал и откинулся на спинку стула.

– Думаю, что да.

– Тогда ты можешь попытаться ее поймать, – он задумчиво посмотрел на окно. – У нас сеть есть? Вроде была, да?

– Рыболовная, – уточнил Арк, тоже глянув в направлении окошка. – Только большая, обрезать придется.

– Тебе ловить, ты и режь. А вообще, иди отметку поставь, а то я сегодня забыл, – рассудил Лех и, надев очки, возвратился к кроссворду.

Арк молча встал, достал из кармана небольшой перочинный нож и сделал насечку на дверном косяке. В комнате было не очень светло, но если хорошо приглядеться, то стало бы видно, что этих насечек были сотни и сотни…

Разобравшись с этим делом, он снова подсел к своему спутнику.

Тот на него не отреагировал, погрузившись в размышления. Впрочем, и сам Арк не торопился вступить в разговор и вместо этого принялся копаться в своей сумке.

Он доставал какие-то свертки и коробочки, завернутые в промасленную коричневую бумагу, и, повертев их в руках, убирал обратно. Судя по всему, что-то искал, но обнаружить искомое не довелось – с улицы донесся какой-то шум.

Оба обитателя каморки отреагировали обеспокоенно. Лех стянул очки и стал водить головой, навострив уши. Арк бросил сумку на пол и подошел к окну.

– Это поезд, – довольно-таки уверенно предположил он, вытягивая шею и будто пытаясь заглянуть за границу видимой зоны.

– Принесла нелегкая, – Лех, лязгнув стулом, расторопно поднялся и присоединился к Арку. – Уверен?

– Могу у мужиков спросить, – с насмешкой в голосе ответил он и кивнул головой куда-то вправо. – Они как раз дорогу латают.

– Брось свои шуточки, – пристыдил его Лех и, ничего не увидев за стеклами, сел на краешек стола, который торцом практически примыкал к окну. – Беду накличешь. Не похоже на поезд.

– Это поезд. Разве не слышно?

– Не уверен.

– Думаю, следует сходить проверить, – предложил Арк.

– Проверить? – Лех не мог скрыть замешательства. – С ума сошел?

– Тебе разве не интересно?

– Совершенно не интересно, – ответил Лех, посмотрев при этом на Арка осуждающе. – И такое отсутствие интереса не раз спасало мне жизнь.

– Понимаю твою обеспокоенность, – произнес он с некоторой иронией и, подойдя к креслу, поднял и закинул сумку на плечо. – Но вдруг там что-то стоящее? Сам же потом благодарить будешь.

– Если будет кого благодарить, – Лех скрестил руки на груди.

– Пока мы тут препираемся, я все пропущу, – Арк не договорил и осекся. – Слышишь? Звук приближается.

Лех прильнул к окну.

«Сортировочная», – почти одновременно выпалили они.

После этого Арк, поудобнее примостил сумку и спешно вышел из помещения. Лех не стал пытаться его остановить или переспорить и остался стоять у окошка. Он лишь бормотал бессвязное себе под нос, вроде как молитву.

Звук тем временем принялся видоизменяться. Если сначала это действительно чем-то напоминало поезд, то затем присоединился посторонний грохот.

А далее все стихло.

Но затишье было недолгим – неожиданно Лех почувствовал сильнейший толчок, как если бы весь мир вокруг сотрясся. Эта волна прокатилась по окрестностям, а на соседних зданиях, крыши которых виднелись неподалеку, всколыхнулись облачка пыли.

Внутри каморки воцарился хаос. Зазвенели гаечные ключи, аккуратно вывешенные на стене по размерам и теперь осыпавшиеся всем скопом на бетонный пол. Сложенная в углу арматура обвалилась бесформенной кучей. С потолка посыпалась штукатурка и какая-то грязь, скопившаяся там за долгие годы. Заплясала разномастная утварь в шкафчиках, наполняя комнату разноголосым громыханием.

А вскоре серое непроницаемое небо озарилось яркой вспышкой, сделавшись на несколько мгновений фиолетовым.

