Проблемы некроманта ведьму не волнуют!

Пролог

– Да чтоб тебя Кербер сожрал и не подавился!

Парень стоял по колено в тухлой воде и вполголоса ругался. Когда-то это место было озером, но сейчас скорее напоминало покрывшееся тонким слоем ряски болото. Было сыро, противно, и все чесалось. Мошки, чтоб их расплющило, и не нашлось ни одного некроманта в округе, желающего их воскресить!

Некромант-то как раз был. А вот желания воскрешать тех, кто заставлял его стыдливо оглядываться, чтоб почесать самые труднодоступные (для всех кроме этих назойливых мошек) места – не было.

Вообще, в этот день у него сразу все пошло не по плану.

Сначала он опоздал на работу. Да так глупо, что до сих пор не понимал, как с ним такое приключилось-то. Разлепив с утра глаза, он, злой и страшный некромант, гроза всех соседей, чуть не заорал. Сверху на него смотрела чудаковатая черная морда с большущими жёлтыми глазами и высунутым из пасти кончиком языка. Парень подорвался, путаясь в одеяле, вспоминая хоть что-то, кроме ругательств, и только отпрыгнув на пару шагов, обернулся.

Обычная черная кошка. Точнее, обычный уличный кот. Наглый, самоуверенный и сожравший оставленный с вечера на столе кусок вяленой колбасы. Никакого уважения к голодным некромантам! Так этот гад, кот то есть, умудрился еще залезть на полку прибитую над изголовьем кровати. Полка итак держалась только на проклятьях, которыми некромант регулярно ее покрывал, когда забывался и стукался об нее головой в темный предрассветный час. Ну не та у него профессия, чтоб возвращаться домой засветло, не та. И сейчас этот кошак, продолжая нагло облизываться, смотрел на полуголого парня с таким презрением, что в голову сама собой закрадывалась мысль – а вдруг его бывшая девушка все же была ведьмой и умела превращаться в животных? По крайней мере, смотрела она на него примерно также.

Скорее из чувства обиды, чем здравого смысла, некромант запустил в полку маленький смерч. Кота проучить. Но вышло… как вышло. Полка, конечно, рухнула. Кот, конечно, уцелел, ловко спрыгнул на кровать, потом перемахнул на стол и, одарив напоследок хозяина комнаты презрительным взглядом, не спеша вышел в окно.

Тут-то некромант и заметил, что на улице уже вовсю шла торговля, и пахло оттуда конским навозом и свежей (или не очень) рыбой. Не булочками! А это был повод в который раз за утро ругнуться. Ароматы с улицы были своеобразным будильником – если пахло выпечкой, значит утро и пора собираться на работу. А если лошадьми и рыбой, значит пора готовиться получить нагоняй от начальства за опоздание.

Ну и дальше все закрутилось как-то само собой. Пуговица отлетела, проезжавший мимо извозчик обдал его водой из единственной на всю улицу лужи, начальник, разумеется, собрал совещание прямо с утра, и на опоздавшего смотрели все – кто с укором, кто со злорадством. И, конечно же, выдали ему задание из самого конца списка.

Стандартный обряд, проводимый раз в десять лет. Забраться в самую глушь страны, влезть на гору, покрытую колючими кустарниками, найти обмелевшую реку и вновь спуститься, только теперь стараясь не упустить ее из виду. Выйти к болоту, к которому та река вела и простоять по колено в воде почти час, на радость комарам и мошкам.

На самом деле, задание было ответственным – проверить надежность границы миров. И плюсы в том, что находилась она так далеко от города тоже были – меньше шансов, что кто-то по глупости выпустит в этот мир какую-нибудь тварь. А их в нижнем мире хватало! Там один страж границы чего только стоил! Ладно хоть охранял он ее с той стороны – встретиться с ним не хотелось бы и в более удачный день.

Но разве начавшийся с опоздания день мог завершиться так, как того хотел некромант?

Вначале все шло стандартно. Ноги, правда, мерзли и сапоги медленно тонули в устилавшем дно иле. Но руны, зависшие в воздухе, постепенно наполнялись магией, заученные со студенческих времен заклинания эхом разносились по округе, а граница миров крепла.

Все шло по плану, пока особо надоедливая мошка, не проникшаяся важностью момента, не укусила парня за глаз. Да больно так и неожиданно, что слова вырвались сами.

– Да чтоб тебя Кербер сожрал и не подавился!

