Три жизни

Глава 1

КаЭр не спеша пролетала над очередным полем, засеянным пшеницей. Ей совершенно не хотелось сегодня помогать своему подопечному. Да и, по ее мнению, помощь ему особо не требовалась. Особенно от Сороки.

Подопечный КаЭр был большим везунчиком. Родился в богатой семье, рос в изобилии, ни в чем не нуждался, женился на первой красавице села и в скором времени должен был стать главой деревни. Всего этого он добился без подсказок Сороки. КаЭр иногда казалось, что она и вовсе не нужна в его жизни. Но по каким-то неведомым причинам ее направили именно к нему.

Задача Сорок в человеческом мире простая — помогать своему подопечному стать счастливым, успешным и состоятельным. Конечно, с тех пор, как КаЭр стала присматривать за своим счастливчиком, он немного приумножил авторитет и богатства. Но она всегда задумывалась: а действительно ли это произошло благодаря ей? Или он бы добился всего и без ее помощи? Может ее направили к нему по ошибке? В конце концов, у подопечного и так было много прекрасных советчиков. КаЭр же вложила в него не так уж много сил: то тут чуть подсказала, то там чуть направила. Не напрямую, конечно. Сорокам нельзя открыто вмешиваться в жизнь смертных. Но ее подопечный был достаточно наблюдательным, чтобы заметить все подсказки и знаки. Собственно, как и от других советчиков.

– Дед Юрка, погоди! Обожди меня!

КаЭр взглянула вниз. По полю бежала маленькая девочка, подгоняя перед собой старенькую корову. КаЭр поймала поток ветра и слегка развернулась, чтобы лучше рассмотреть небольшую фигурку. Девочка то и дело спотыкалась. На коленках уже и места живого не осталось — все в ссадинах, но она упорно продолжала кому-то кричать, поторапливая скотину. «Видимо, не успела отправить свою кормилицу на рассвете с пастухом», — подумалось Сороке.

Еще немного развернувшись, КаЭр увидела вдали деда на лошади, который медленно вел стадо к озеру. «Далековато, чтобы маленькая девочка смогла их нагнать. Потом еще и обратно бедняжке возвращаться… Может, сегодня мой подопечный справится и без меня? Здесь я понужнее буду» — размышляла Сорока.

Мысль о том, что КаЭр может в этот раз помочь кому-то другому, кто действительно нуждается в ее поддержке, разожгла в ней радость, волнение и... страх. Наставницы не раз говорили, что помощь кому-либо другому, кроме своего подопечного, может привести к беспорядку. Но кто узнает, если она лишь разочек окажет услугу маленькой девочке?

Наставницы всегда ругали ее за слишком большое участие в жизни людей. КаЭр была из тех, кто всегда мечтал оказаться в человеческом мире. Она восхищалась людьми: какими они стали, как и чем живут, как много в них жизни, силы воли, любви друг к другу и верности. Больше таких интересных созданий она нигде не встречала. Именно поэтому КаЭр сильно обрадовалась, когда в день назначения ей досталась роль помощницы Сороки.

Она знала, что эти птицы для людей имеют большое значение. Каждый человек верил и надеялся, что когда-нибудь ему в окно постучит черно-белая пернатая, и обязательно на своих крыльях принесет удачу и изобилие. Их ждали, в них верили, им поклонялись. КаЭр знала сотни историй, когда Сорока и человек, находясь в союзе, творили историю мира, меняли его к лучшему, создавали новое.

Со своим опекаемым она не испытывала такого вдохновения и возбуждения. При взаимодействии с ним все словно было неправильно, сухо, неинтересно. Она чувствовала себя лишней и ненужной. КаЭр искренне не понимала, как помогать тому, кто родился с золотой ложкой во рту. Она задавалась этим вопросом уже много лет, с тех пор как попрощалась со своим первым подопечным.