«Это от электрической дуги, – догадался Лех. – Где-то накрылся трансформатор или подстанция. Только цвет необычный, должен быть голубоватый, а тут такой. Видимо, отразился от облаков».

«Или что-то похуже», – добавил внутренний голос.

Думать о таком ему не хотелось – он уставился в окно, стараясь увидеть что-нибудь еще, чтобы разгадать природу произошедшего явления.

Но новых вспышек не последовало. Вместо этого Лех увидел, как по небольшой асфальтовой дороге, которая проходила как раз перед зданием, побежали человеческие фигуры. Это были те самые, которые занимались ремонтом. Уж кого-кого, а от них он никак не ожидал подобных действий.

Обычно они всей бригадой занимались ремонтом. Двое или трое ковырялись в вырытом котловане, а остальные стояли по краям и безмолвно наблюдали за процессом.

Ребята эти были странные – они всегда одевались в наглухо застегнутые робы, а на лицах у них красовались маски сварщиков. При том, что Лех, сколько проходил мимо, никогда не замечал, чтобы эта компания проводила сварочные работы. Ну не дурные ли?

Давным-давно он пару раз пытался подойти и разговориться, но те, стоило к ним приблизиться, отгоняли прочь, деревянно махая руками. Сразу становилось предельно ясно, что общаться они не намерены.

К счастью, в остальном они себя никак не проявляли и особо не докучали. Только почти каждый день меняли свою дислокацию. По всей видимости, окружающая инфраструктура была серьезно изношена, раз им постоянно приходилось что-то ремонтировать, причем в разных местах.

И вот теперь вся их бригада неслась сломя голову прочь. Бежали, сбившись группой. Топот их тяжелых сапог доносился до ушей даже сквозь стекла.

А через мгновение ему стало не до них – в каморке погас свет. Выругавшись, Лех подошел к лампе и несколько раз щелкнул выключателем: так и есть, электричество отключили.

Спешно достав из-под стола небольшой портфель черной кожи, истертой на сгибах, он, пристроив его под мышку, удалился, хлопнув дверью.

Выйдя в коридор и раскашлявшись от пыли, Лех направился быстрым шагом в одну из его оконечностей.

Остановился перед невзрачной дверью. Выкрашенная коричневой половой краской, она не имела ни таблички, ни номера, хотя на ее поверхности, как раз на уровне глаз, отчетливо виднелся незакрашенный прямоугольник.

Открывать ее он не спешил.

Но миновала одна минута, другая, а деваться было некуда – свет по-прежнему отсутствовал. Тогда Лех полез в портфель и, выудив оттуда ключ на обувном шнурке, стал отпирать.

Стоило приоткрыть дверь, как до его ушей донесся ровный гул. Этот факт моментально переменил его настроение, он даже нашептал себе нечто ободряющее и вошел. Лех очутился в небольшом помещении. С десяток метров в длину и с пяток – в ширину. Два серых окна в разводах, со стороны улицы забранных в ржавые решетки.

Всю площадь занимали какие-то «тумбы», расставленные рядами по четыре штуки. От них по полу тянулись провода, змеями уползавшие куда-то в дальний угол.

Лех, взяв портфельчик наизготовку, подступил к ближайшей «тумбе». Вблизи была хороша различима ее продолговатая прямоугольная конструкция, стоявшая вертикально. Края имели скругленные формы, а на торце, обращенном к потолку, имелась крышка и набор переключателей. Сбоку от них угадывались два цветовых индикатора. Один – зеленый, другой – красный. Горел красный.

Повозившись над панелью с переключателями, Лех одобрительно хмыкнул и двинулся дальше. Следующая «тумба» несколько отличалась конструкцией от предыдущей. Но цветовые индикаторы были все те же. Закончив с одним рядом, взялся за второй. Там «тумбы» стояли массивнее. Некоторые из них никаких индикаторов не имели и как раз с такими пришлось повозиться.