Парень зажал рот рукой, но было поздно. Заклинание было испорчено. Слова сказаны. В тот самый день, когда граница тоньше всего, а воздух напитан магией.

Мир дрогнул. Дурно пахнувшая вода вдруг засеребрилась. Посередине озера стал закручиваться водоворот, а в воде проявились красные всполохи. Некромант смотрел во все глаза – не пригрезилось ли? Но нет, не с его везением. Из отражения на него действительно скалил зубы огромный трехглавый пес, черный, словно впитал в себя всю тьму из людских душ. Он пригнулся, глухо зарычал, и даже от отдаленного звука кожа покрылась мурашками, стиснутые зубы скрипнули.

А потом Кербер прыгнул вперед, разбивая вдребезги границу миров.

Глава 1

Рыжая девушка бодрым шагом двигалась к домику на окраине, изредка останавливаясь, чтобы перебросить в другую руку большую, накрытую вышитой белой тканью корзину. Тяжелая, зараза! Но и оставлять не хотелось – слишком манил аромат свежей выпечки, а от запаха копченой колбаски рот наполнялся слюной.

Вообще, она не то чтобы торопилась и планировала еще заскочить в несколько лавок в городе – дел сегодня было немного, а дома никто не ждал. Вот только, как назло, встретилась ей одна из клиенток и утащила к себе в гости, а под шумок и новый заказ оставила. Честной ведьме уже и прогуляться спокойно нельзя!

Никак не жилось двум соседкам спокойно. Ведьме-то хорошо – то одна за зельем придет, то вторая. Все лишняя монетка или, как сегодня, корзинка домашней еды. Да только фантазии уже на них не хватало!

Начиналось все вполне прилично. Постучалась в дверь ведьминского дома Марфа, женщина в самом соку, как говорится – кровь с молоком. Ростом не ниже взрослого мужика, коса толщиной в руку да грудь такая, что перешибить можно ненароком. Даже ведьме стало неловко, когда она на ее порог взошла да недобро так из-под цветастой косынки взглянула.

Хотелось женщине немного – насолить соседке. А то ишь, корова у нее молока больше дает да капуста отрастила листву шире, чем задница у старостиного коня. Вот Марфа и пришла за помощью к новенькой ведьме, что только недавно поселилась в избе на окраине. Там и до нее ведьма жила, да сгинула уж несколько лет как.

Заказ у Марфы приняли. Пришлось быстро, чтоб глазастая женщина не усмотрела среди понаставленных коробок чего лишнего, выдать ей зелье для коровы да удобрения на сушеной крапиве. Будет у нее удой лучше, а капуста в рост попрет – соседка сама обзавидуется. А раз клиентка первой была, Марфе и скидку хорошую сделали – на удачу. Не вздорной бабе, а ведьме. Чтоб прижилась в этом городишке.

С тех пор и ходили соседки по очереди. Уж второй год пошел, как они все соревновались меж собой – у кого урожай больше, а у кого сено зеленее. Вот и ведьме перепадала с их конфликтов то монетка, а то корзинка. Женщины не скупились.

Так и сегодня оставила ей Марфа новый заказ да с пустыми руками не отпустила. Пришлось менять планы и идти домой, чтобы не гулять с тяжелой корзиной по городу. Город-то так, одно название. В центре большой рынок, пару рядов лавочек со всякой всячиной, несколько таверн и площадь с фонтаном. Дальше несколько улиц с домами знати – загородные имения аристократов да дома зажиточных купцов. Потом потихоньку расползались в стороны домики победнее, что уже скорее напоминало большую деревню – с небольшими огородами и кучей хозяйственных построек.

Дорога к дому ведьмы была всего лишь извилистой тропинкой. Город уже кончился, так, виднелись еще вдалеке крыши домов. Теперь оставалось пройти редкий березняк и ручей с наскоро сколоченным мостиком.

В том редком лесочке ведьма и остановилась. Рука уже начинала ныть от увесистой ноши, да и не перед кем было больше держать лицо – можно сделать то, о чем мечталось уже почти полчаса. Девушка выбрала ближайшую полянку, уселась на поваленное недавним ураганом дерево и сняла с корзины тонкую ткань.

