СЕРДЦЕ САЛВАГОРА: ЦЕНА ИСТИННОЙ ПАРЫ

Пролог

В тронномзале было оживлённо: все с нетерпением ожидали развития событий. Воздух дрожалот шёпотов и затаённых надежд - младший принц осмелился обратиться к древнемуритуалу единения душ и воззвал к своей истинной, той, что предначертана емузвёздами.

— Ещё бы! —перешёптывались придворные. — Никто не решался на это со времён прадеданынешнего короля. Если ритуал сработает, принц обретёт силу рода в полномобъёме…

Но всевзгляды были прикованы к его фаворитке, прекрасной Веларии. Не к её меднымволосам или тонким чертам лица - к тому, как она держала себя: прямо, с едвазаметной тревогой во взгляде, с рукой, будто невзначай опущенной к амулету нашее. Говорили, что она - единственная, кто может усмирить даже старого морскогодракона, и теперь от её спокойствия зависело, не вспыхнет ли зал паникой.

На мгновениевоцарилась тишина. Даже факелы замерцали слабее, а воздух сгустился, будто самзал затаил дыхание. Из клубящегося у пола тумана, словно порождение забытыхкошмаров, замелькали неясные очертания…

Передсобравшимися возникли внушительные фигуры в глубоких капюшонах тёмно‑бордовогоцвета. Их плащи казались вырезанными из самой ночи, во время кровавой луны - ни ветерка, ни складки. Лишь глаза подкапюшонами сверкали холодным светом.

Их уверенныйвзгляд остановился лишь на правителе. Мужской голос прозвучал неожиданнорезко, но при этом сочился сарказмом:

— О, какоезрелище! Все при полном параде, придворные замерли, факелы мерцают…Ваше волнение нас умиляет, так трогательно, почти до слёз!

Монаршаячета застыла в изумлении. Вместо одной истинной пары, которую они ожидалиувидеть, перед ними стояли несколько загадочных фигур. Король Веласгорнахмурился, его рука невольно сжала подлокотник трона. Принц Ларсагор побледнел,но не от страха, от возмущения. Придворные замерли в немом изумлении, боясьпривлечь к себе внимание. Даже пламя факелов словно притихло: оно мерцалонеровно, подрагивая в такт напряжённой тишине, нарушаемой лишь насмешливымиголосами незнакомцев.

В это времязаговорил ещё один «капюшон» глубоким, проникновенным голосом, с явнойиздёвкой в интонации:

— Эркли, чтоже ты такой невежливый? Надо быть немного любезнее, например, поприветствоватьмонархов! Или ты забыл, как это делается?

— Да ладно тебе,— отозвался первый, лениво махнув рукой. — Они и так дрожат. Разве не видишь,как мило?

ПринцЛарсагор сделал шаг вперёд, выпрямив спину и глядя прямо на незнакомцев:

— Кто вытакие? — произнёс он твёрдо, с нотками возмущения в голосе. — И как смеете такразговаривать с правящей семьёй? Мы призвали истинную пару, а не насмешников!

Второй«капюшон» рассмеялся, оглядывая зал с ленивым любопытством:

— О, какойсмельчак! Он ещё и упрекает нас! Ну что ж, милый принц, мы здесь потому, что вынас призвали. А вот зачем - это уже наш вопрос.

Велариянезаметно сжала амулет, её пальцы дрожали, но взгляд оставался твёрдым. Онамедленно подняла глаза на принца, и в этом взгляде читалось: «Ритуал должензавершиться. Сейчас».

Внезапно вцентре зала фигура в самом глубоком капюшоне чуть приподняла руку - и обанезнакомца мгновенно замолчали. От её жеста по залу прошла едва заметная волнасилы, заставившая факелы вспыхнуть ярче, а придворных - отступить на шаг.

— Довольно,— прозвучал её холодный, ровный голос. — Пусть говорят. Если, конечно, у нихесть что сказать.

КорольВеласгор выпрямился во весь рост, его голос прозвучал властно и возмущённо:

— Мыпризвали истинную пару для принца Ларсагора, чтобы восстановить связь сдраконами, — произнёс он чётко и твёрдо. — Появление же остальных непредусмотрено ритуалом. Представьтесь и укажите причину, по которой вы потревожилипроведение священного обряда в тронном зале монарха.

Фигура вцентре медленно покачала головой.