У одной он и вовсе снял часть обшивки, оказавшейся тонкостенной жестью. Показался ворох проводов с облезшей изоляцией. На данный экземпляр Лех потратил порядочно времени и, судя по его расстроенному виду, толком ничего не вышло. В сердцах стукнув по поверхности кулаком, он отсоединил тянущийся от нее провод и переключил свое внимание на «тумбу» стоявшую поблизости.

Закончив, наконец, с этим делом и порядком упарившись, он вытер пот со лба и прихватив портфельчик, ретировался.

«Хорошо еще, – подумалось ему по дороге в каморку, – резервная линия не обесточена. А то бы так всей работе каюк».

Когда же, вернувшись к себе, Лех приступил к уборке, расставляя разбросанные вещи по местам, электричество вновь подали. Настольная лампа загорелась, обдав стол мягким светом. Стало видно, что на его поверхности осела пыль.

Лех по неведомому наитию стал у окна. Ему почему-то почудилось: должно было еще что-то случиться. Но, на его счастье, чудного больше не происходило. На небе все так же плыли непробиваемые свинцовые облака, моросил мелкий дождь, да дул неумолимый ветер, трепля конусообразные деревья.

Чтобы отвлечься от грусти, которая от такого пейзажа каждый раз подкатывала у него к сердцу, он вернулся к столу. Нацепил очки, предварительно протерев их от пыли и отметив, что, кажется, на линзах появились новые трещины. Затем поднял журнал – видимо, от грандиозного толчка карандаш, заложенный у корешка, выкатился, и Леху пришлось искать кроссворд самостоятельно.

За данным процессом его и застал Арк, который опять нагрянул внезапно. Вот только на этот раз ему было чем по-настоящему удивить своего товарища.

Арк, догадываясь, в каком виде предстал и какую реакцию это может вызвать у Леха, перешел к объяснениям.

– Знаю, – стал он протискиваться в проем двери, но с его ношей это оказалось не так-то просто. – Это выглядит странно.

– Более чем, – согласился Лех, поправляя очки, как если бы у них в массивной оправе имелось колесико настройки резкости.

– Поверить будет сложно, – бросил Арк и затоптал к дивану.

В противоположном конце каморки располагался потрепанный диванчик. Бог весть откуда взявшийся, он служил верой и правдой и, несмотря на непрезентабельный вид, представлялся довольно удобным. В силу пожилого возраста на нем частенько валялся Лех, любивший заварить чаю, поставить кружку у изголовья, а потом лежать и вести долгие рассуждения, время от времени прикладываясь к горячему напитку.

Арк аккуратно положил девушку, которую нес на руках, прямо на этот диван. За спиной у него тут же нарисовался Лех – тот ничего не понимал и всем своим видом требовал разъяснений.

– Дай хотя бы с улицы переодеться, – ответил на его безмолвную просьбу Арк, выставляя вперед руки.

Стало видно, что вся его одежда была насквозь мокрая.

– Я схожу к себе, а ты последи за ней, – Арк еще раз глянул на девушку, желая убедиться, что она по-прежнему лежит, и пошел за чистой одеждой.

«Предупреждал же, беду накликает», – успел подумать Лех, прежде чем склонился над незваной гостьей.

Это была еще совсем юная особа. Лех отметил для себя слегка округлые черты лица, отчего она походила на фарфоровую куколку. В глаза бросалось и другое – густые длинные волосы соломенного цвета. Правда, у корней они были русые.

Девушка, хоть и находилась без сознания, выглядела абсолютно умиротворенно, как если бы видела самый спокойный сон в своей жизни.

Одета она была в мужскую куртку с двумя цветными полосами (красной и синей) по бокам, черные брюки и запачканные кроссовки на высокой подошве.

Дыхание у незнакомки было ровным. Лех проверил пульс – с ним тоже все обстояло в пределах нормы. Отдельно для себя он отметил, что руки у гостьи были хоть и ухоженные, но без маникюра или накрашенных ногтей.

– Перестраховываешься? – раздался позади него приглушенный голос.

– Ты знаешь, что я не люблю незваных гостей, – Лех, словно застигнутый с поличным преступник, резко отстранился от девушки.