Когда КаЭр только назначили, она еще долгое время не отправлялась в мир людей. Ей никак не могли подобрать человека для назначения, чтобы все ее навыки и умения можно было использовать в полную силу. Каждый раз КаЭр с волнением, верой и надеждой приходила с другими Сороками, чтобы обрести свою первую жизнь, но с разочарованием возвращалась обратно. Но однажды ей все-таки повезло…

Первый подопечный КаЭр был таким же счастливчиком, как и второй. Он родился не один, а с братом, так похожим на него лицом. Одинаковая внешность — единственное, что объединяло их. В остальном, каждый из них шел своей дорогой. В семье подопечного перворожденному уделялось намного больше внимания, любви и ласки, чем второму. Один рос в роскоши, познавая разные науки и ремесла, а другой словно был никем в собственном доме. КаЭр часто наблюдала за младшим братом, испытывая жалость и негодование. Первый и так получит все, так почему ее не приставили ко второму? На эти вопросы ей так никто и не ответил. В итоге, первый брат добился небывалых высот и стал довольно известным ученым мужем при жизни, второй же сгинул, так и оставшись невидимкой.

КаЭр часто думала: а что, если бы тому, младшему, досталось хоть немного тепла? Он ведь тоже был смышленым — она сама не раз замечала, как ловко он находил выход из положений, в которые его ставила жизнь. Он тоже мог бы добиться многого, стать кем-то значимым, чем оставаться в тени собственного брата. Но Сорока была не у него.

По возвращении из мира людей у КаЭр появилось множество вопросов к наставницам: как происходит выбор Сорок и подопечного, почему одни вынуждены проживать свою лучшую жизнь под крылом черно-белой пернатой, а другие — бороться всеми силами за свое счастье и удачу. Они лишь качали головами и говорили: «Так должно быть, однажды ты поймешь».

Маленькая девочка продолжала бежать, пытаясь догнать пастуха. Расстояние между ними никак не сокращалось. Сорока стала медленно опускаться. Она приметила одну отставшую от остальных корову. КаЭр спланировала к ее морде и стала сильно размахивать крыльями перед глазами. Корова, испугавшись неожиданного появления птицы, немного повернула, но затем снова упорно стала догонять своих подруг. Сорока не сдавалась. В этот раз корова остановилась, и, казалось, вовсе потеряла интерес к стаду, переключившись на сочную траву.

— Очень хорошо, теперь к пастуху, — сказала КаЭр самой себе и полетела в сторону пастуха.

Тот не спеша брел за коровами, слегка покусывая травинку и напевая себе под нос. Вдруг перед его глазами промелькнуло что-то черно-белое. Сначала он не придал этому значения. Но птица настойчиво продолжала летать рядом, как будто нарочно пытаясь привлечь его внимание. Неужели Сорока? Дед выпрямился в седле. В детстве его бабка часто сказывала, что если Сорока рядом кружит, то нельзя отмахиваться. Эти птицы всегда на хвосте приносят что-то доброе. Он и стал наблюдать за Сорокой. Она все мелькала и мелькала перед его глазами, а потом резко скрылась, уходя в сторону и открывая взгляду дальний край поля. Тогда он и увидел отставшую корову, мирно поедающую траву.

— О, как… — выдохнул дед. — Ну спасибо тебе, пернатая. А то потом не нашлась бы скотина, — улыбнувшись, пастух ускорился и направился к отстающей.

КаЭр удовлетворенно кивнула, приземлилась недалеко от пастуха на дерево и стала наблюдать.

— Дед Юр! Дед Юрка! — все громче и громче стали слышны крики девочки. Она наконец-то смогла догнать пастуха.

— О, Софочка, ты чегой-то тут? — дед сильно удивился, увидев уставшую, запыхавшуюся односельчанку с разодранными коленками.

— Да проспала! Маруську вот привела. Только вы теть Наде моей не говорите, пожалуйста, что я снова… — Софочка замялась.

— Да не переживай, малая. Давай, беги обратно, а я твою Маруську сейчас пристрою, с этой опаздуньей, — дед Юрка улыбнулся, закинул новую травинку в рот и кивнул на двух коров.

Софочка облегченно выдохнула. Тетя Надя бы ей спуску не дала, если бы узнала, что корова снова не паслась. В прошлый раз она крепко получила, что проспала и не подоила Маруську вовремя. Хорошо, что сегодня не так поздно встала. Да и дед Юрка не так далеко ушел — смогла нагнать.

