Что ценнее: одна невинная жизнь или истина, которая спасёт тысячи?
Можно ли остаться человеком, если тебя заставляют быть судьёй, палачом и жертвой — в одном лице?
Он просыпается в абсолютной тьме. На шершавой каменной плите. Без имени. Без прошлого. С одним лишь холодом под спиной и животным страхом в груди.
А потом начинаются порталы.
Он становится мстителем с топором. Тем, кто делит последний шанс на жизнь. Существом, в котором голод борется с совестью.
Каждый мир — это жёсткая этическая ловушка. Каждый выбор калечит. И с каждым разом холод плиты сменяется неестественным теплом, а тьма вокруг становится чуть тоньше, прозрачнее… будто за ней кто-то наблюдает.
Это не тюрьма. Это — испытание.
Испытание, у которого нет цели, кроме самого процесса.
Испытание, которое закончится только тогда, когда ты перестанешь быть тем, кого можно ломать.
Когда поймёшь, что последний выбор — это не между жизнью и смертью.
А между тем, чтобы принять правила…
или нарушить самое главное из них.

Сто граммов боли…