В нос ударил аромат чеснока, смешавшийся с запахом сдобных булочек. Плевать, что они с сушеными ягодами – рука ловко выцепила из корзинки первую же сдобу да круг колбасы. Как же вкусно! Ведьма чуть не мурчала от удовольствия, зарываясь зубами в мягкое воздушное тесто. Если бы кто из ее однокурсниц узнал, что она работает буквально за еду – не поверил бы. А ей было плевать. За такой вкусный обед она готова была сделать хоть полный котел так не любимых ею приворотных зельев. Главное, чтобы об этом не прознали в городе. А настоящая ведьма может себе позволить маленькую слабость.

Когда круг колбасы уже превратился скорее в полумесяц, а рука тянулась ко второй булочке, прямо за спиной девушки раздался тихий звук. Рука замерла, так и не забравшись в корзину. Показалось? Или кто-то действительно сумел неслышно к ней побороться? Но звук повторился. Кто-то скулил. Робко, просительно.

Обернувшись, ведьма столкнулась с немигающим взглядом желтых, почти скрытых за черным зрачком, глаз.

– Опа, а ты чья?

Собака. Размером чуть меньше самой девушки и черная, словно безлунная ночь. В длинной шерсти местами запутался репейник, а из приоткрытой пасти капала слюна. Но после вырвавшихся слов пасть захлопнулась, клацнув зубами, а зверь недовольно фыркнул и укоризненно склонил голову набок.

– Упс, прошу понять и простить, – девушка откинула за спину копну рыжих волос, что мешали рассмотреть гостя, и улыбнулась, – но вопрос тот же – ты чей?

Пес, разумеется, не ответил. Он повел носом и потянулся вперёд.

– Ну конечно! Какие ты ответы хочешь получить, бестолковая ведьма, когда тут дело пахнет колбасой, – девушка сделала вид, что задумалась, а сама отвела руку с заветным лакомством подальше. Пес вновь заскулил и потянулся за рукой, почти положив морду с мокрой, обслюнявненной пастью на плечо девушке. – Эй, фу! Ты мокрый и противный!

Пес ткнулся черным шершавым носом ей в щеку, а потом, прямо с места, перемахнул через сидящую на поваленном дереве ведьму и уселся перед ней.

– Ничего себе ты здоровый! – она даже растерялась, когда поняла, что пес достает ей почти до плеча. В ответ раздалось нетерпеливое поскуливание. – Никакого уважения! Дожилась, итак работаю за еду, а еще и каждый первый встречный так и норовит обокрасть. Узнаю, кто твой хозяин – стребую вдвойне! На!

Она отломила небольшой кусок колбасы и кинула псу. Тот поймал еду на лету, только зубы звонко клацнули, и вновь уставился не ведьму своими жёлтыми глазами.

– Да ты проглот какой-то! Мне, может, этого на несколько дней хватило бы!

Пришлось делить оставшееся пополам, а в свою часть вгрызаться зубами, чтобы у попрошайки не оставалось повода клянчить и дальше. Нет колбасы – нет проблем. Пес же, поняв, что его обхитрили и делиться дальше не собираются, облизнулся и улегся прямо на носок ведьминской туфельки. Тяжелый, зараза! И горячий, что жарким летним днем никак не радовало.

Аппетит пропал. Она так надеялась спокойно перекусить! А тут вот, нате пожалуйста, непрошенный гость. Девушка еще раз обреченно взглянула в корзину, накрыла ее тканью и встала. Пес даже не шелохнулся. Пришлось пошевелить ногой, чтобы эта здоровенная туша соизволила слезть с ноги.

– Ну все, считай пообедали. Хороший пес, экономный. Повезло твоему хозяину, что ешь ты не дома.

Ведьмочка взяла полегчавшую корзинку и двинулась к домой. Доски старого мостика скрипнули, когда она переходила ручей, а дальше начиналась ее территория. Место, где ведьма была в своем праве, хоть это и выражалось в основном в том, что только она собирала растущие в изобилии травы и цветы, а посторонние не заглядывали ей в огород.

Настроение после перекуса определённо улучшилось. Хотелось радоваться теплому солнышку, тому, что дома ждала банка с ароматной земляникой, а вечером вполне можно было сбежать на речку и искупаться. Неподалеку, за зарослями ивы и в стороне от основного пляжа, притаился маленький клочок песчаной отмели. А вода к вечеру была как парное молоко – одно удовольствие окунуться в тёплую обволакивающую…

Апчхи! Раздалось где-то позади нее.