— Истиннаяпара, говорите? — её голос звучал как звон льда, несмотря на насмешливые слова— И кто же это из нас? Неужели вы покусились на милого Эркли?

Она сделалашаг вперёд, и капюшон чуть откинулся, открыв лицо: прекрасное, но совершенночужое. Контраст был поразительным: строгий, почти угрожающий силуэт в тёмномплаще, и неожиданно нежное, ангельски красивое лицо. Длинные волосы цветатоплёного молока мягко обрамляли его, подчёркивая безупречные линии скул иподбородка. Изумрудные глаза смотрели холодно, но в них читалась какая‑тоскрытая глубина, будто за внешней отстранённостью скрывалась бурная внутренняяжизнь. Даже лёгкий румянец на щеках казался не проявлением эмоций, а частью еёидеальной, почти неестественной красоты.

Ларсагор былуверен, что никогда не видел эту девушку прежде, но тогда откуда это щемящеечувство? Их взгляды на мгновение встретились. В груди принца что‑то дрогнуло,будто откликнулось на её слова, но тут же затихло. Он сжал ладонь в кулак,пытаясь осознать это странное ощущение.

Зал замер внапряжённом молчании. Ларсагор переглянулся с Веларией. Архивариус Иларин,стоявший у стены, незаметно перелистнул страницу древнего фолианта. На ней былизображён символ: три переплетённых кольца с руной соуло в центре. Тот же узорукрашал плащи незнакомцев. Его глаза расширились от ужаса.

«Они явилисьне из‑за силы нашего зова, — прошептал он. — Они позволили себя призвать. Иэтот знак… он старше самого королевства».

Принцпродолжал смотреть на незнакомку, ощущая, как внутри нарастает странноепредчувствие. Всё только начиналось. И он знал одно: чтобы завершить ритуал,ему нужно будет понять, кто она на самом деле.

Глава 1

Королевство Талинор

За месяц до ранее описанных событий…

Талинорраскинулся среди горных хребтов и плодородных долин, где когда‑то каждый городимел своего дракона‑покровителя. В столице, сверкающем Альтарисе, башни избелого мрамора взмывали в небо рядом с драконьими гнёздами, а на площадяхстояли статуи героев, запечатлённых в вечном союзе с крылатыми созданиями.

По всейстране сохранились древние мосты, перекинутые через пропасти, — их поддерживалине только каменные опоры, но и магия договоров с драконами. Деревни у подножиягор жили под защитой чешуйчатых стражей: в обмен на уважение и дары драконыотгоняли хищников и помогали поддерживать плодородие земель.

Но сейчас вкоролевстве Талинор, покорившем себе необузданную силу драконов, наступилитревожные времена - эти самые драконы начали выходить из‑под контроля. Их рёввсё чаще раздавался над горами, а вспышки пламени пугали жителей деревень.Советники шептали о проклятии, маги искали следы тёмной магии, но старыйархивариус Иларин знал: чтобы понять, что происходит сейчас, нужно вернуться натри тысячи лет назад, к трагедии, изменившей мир.

Он осторожнопровёл пальцем по пожелтевшим страницам древнего фолианта, и его голосзазвучал, словно эхо из глубины веков:

— В товремя, когда королевство Талинор ещё не существовало, землю делили четырематерика:

В те временадраконы могли обращаться в людей, а правил ими Салвагор Драгоракс I Вечный повелитель Глубинных пещер. Он был мудр и непоколебим, но судьбауготовила ему испытание.

В возрастедвухсот лет Салвагор встретил Лундиру - свою истинную. К тому моменту он ужебыл женат на эльфийской принцессе Таилиэль, и у них росли дети: дочь Лирианадвадцати одного года и десятилетний сын Саургард. Салвагор понимал, чтодраконья ипостась вряд ли передастся потомкам, но долг перед королевством непозволил ему искать истинную раньше.

Конфликтмежду жёнами обострился, и, чтобы избежать войны с Элтарией, Салвагор принялтяжёлое решение - отправил Таилиэль с детьми в княжество Талинор, расположенноемежду королевствами драконов и эльфов.

Прошлодвадцать лет. Саургард, вошедший в полную силу, осуществил план мести и лишилЛундиру жизни. Ноктумия, Элтария и Арденния поддержали его, слишком долго онистрадали от власти Форнатии.

