Вчерашний тахион

Глава первая

"Тахион, – гипотетическая частица, движущаяся быстрее скорости света, в противоположность обычным частицам, называемым в теоретических работах тардионами, движущимися всегда медленнее света. Предположительно, если тахион всё-таки существует, именно он может помочь людям будущего обуздать путешествия во времени, о которых человечество мечтало ещё с незапамятных времён нашего далёкого прошлого".

(выдержка из ознакомительной статьи о теории тахионов для тематического раздела научно популярного журнала)

...

– Что за наивный юношеский подход! – буквально припечатала по столу глянцем журнальной обложки доктор Ария Зоуи.

Невольно прихлопнув в задумчивости зазевавшуюся там под лучами яркого, весеннего солнца, полусонную муху, она рассеянно посмотрела на часы, продолжая свою мысль, словно читая доклад на предстоящем научном симпозиуме:

– Тахион принадлежит своему времени, он живёт во времени, продолжаясь в последующих копиях таких же тахионов, как и он сам, но в других временных сегментах. Да что там скрывать! По сути, он и есть структурная составляющая ствола временного потока. Ещё бы он был для нас материален. Он всегда будет гипотетичен, потому что мы никогда не сможем увидеть его своими собственными глазами! И если уж на то пошло, живя внутри элементарной частицы временного потока, или, я бы даже сказала, являясь материальной частью этого самого тахиона, мы можем только гипотетически предполагать, каким огромным он может оказаться на самом деле. Но он не движется. Движется лишь энергия времени, которая всегда быстрее скорости света, ибо энергия света материальна и является частью временного сегмента. То есть, частью этого самого гипотетического тахиона. На чём моя идея, собственно говоря, и основана. Так что, благодарю за внимание, мои дорогие друзья и коллеги!

Сказав это, доктор Зоуи победоносно раскланялась внимающей её слову истины "гипотетической аудитории", и улыбнулась, вернув взгляд к минутной стрелке часов.

Та неумолимо приближалась к рубежу, когда в её лабораторию должен был прийти журналист, который и написал этот яркий теоретический опус в известном всем научном журнале столицы. И который доктор Зоуи только что разгромила, без труда разнеся его наивные предположения о материальных временных путешествиях в пух и прах.

И это произошло. Не успела она завершить свою отточенную и даже во многих местах до гениального блестящую мысль, когда минутная стрелка часов дошла до последнего деления, отграничивающего понятие "вовремя" от "совершенно поздно"... поэтому, давайте встретимся с вами, "например, никогда"... когда в дверь её лаборатории постучали, и через порог переступил молодой мужчина с аккуратно ухоженными усами, и несколько старомодными на вид очками словно в последний момент перед падением зависшими на кончике его по весеннему загорелого носа.

– Доктор Зои? – спросил он прямо с порога. – Точнее сказать, доктор Ария Зоуи? Это ведь вы?

– Именно так, – откликнулась доктор Зоуи привычной шуткой, сложившейся с незапамятных времён в её бесшабашенной молодости, и встав со своего кресла, вышла из-за стола навстречу молодому мужчине лет тридцати. – Именно "ария Зои", из никому, судя по всему, неведомой оперы, которую я, какой-то там научный сухарь двадцати пяти лет наверняка никогда не исполню. Проходите, молодой человек, погрязший в мечтах и околонаучных теориях.

– Остроумно, – вежливо улыбнулся мужчина, завораживающе пригладив кончиками пальцев свои слегка топорщащиеся усы. Что, в общем-то, понравилось Арии, да и всегда казалось ей в противоположном поле весьма мужественным и возбуждающим. – Кстати, я знал, что это вы, доктор Зоуи. Так сказать, профессия обязывает. Извините, конечно, за некоторую путаницу с вашей фамилией, но если честно, я вас сразу узнал. По одному только фото с симпозиума. Прекрасному фото, смею отметить, так что, у меня просто не было шанса вас с кем-нибудь перепутать теперь.

– Ну что ж, будем считать, что извинения приняты, – польщёно улыбнулась доктор Зоуи, заинтересованно посмотрев на своего раннего гостя. – А теперь, давайте, наконец, приступим к тому, для чего мы здесь, собственно говоря, и собрались. У меня мало времени, поэтому, давайте сразу же перейдем к сути дела. Кстати, как ваше имя, позвольте спросить?

Кивнув мужчине в сторону кресла, находящегося напротив её рабочего стола, она выжидающе приподняла одну бровь.

– Рауль... Рауль Кроули, – поспешно подсказал журналист, располагаясь под её внимательным взглядом в указанном кресле. Затем, помолчав, более рассудительным тоном добавил. – Думаю, наше интервью не займет много времени. В конце концов, я уже слышал, что вы находитесь на грани какого-то серьёзного научного открытия в теоретической физике, поэтому мне осталось всего лишь уточнить у вас кое-какие детали. В любом случае, я вас не особо отвлеку.