Девушка от неожиданности чуть не выронила корзину и обернулась. Пес. Тот самый, черный и бестолковый, стоял метрах в десяти от нее и… нюхал шиповник. Большой куст дикой розы разросся и грозил заполонить собой все пространство, но очень уж нравился ведьме чай с багровыми, терпкими ягодами. И сейчас этот гад, а по другому не назовёшь, еще раз чихнув, ухватился зубами за ближайшую ветку и стал тянуть. Розовые лепестки плавно полетели на землю.

– Эй! Не порти мне куст!

Девушка оглянулась. Дом уже был рядом, рукой подать до калитки, но за это время несносный пес уже поломал бы половину куста. Поэтому она наклонилась, быстро сняла туфельку и, размахнувшись, кинула в собаку. Промазала, туфля перелетела через лохматую голову и приземлилась где-то в траве позади нее.

В ход пошла вторая туфелька. Эта попала аккурат по черному блестящему заду, отчего пес удивленно выпустил из пасти ветку шиповника и издал странный, почти человеческий звук, похожий на тяжелый вздох.

– Так тебе и надо! Плохая собака!

Девушка подбоченилась и, закатав рукава, пошла в сторону пса.

…

Некромант был очень недоволен жизнью.

Последние несколько дней все шло как зря. Мало того, что неудачи, преследовавшие его с того памятного момента, как черный кот сломал его полку (кот, конечно, во всем был виноват именно он) никак не отступали, так ещё и проваленное задание больно ударило по его репутации.

Умудриться испортить один из самых простых ритуалов! Там не было ни упырей, ни призраков, да даже людей не было! И кому, разумеется, поручили все исправить? Пришлось ехать в ту деревню, что по недоразумению называли городом, и слушать. Не мог Кербер остаться незамеченным. Да вот засада – во-первых, некромантов не любили, пришлось воспользоваться сменой личности, а во-вторых, про пса из нижнего мира никто и словом не обмолвился. Словно и не рвалась граница миров, а трехГЛАВАя тварь не выбиралась в этот мир.

Единственная надежда оставалась на местную ведьму. Надеяться на ее помощь не приходилось (ну не любили они друг друга и, между прочим, взаимно), но выбора не оставалось. У него было всего две недели, чтобы вернуть стража на место, а три дня из них уже были потеряны.

Дом ведьмы встретил некроманта запертой дверью и запахом горелого. Он уж было забеспокоился, что она там перемудрила со своими травами и сейчас горит заживо, воняя на всю улицу. Даже в окно заглянул, но ни самой старухи, ни следов пожара не нашлось. Так, гора грязной посуды, да толстенная книга с вываливающимися листами на столе. Любопытство перевесило, парень даже попытался залезть на подоконник и заглянуть в ведьминский гримуар, но не успел.

Со стороны города послышались шаги. А через несколько минут, когда некромант почувствовал, что под его брюками кто-то ползает и обнаружив под штаниной муравьев и резко подскочил, он увидел на дороге девушку.

Вьющая рыжая копна волос развивалась, лезла ей в глаза и всячески мешала, пока незнакомка кружилась на месте. Но с его наблюдательного поста было не понятно, зачем?

В душе мага боролись благоразумие – ну не ходят приличные девицы к ведьмам! И выученное с детства правило – девушкам надо помогать. Даже если они тоже не заслуживают… то есть, не просят. Но разве некроманты бывают благоразумными?

– Что у вас случилось?

Парень выбрался из зарослей смородины, где притаился услышав шаги. Он зацепился за курс брючиной, а потому пропустил момент, как черная огромная собака, заметив его, выпустила из пасти свою добычу. И в этот же момент девушка, которая со всей силы эту добычу пыталась вытащить, тоже разжала пальцы. Но, по инерции, еще и развернулась.

Так что в ту же секунду, как некромант выровнялся, почти смирившись с дырой в штанине, ему в лицо прилетела черная туфелька.

Глава 2

Сначала ведьма растерялась.

Несносная псина подняла ее обувь и наотрез отказывалась отдавать. Не хотелось и думать, как она выглядела, пока они с этим проглотом перетягивали ее, дорогие между прочим, туфли. А тут из кустов выскочил какой-то мужик, которому и прилетело той туфлей. Девушка от неожиданности переглянулась с псом, надеясь, что тот примет удар на себя. Но куда там! Он поступил по-мужски – попятился и, прихватив из брошенной на дороге корзинки плюшку, скрылся за кустом растерзанного шиповника, оставив ведьму самe объясняться с пострадавшим.