– А кто их любит, – философски подметил Арк, становясь подле незнакомки. – Только посмотри, спит, как младенец. Давно ли ты так спал, мой друг?

Вместо ответа Лех смерил его недовольным взглядом и, вернувшись за стол, снова взялся за журнал.

– Я все еще жду, когда ты мне расскажешь, что случилось? – сказал он оттуда. – Пока тебя не было, произошло нечто вроде землетрясения, и отключали свет. Видишь, даже карандаш вывалился.

В подтверждение своих слов, не оборачиваясь, он потряс журналом.

– Как оборудование? – сразу поинтересовался Арк.

– Свое я проверил, резервная линия осталась не тронутой. Поэтому твое, осмелюсь предположить, тоже работает. Запитаны они ведь у нас одинаково.

– Ты не против, если я схожу проверю?

– Валяй, – не отрываясь от перелистывания страниц, ответил Лех.

Арк управился гораздо быстрее, чем он и вернулся спустя пару минут.

– Все в порядке, – оповестил он по возвращении. – Как девчонка, не очнулась?

– Как видишь, нет, – Лех продолжал неспешно листать журнал. – И я все еще жду объяснений.

– Это легко, – Арк подсел в потрепанное кресло. – Мы не ошибались: звук шел с Сортировочной. Не поверишь, но туда приехал поезд.

– Как это «приехал»? – Лех поднял глаза на собеседника и нервно сглотнул.

– А вот так, – он замялся, выискивая выражение поточнее. – Там, где линия поворот делает, тепловоз, видно, шел на большой скорости и не вписался. То низенькое, рядом с которым мешки валялись недалеко от платформы. Поезд пробил его насквозь, проломив огромную дыру, и потом завалился на бок.

– Проклятье, – чертыхнулся Лех. – Не из-за него ли тут все тряхнуло так, что с полок инструменты попадали?

– Сомневаюсь, – разуверил Арк. – Это позже произошло, когда я с этой особой обратно тащился. А ты видел вспышку?

– Как не увидеть? Фиолетовая. Линию где-то задело, поэтому и свет отключили. Автомат сработал.

– Я не думаю, что это из-за поезда, – предположил Арк.

– Девчонку ты в нем подобрал?

– В пассажирском вагоне. Показалась с виду нормальная, не оставлять же ее было.

– Удивительная вырисовывается картина, – Лех скрепил ладони замком. – Мало того, что появляется поезд, так ты еще умудряешься притащить оттуда кого-то. Ты хоть понимаешь, насколько рискованны твои действия?

– Я тоже о таком думал, пока ее нес, – сердечно признался Арк. – Но я не мог ее бросить одну. Как-то не по-человечески. Девчонка нормальная, погляди на нее.

– Как бы мы из-за нее в беду не попали, – мрачно отозвался Лех и, обернувшись, посмотрел на девушку. – Стоит привести ее в чувство и разузнать, как она умудрилась тут оказаться. И не забывай, у нас работа. Это самое главное.

– И без тебя помню. Но как мы в ее чувство приведем? Она даже от переноски не очнулась.

– Есть одно средство, – Лех полез рыться в ящиках стола.

Искомого он там не обнаружил, и ему пришлось идти проверять многочисленные шкафчики, которые были развешаны по стенам каморки.

По прошествии какого-то времени у него в руках показался небольшой пузырек коричневого стекла с истершейся этикеткой. Прочитать ее было невозможно, и что находилось внутри, знал лишь Лех.

– И что там у тебя? – Арк с некоторым сомнением покосился на склянку.

– Нашатырь, – коротко разъяснил Лех и протянул вещицу собеседнику. – Вот, возьми. Ты девчонку притащил, ты с ней и разбирайся.

Арк молча принял пузырек и повертел его в руках. Еще раз испытывающе взглянув на Леха, он взялся открывать склянку, но крышка поддалась не сразу. Потом для проверки подставил горлышко к носу и тут же поморщился. Удовлетворившись этим, он поднес пузырек к лицу незнакомки.