Девочка медленно побрела в сторону села, переводя дыхание. А в это время за ней наблюдала довольная Сорока. КаЭр и сама не заметила, как в груди разлилось тепло — чужое, неправильное, запретное. Но от этого еще более сладкое.

Глава 2

Подопечный КаЭр, как всегда, был весел. Прошел слух, что по селам разъезжает один вельможа и ищет место, где проложить железную дорогу. Их село подходило как нельзя лучше: отличное расположение, ровный ландшафт, устойчивый грунт. Но никто не знал, где сейчас этот вельможа, и подопечный разослал своих помощников по близлежащим деревням, чтобы те хоть что-то разведали. Подопечный понимал: чем быстрее перехватит вельможу и представит свое село, тем больше шансов заполучить железную дорогу. Прошло несколько дней, но никакой информации не было. Он не знал, что теперь делать.

Как и всем Сорокам, КаЭр было известно куда больше, чем людям. Она знала, где сейчас вельможа, и знала, с кем он уже ведет переговоры. Хитрый глава соседнего села никак не отпускал его изучать другие земли: то баня, то застолье, то охота. Перед КаЭр стояла непростая задача — направить своего подопечного в соседнее село для перехвата вельможи. Как это сделать, она пока не знала, но знала, что случай обязательно представится. Так и случилось.

Однажды жена подопечного развесила белье после стирки, и план у КаЭр возник сам собой. Она подговорила местных птиц, и те весь день кружили над чистыми вещами. Конечно, когда жена вернулась снимать белье, то не узнала его. Пернатые хорошо постарались, никто бы и подумать не мог, что ранее ткань была кристально-белой. Отстирать такие старания было уже невозможно.

— Муж! Поехали в соседнее село? Птицы, твари такие, все вещи нам загадили. Надо бы новое купить, а только там хорошие пряхи! — чуть ли не в слезах прокричала жена подопечному Сороки по возвращении домой.

Что делать, поехали в соседнюю деревню. Жену-то надо уважить. На протяжении всей их поездки Сорока держалась недалеко. Она гордилась проделанной работой и в очередной раз восхищалась наивностью и простотой человеческого ума. Для человека жизнь полна случайностей, однако для человека, за которым присматривает Сорока, — это жизнь, где случайности не совсем случайны.

Пока его благоверная закупала новые ткани, подопечный решил заглянуть к местному главе: пообщаться, поделиться новостями, разузнать, что нового у других, может, и опыт какой перенять. И каково же было его удивление, когда он увидел там вельможу, про которого все слыхивали, но почти никто не видывал.

«Ну давай, счастливчик, не подкачай», — подумала КаЭр, наблюдая за происходящим с ветки дерева за окном.

Ее подопечный, как всегда, был хорош. Выцепил вельможу из лап главы деревни и чуть ли не силой повез показывать свои края. Ах, как он складно расписывал свои владения! Вельможе дюже понравились местные земли, и он решил остаться на несколько дней. Подопечный обрадовался: теперь он точно сможет уговорить проложить железную дорогу через свое село, а это почет не только ему, как новому главе их деревни, но и небывалые возможности для каждого жителя.

Так КаЭр в очередной раз помогла не помогая своему счастливчику. Подопечный получит свою дорогу, село разбогатеет, а она снова останется с чувством, что ее присутствие здесь — случайность. Или ошибка...

Глава 3

Софочка не выходила у КаЭр из головы. Она постоянно вспоминала эту маленькую девочку, и сама не заметила, как стала частым гостем во дворе ее дома.

Девочка жила бедно и худо со своей теткой. Родителей не было, а родственница была не такой уж доброй и ласковой: заставляла ее то полы мыть, то печь чистить, то за домашней скотиной смотреть. В общем, крутилась малышка весь день. И всё, по словам ее тетки, она делала не так и не то.

Но, на удивление КаЭр, Софочка почти никогда не давала себе слабину. Выполняла все поручения тетки старательно, хотя и не всегда правильно или удачно.