И только потом девушка сообразила, что мужик вылез из смородины. Ее смородины! Она даже урожай еще не собирала, дожидаясь, пока ягоды окончательно утратят зеленоватый оттенок и нальются сладким терпким соком.

– Ты сломал кусты! – она откинула волосы за спину, и подбоченилась.

– А ты заехала мне тапком в лицо! – парень, оказавшийся не намного старше нее, с черными волосами до плеч и в черной рубашке с закатанными рукавами, потирал лоб. На бледной коже проглядывала наливающаяся кровью ссадина. Хорошие были туфли, не обманул купец!

– Если залезать в сад к ведьме, можно и не только по лбу получить!

– Да нету там никого, я проверил. Старая карга где-то шляется. Твоя собака? Или ведьмы? – Наглец, пользуясь тем, что у девушки пропал дар речи, тоже подошёл к брошенной корзине и, не церемонясь, вытащил, булочку. – Она что, за еду работает? Хотя, – он откусил приличный кусок и только что глаза не прикрыл от удовольствия, – вкушно!

Это стало последней каплей. Сначала ее обокрал пес, потом этот незнакомый гад обозвал старой каргой и, вдобавок, тоже покусился на ее обед! Для одного дня это уже слишком. Рука сама собой опустилась в карман и нащупала завалявшиеся там семена плюща, пальцы поймали несколько семечек и вытащили наружу. Слова полились, наполняясь магией.

– Как растение тянет силу, как мать-земля делится своей жизнью… – девушка не отрываясь смотрела на замершего мужчину, – так и ты поделись со мной удачей! Пусть твое везение станет моим!

С последними словами она бросила за спину семена, не сомневаясь, что они прорастут.

– Эй! Ты што твориф?

– Ничего. Взяла плату за украденную еду, – ведьмочка фыркнула, вновь перекинула выбившиеся волосы за спину и, подхватив изрядно опустевшую корзину, пошла к дому.

– Стой! Так ведьма – это ты что ли? – мужчина всё-таки прожевал, и смог, наконец, говорить нормально. Он рванулся за девушкой, стараясь не отставать. – Слушай, извини! Я ж не знал!

– Вот именно! – она бросила слова через плечо, не останавливаясь. – Оскорбил ведьму, даже не потрудившись хоть что-то узнать про нее! Поделом тебе.

– Да погоди ты! Я по делу, вообще-то.

Дверь подалась, признав хозяйку и с тихим скрипом приоткрылась. Девушка перекинула корзину в другую руку и ступила на порог. В нос ударил запах паленого, но ведьма даже не подала виду.

– Придешь, когда научишься разговаривать. Капля уважения не помешает даже некроманту.

Парень хотел проскочить вслед за хозяйкой дома, но предусмотрительная дверь с неожиданной для нее скоростью, захлопнулась. Жаль, с той стороны не раздалось крика боли – придется провести с домом воспитательную беседу, чтоб не жалел непрошенных гостей. Совсем распоясался.

Девушка замерла, прислонившись спиной к тёплой деревянной стене и прислушиваясь. Сначала было слышно, как мужчина топтался на пороге, не решаясь постучать. И лишь через пару минут послышались удаляющиеся шаги.

О том, что непрошенный гость – некромант, ведьма догадалась почти сразу. Трудно было не заметить расползавшееся вокруг него темное пятно магии. Стало даже интересно, что же привело его в такую глушь и, уж тем более, заставило добровольно прийти к ней.– Растешь, Эль! – ведьма, наконец, поставила корзину на стол, для чего пришлось переложить на подоконник огромную книгу. Заодно, взгляд скользнул на улицу – мужчина действительно уходил в сторону города. – Магов проклинать еще не приходилось.

Ведьмы и некроманты друг друга недолюбливали. Одни любили жизнь, чувствовали природу и могли использовать дары этого мира на свое усмотрение. А вот вторые предпочитали смерть и всех, кто был хоть как-то с ней связан. Призраки, неупокоенные, прорвавшиеся сквозь границы миров твари – общение со всеми этими существами ничуть не добавляло и без того заносчивым магам очарования. Да и кто бы отличался приятным характером, если бы приходилось работать только ночами и с такими клиентами, что воняли тухлятиной, теряли конечности или душераздирающе выли?