Девушка вдруг ожила – на ее лице заиграла гамма эмоций. Она открыла глаза: они казались несколько великоватыми для ее кукольного личика и имели темно-янтарный цвет.

Не прошло и секунды, как гостья скосила их сначала на пузырек, потом на Арка и рывком поднялась. А уже через мгновение успела бросить короткий взгляд и на Леха, стоявшего поодаль.

– Вы кто такие? – вопросила она решительным голосом, который казался излишне резким для ее миловидной внешности.

Задав вопрос, девушка перевела взгляд на свои руки и оглядела себя – казалось, она видит все это впервые.

– Мы здесь работаем, – пояснил Арк, закрыл пузырек и убрал его себе в карман. – Мое имя Арк, а моего коллегу можешь называть Лех.

– Какие имена дурацкие, – она снова перевела взгляд на незнакомцев. – А что за гадость совали мне под нос?

– Нашатырь, – ему пришлось вытащить склянку обратно и показать. – Ты была без сознания, вот и решили привести в чувство.

Гостья с явным неодобрением поджала губы, при этом прищурив глаза и посмотрев так, словно пузырек содержал как минимум какую-то отраву.

– Ты скажи: как тебя звать? – подал голос Лех.

У бедняжки вдруг сменилось выражение лица – оно сделалось необычайно растерянным.

– Мое имя… – она опустила глаза. – Имя …

– Да, имя. Твое имя, – попытался подсказать ей Арк.

– Вот блин, – она посмотрела на него с зарождавшимся в глазах ужасом. – Я его не знаю…

– Не помнишь, как тебя зовут? – чуть ли не выкрикнул Лех.

Девушка отпрянула, будто ее обожгло пламенем, и выставила вперед руки, как бы защищаясь.

– Значит так, старые извращенцы, – с резко сменившейся интонацией обратилась она к ним. – Что вы со мной сделали! Почему я не помню собственного имени?!

– Это мы-то? – от всей души усмехнулся Лех и глянул на Арка. – Слышал? Вот тебе и благодарность за спасение.

Девушка, похоже, не поняла, что он имеет в виду, и с вызывающим видом продолжала смотреть на обоих, ожидая пояснений.

– Подожди, – осадил Арк и подошел к ней ближе, почти вплотную. – Что ты помнишь? Как ты попала на поезд?

– На какой еще поезд?! – она стала таращиться по сторонам, рассматривая каморку. – Где я вообще нахожусь?

– Не помнишь про поезд? – не отставал Арк.

– Так, – она предприняла попытку встать с дивана, но тут же завалилась обратно: ноги ее плохо держали. – Что с ногами? Я не могу подняться.

– Лучше пока посиди, – Арк опустился на корточки, и их глаза оказались практически на одном уровне друг с другом: девчонка была совсем небольшого роста. – Попробуй что-нибудь вспомнить. Нам нужно знать, кто ты и каким образом попала в этом место.

Сделав вид, что это бесполезная затея, Лех махнул на них рукой и отошел к столу, где опять приступил листать журнал.

Проводив его взглядом, девушка стала думать. Минут пять она молчала, а Арк дожидался.

– Я не могу ничего вспомнить, – вынесла она вердикт. – Почему так? Будто с утра проснулась и все. Чистый лист. Так что рассказывайте сами, почему и как я тут оказалась. И что это за место? И кто вы такие?

– Мы работаем здесь, – повторил Арк, – занимаемся…

– Тринадцать по горизонтали! Водоворот в Норвегии, вызывавший неподдельный ужас у моряков. Первая буква «м», – неожиданно выкрикнул Лех. – Ну что, барышня, такое сможешь разгадать?

– Мальстрем, – дала она ответ, потратив на раздумья совсем немного времени.

– А вот это уже что-то, – Лех встал и подошел к Арку, показывая ему кроссворд.

– Подходит, – удивленно резюмировал тот и вопросительно глянул сначала на Леха, а потом на незнакомку.

– Значит, что-то она да помнит, – Лех свернул журнал в трубочку и тоже сел на корточки. – Писать и считать умеешь?