– Не сомневаюсь, именно так вы и сделаете, – согласилась доктор Зоуи, продолжая изучать, казалось бы, такие обычные усы журналиста. Затем, посмотрев в его искрящиеся неким внутренним светом глаза, благоразумно вернула себя в рамки идущей беседы. – Скажу даже проще. На данный момент, ни для кого не секрет тема моей работы. Тахион! Точнее сказать, "тахион, — такой, каким мы его себе не представляли"! Большинство моих рабочих статей, кстати, неоднократно издавались во многих научных журналах столицы, и при желании вы всегда можете узнать нужные вам детали из них.

Кроули что-то быстро записал в своём блокноте, положил его на стол поверх стопки недавно вышедших в свет научно-популярных журналов, и оторвавшись от записей, посмотрел на доктора Зоуи заинтересованным взглядом.

– Вы выглядите сегодня просто великолепно, – признался он, не сдержавшись. – Наверное, это из-за некоторого воодушевления которое явно читается в ваших глазах.

– Думаю, так и есть, – кивнула доктор Зоуи в знак согласия. – И этому действительно есть своё логическое объяснение. В конце концов, моя работа уже подходит к завершению и теперь я могу смело сказать, что через пару недель мне выпадет честь представить её для всеобщего ознакомления на ближайшем научном симпозиуме. Так что, как вы говорите, воодушевление определенно должно читаться в моих глазах. Или что-то в том же духе, как вы, журналисты, обычно любите выражаться для красного словца. Но давайте лучше вернёмся к делу, Рауль. Ведь вы наверняка заглянули ко мне не просто для того, чтобы непременно за мной поухаживать?

– Думаю, так и есть, – невольно повторил её слова Кроули, снова взявшись за блокнот. – А поэтому, извините, док. Однако поухаживать за вами я был бы не против. А раз так, давайте не будем закрывать этот вопрос на совсем.

– Допустим, не будем, – согласилась Ария, улыбнувшись. – Но так же, не будем пускать его вперёд всех оговоренных дел. Договорились, Рауль?

– Принято и одобрено, – удовлетворённо кивнул Кроули, и снова уткнувшись в свой блокнот, задал доктору Зоуи наводящий вопрос. – А теперь, расскажите мне в двух словах, на чём, собственно говоря, основана ваша работа. Но только попроще, чтобы я смог хотя бы в общих чертах обрисовать её нашим читателям более доступными для восприятия образами.

– Я постараюсь, – доктор Зоуи невольно коснулась выбившейся у виска из прически пряди волос, отметив при этом, что почему-то думает, как ни странно, о Кроули, а не о теоретической физике, одну из идей которой ей ещё только предстояло ему объяснить. Она смущённо улыбнулась, но тут же собрав свои скачущие мысли в единое целое, направила их на упорядочивание хаоса дебрей науки, а не на изучении так откровенно намекнувшего ей на свидание Кроули. – И начну, пожалуй, с того, – продолжила она, помолчав. – Что тахион, или говоря другими словами, та самая гипотетическая единица времени, которая по вашим предположениям и может помочь людям будущего овладеть путешествиями по разным мирам и эпохам... как кстати, принято считать во многих идеях теоретической физики... вовсе не крохотная элементарная частица, подобная атомам или окружающим их электронам. И даже не составляющая некоего вселенского вещества, которое как бы раздвинулось при рождении нашего мироздания. А именно единая часть, в которой наша вселенная и создала своё материальное существование. Или, проще говоря, наша вселенная и есть материальное содержание этого самого тахиона, ибо в реальности он вполне может оказаться размером с вселенную! Однако при этом, – подчеркнула доктор Зоуи, удовлетворённо посмотрев на завороженно внимающего её словам собеседника. – Каждый из тахионов является всего лишь крохотной частью, точнее сказать всего лишь одним из отдельных сегментов ствола временного потока, в котором он, а так же и мы с вами, понятное дело, и существуем. Вот так всё и обстоит в общих чертах в основе моей научной идеи, Рауль. Так что, сами судите, что из этого следует.

– Ну и дела, – только и смог вымолвить Кроули, посмотрев на доктора Зоуи непонимающим взглядом. – Никогда не задумывался о том, что тахион является единой частью нашего мироздания, или о том, что он может быть размером с вселенную. По правде сказать, мне даже представить сложно, что я нахожусь внутри какого-то там тахиона или, как вы его называете, временного сегмента. Впрочем, – добавил он, помолчав. – Наверное, как и цыплёнку сложно представить себя внутри ни разу не увиденного им прежде яйца.

Он выжидающе посмотрел на доктора Зоуи, и видя появившееся в её глазах изумление от литературной отточенности его профессионально подобранных слов, слегка поклонился ей в знак признательности.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.