Сорока все чаще замечала за собой, что начинает испытывать к девочке не просто жалость, а щемящее чувство тревоги и беспокойства. Ей очень хотелось снова помочь бедняжке, но запрет наставниц связывал ее. И все же каждый день, после того как проведает подопечного, она летела во двор к Софочке и наблюдала за ее жизнью.

И тот день не был исключением. КаЭр сидела на заборе и наблюдала, как Софочка доит корову.

— Почему ты все время сюда прилетаешь? — спросила, не отвлекаясь от дела, девочка.

КаЭр оглянулась по сторонам, но никого не заметила. Неужели этот вопрос был адресован ей?

— Сорока-белобока, что же тебе так нравится в нашем дворе? — Софочка оставила вымя в покое, вытерла рукавом пот со лба и взглянула на Сороку.

КаЭр чуть было не свалилась с забора от удивления. Люди никогда не пытались с ней заговорить. Сорока попрыгала на месте и подлетела чуть ближе, приземлившись на спину коровы.

— Вот это да! Умная какая… и красивая. Я таких Сорок еще не видывала, ты, наверное, какая-то особенная, — девочка стала с любопытством разглядывать КаЭр. — Так чем же тебе мой двор приглянулся? Я давно заметила, что ты к нам летаешь.

Сорока замерла. Она не знала, что ей делать. Входит ли общение с другими людьми в запрет наставниц? Запрет на помощь — да, но общение? Да и общением это сложно было бы назвать: ведь говорила только Софочка, КаЭр говорить не могла. Но девочка словно ждала ответа. Смотрела, не отрываясь, будто и правда верила, что птица ее поймет.

КаЭр взмахнула крыльями, приземлилась девочке на голову — легко, почти невесомо, задержалась на мгновение и снова вернулась на спину коровы.

— Я? Тебе понравилась я?

КаЭр громко застрекотала и несколько раз кивнула. Софочка улыбнулась и снова принялась доить корову.

— Интересно, чем же я тебе приглянулась? Ведь во мне ничего необычного… — девочка замерла, как бы думая, продолжать ей или нет, и снова заговорила чуть тише. — Родители умерли, мне и года не было. Тетя Надя про них мало рассказывала, я толком и не знаю, какими они были. Тетя говорит, что если бы любили меня по-настоящему, то не ринулись бы вдвоем под землю…

Девочка встряхнула руками, скидывая накопившуюся усталость, и продолжила монотонно доить корову, рассказывая о себе и своей семье.

— На нашем кладбище их нет. Я искала. Хотела сходить, помянуть. Тетя Надя не говорит, где они похоронены. Не знаю почему. Как думаешь, приятно говорить «мама» и «папа»?

КаЭр не знала. У нее не было таких родителей, какие бывают у людей. Но она помнила из своих многочисленных наблюдений за человеческим миром, какой силой обладают мать и отец для своего дитя. Поэтому КаЭр несколько раз кивнула, глядя прямо в глаза девочке.

— Я тоже так думаю. Тетя Надя говорит, что их больше нет, сгинули навсегда, оставили меня одну, повесели ей на шею. А мне кажется, она не права. Я иногда словно чувствую, что они рядом, что присматривают за мной, помогают чем могут. Недавно вот Маруську в стадо помогли вернуть, — девочка закончила доить корову и ласково погладила ее по спине, нежно улыбаясь. — Может, они и тебя прислали? — с лукавой улыбкой обратилась Софочка к КаЭр.

Сорока притихла. Ей стало не по себе от этих слов. Никто ее не присылал. КаЭр не должна находиться здесь по всем законам своего мира. Но как все бросить и улететь, после того, что сказала Софочка?

Ей было очень жаль девочку. Такая маленькая, и такая сильная, но несправедливо обделенная любовью своих родителей и тети. Софочка так безмерно верила в их помощь и поддержку, что КаЭр больше не могла сопротивляться своему желанию. «Я помогу, — решила она. — Я сделаю ее жизнь хотя бы самую малость лучше. Она не может сейчас лишиться родительской заботы, только не так, не после ее слов. А запрет... может, иногда можно?»

Глава 4

С тех пор как Софочка и КаЭр подружились,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.