– Умею…

– Значит, не все так плохо, – он похлопал Арка по плечу, – по крайней мере, сможет за собой ухаживать и кое-что делать по хозяйству.

– Но мое имя…

– Волосы у тебя интересные, – не дал ей договорить Лех, – длинные и цвет… Как пшеница или лён какой-нибудь. Вот что, – он почесал свернутым журналом щеку. – Так и будем тебя звать: Лён.

Судя по виду, девушка столь сильно возмутилась, что даже растерялась.

– Тут у всех имена из трех букв что ли? – только и сообразила она с ответом.

– Это еще на самые плохие варианты, – Лех с заметным усилием выпрямился во весь рост. – Ладно, Арк, решай с ней вопросы сам. А у меня обход. Работа в первую очередь.

Он достал затертый портфель черной кожи, сунул под мышку и был таков.

– Почему Лён? – стоило ему уйти, сразу спросила девушка. – Я уверена, у меня есть нормальное имя.

– Я на твоем месте не стал бы с ним спорить, – посоветовал Арк (удивленный не только угаданным тринадцатым вопросом, но и тем, с какой легкостью и без пререканий Лех решил судьбу девушки) и присел на диван. – Ладно, давай заново. Попробуй хоть что-нибудь вспомнить.

– Не получается. Не помню, как попала сюда, – взялась перечислять она, – не знаю, как меня зовут и откуда я. В голове что-то такое вертится, но не могу за него ухватиться, ускользает.

– Но вопрос в кроссворде ты угадала верно.

– Потому что я не могу вспомнить о себе, но знаю про остальное, – с готовностью отвечала она, и становилось понятно, что в отсутствие Леха общаться ей было проще.

– Ладно, – отстал он. – Может, потом вспомнишь, я слышал, такое бывает. Амнезия…

– Я в курсе, что такое амнезия, – перебила она. – А теперь можно мне нормально объяснить, где я нахожусь?

– Конкретно сейчас ты в нашей, если можно так выразиться, комнате отдыха. Мы тут отдыхаем. Еще на этаже есть мастерские. У меня своя, у Леха своя. Занимаемся ремонтом техники. Лех, например, специализируется…

– Вы тут только вдвоем? – снова вклинилась она.

– Нет. Есть еще мастера, но они сейчас либо в командировках, либо в отпусках. Плюс начальство, административная часть. Но, – он развел ладони, – там все разъехались отдыхать, в том числе и директор. Осталась только бухгалтерия на третьем этаже.

– Так, – с живым интересом стала спрашивать она далее, – а кроме этих ваших мастерских, что тут еще есть? Как называется город?

– Тут промзона в основном. Совсем рядом комбинат, там цеха, производство, ТЭЦ. На западе жилая застройка, спальные районы. Со стороны севера пустыня. А на юге… – он призадумался, – там вдалеке отроги гор, но что перед ними, я не знаю, никогда туда не ходил.

– Какая еще пустыня? – не сразу дошло до нее сказанное.

– Обычная. Песок и камни.

– Обычная? – она с подозрением прищурилась. – Как этот город называется?

– Ло-е-чэн, – медленно выговорил он.

– Как? – нахмурилась его собеседница. – Это на китайском?

– Да.

– То есть, – девушка окинула взглядом помещение, – мы в Китае?

– И да, и нет, – учтиво улыбнулся Арк.

– А поподробнее?

– Когда-то давным-давно, – вздохнул он, явно не горя желанием рассказывать, – это все построили в качестве подарка советские рабочие. К какой-то там важной и памятной дате. В центре есть стела, там все подробно расписано.

Арк взял паузу, словно пытаясь что-то вспомнить.

– Но город возвели на отшибе, – продолжил он рядовым тоном, – и ехать сюда особо никто не захотел. А для местных оказалось привычнее жить по-старому и они тоже не стали переезжать. Поэтому город долго стоял пустым. Через много лет началась программа реновации. Вот правительство и стало набирать специалистов, чтобы они смогли привести все в порядок для…