Эль, она же – Элис, она же – Элианис ди Рокко, уселась на стул, подогнув одну ногу и не обращая внимания на задравшееся платье, задумчиво смотрела в окно. Силуэт мужчины уже пропал из виду, а вот мысли о нем не шли из головы. В этом городишке отродясь не было некромантов. Ну нечего им тут делать! Кладбище было спокойным, дурными заклинаниями никто не баловался, а чужаки не задерживались. И все же вот он, маг, стараниями одной голодной ведьмы – со свежим синяком и проклятьем, но от этого ничуть не менее опасный.

Кажется, зря она списала это на приближавшуюся непогоду и достававшего ее уже несколько месяцев крота.Нехорошее предчувствие прокатилось по телу холодной волной. Некстати вспомнилось, что несколько ночей назад она почувствовала волнение магии. Деревья шептались, ветер завывал особенно пронзительно, а с утра она заметила несколько засохших цветков солнечника, хотя никаких морозов в помине не было.

…

– Эй, Кас! – стук в дверь заставил мужчину отвлечься, и кувшин, из которого он умывался, чуть не выскользнул из рук. Он заранее стиснул зубы, чтобы не выругаться, когда тот упадёт и заляпает все его брюки брызгами воды, но… ручка кувшина была с небольшим сколом, и он удержался в руке. – Хорош красоту наводить! Тебя заждались уже.

Вот теперь некромант, он же Кассиан Ромбрейн, он же Кас – но только для друзей, а потому это обращение из уст малознакомых людей вызывало только волну раздражения, вот теперь он выругался.

Но у того, что он испортил то заклинание, был еще один существенный недостаток. О входе в мир мёртвых некроманты не распространялись, никто в этом городе и не догадывался, в каком опасном месте они живут, и что маги регулярно защищают их спокойствие. А его промах не должен был повлиять на порядок вещей.

– Уже иду!

Мужчина взглянул на себя в зеркало и поправил костюм. В общем-то, одежда не так сильно отличалась от привычной – та же черная рубашка, только рукава непринуждённо закатаны до локтя, а цепочка с амулетом не спрятана за наглухо застегнутыми пуговицами, а тускло поблескивала в расстёгнутом вороте.

Чтобы скрыть от местных истинную причину появления мага в городе, невезучему некроманту выдали легенду. Повод, чтобы он мог задержаться на пару недель и не вызвать подозрений.Все портил стоявший за спиной и ожидавший своего часа тару – музыкальный инструмент с пятью струнами и вырезанными вручную рунами. Кассиан вздохнул. Он ничуть не гордился своим умением, которое начальство решило обратить против него, но, до этого момента, оно еще никогда не вызывало в нем такого отторжения.

Если бы все это приключилось не по его вине, он бы ни за что не согласился! Но… пусть не намеренно, но он выпустил стража границы. И теперь должен его вернуть, даже если придется поступиться собственной гордостью.

С первого этажа послышался шум, и мужчина, прихватив инструмент, решительно шагнул за дверь. Не стоило заставлять толпу ждать выступления. В конце концов, можно было представить, что он просто играет роль, чтобы спасти мир.

Играет роль барда.

Весь день Элис крутилась, как лопасти ветряной мельницы. Она собрала и рассортировала травы, приготовила несколько пузырьков зелья от ожогов и отдраила закоптившийся котел. Вроде все это было мелочью, но к вечеру ноги гудели, а желание готовить ужин даже случайно не промелькнуло в голове одной рыжей ведьмы.…

Но, отворив заветную дверь, девушка недоуменно остановилась на пороге. Она забыла про какой-то праздник? Или почему тогда в зале все столы были заняты, причем преимущественно девушками. Впрочем, ведьма не зря зарабатывала свою репутацию. Заметив ее, одна из работниц шустро освободила один из столиков, пересадив сидевших там подруг на общую лавку.Можно было съесть и остатки булочек из пресловутой корзинки, но при взгляде на них в мыслях всплывали одна наглая черная морда и один не менее наглый черноволосый мужчина, который забыл проявить уважение. Так успокаивала себя девушка, пока приближалась к таверне и исходила слюной от ароматов. Какое там готовили жаркое!

Когда девушке принесли заказ – горшочек жаркого, свежие хрустящие огурчики и стакан разбавленного домашнего вина -она поймала за рукав не успевшую слинять подавальщицу.Стол был на две персоны и стоял у самой стены, недалеко от сцены. Многие поглядывали на свободное место, но подсесть к ведьме никто не рисковал.