Потеряввозлюбленную, Салвагор обезумел, но связь между правителем и его народом быланерушима: его ярость передалась всем драконам, лишив их гармонии, а вместе сней и способности обращаться в людей. Они навсегда утратили вторую ипостась.

Саургард,воспользовавшись хаосом, подчинил себе главный алтарный камень - сердцеФорнатии - древний источник силы драконов. С его помощью он успокоил бушующихсозданий и объединил земли под новым знаменем. Так на месте Форнатии возниклокоролевство Талинор.

Нынекоролевством правит король Веласгор Драгоракс - потомок Саургарда. Онунаследовал мудрость предков, но столкнулся с той же угрозой: древняя магияослабевала, драконы вновь теряли контроль.

На тайномзаседании Совета, в зале, где стены были увешаны гобеленами с изображениямидревних битв, верховный маг Орвин произнёс:

—Единственный шанс вернуть власть над драконами — возродить древний ритуалединения душ, — он посмотрел на принца Ларсагора, и в его взгляде читалась непросто надежда, а отчаянная мольба. — А для этого надо найти его истинную.Только через связь с истинной парой принц сможет восстановить магическуюгармонию с драконами.

Принц Ларсагорсжал кулаки. Несмотря на то что он второй, не наследный принц, ему, в отличиеот старшего брата, повезло пробудить в себе древнюю кровь, позволяющую нетолько отдавать приказы драконам, но и усмирять их одним взглядом.

Рядом с нимстояла Велария, его Лари. Она незаметно коснулась амулета на шее - знака дара.Её медные волосы, уложенные в сложную причёску с несколькими свободнымилоконами у висков, отливали в свете факелов расплавленной медью и тёплымянтарём. Тонкие черты лица подчёркивали высокие скулы и прямой нос, а большиеминдалевидные глаза: тёмно‑серые, как предгрозовое небо, с золотистымиискорками вокруг зрачков, смотрели настороженно, но без страха.

На ней былоплатье из тёмно‑изумрудного бархата с серебряной вышивкой вдоль корсажа, подчёркивающеестройную фигуру. На запястье поблескивал тонкий серебряный браслет сгравировкой древних рун, а на шее тот самый амулет: круглый, с тёмно‑синимкамнем, в котором то и дело вспыхивали алые искры.

Ларсагор намгновение отвлёкся от слов мага и поймал взгляд Веларии. В её глазах он увиделне только тревогу, но и ту самую непоколебимую поддержку, которая была с ним ссамого детства.

Сколько себяпомнил Ларсагор, они были вместе всегда. Дочь первого советника короля, всегона год младше второго принца, была вечной подругой Ларсагора по играм вдетстве, а в юношестве их отношения переросли во что‑то большее. Он до сих порпомнил первый раз с Лари, ту ночь, когда всё изменилось.

Тогда стояларанняя весна: в садах замка распускались первые гиацинты, а воздух был пропитаних терпким ароматом. Окна покоев Ларсагора выходили на восток, за ними едвазаметно розовело небо, предвещая рассвет. В комнате горели лишь две свечи уизголовья кровати, бросая дрожащие блики на резной деревянный стол и тяжёлыегобелены на стенах.

Велариястояла у окна, освещённая мягким светом. Её медные волосы, распущенные и слегкарастрёпанные, струились по спине, а платье, тёмно‑синее, казалось почти чёрнымв полумраке. Она обернулась на звук его шагов: глаза широко раскрыты, губычуть дрожат. В тот миг она выглядела не как дочь советника, не как приближённаяко двору, а просто как юная девушка, испуганная и взволнованная.

Ларсагорподошёл ближе, не решаясь коснуться. Он помнил её закрытые в смущении глаза,тяжёлое глубокое дыхание, прерывистое, будто каждое слово давалось с усилием.Помнил, как она сжала край платья, как ресницы дрогнули, когда он осторожновзял её за руку.

— Я боюсь, —прошептала она тогда, и в голосе звучало не только волнение, но и доверие.Доверие, которое она дарила только ему.

Он сделалшаг вперёд и тихо, почти неслышно, ответил:— Я рядом.

Её пальцы,холодные и чуть дрожащие, скользнули в его ладонь. В тёмно‑синем камне амулетана её шее вспыхнули алые искры: не яростно, а мягко, словно откликнувшись натепло их соединённых рук. Свечи замерцали, и на мгновение тени на стенахсложились в причудливый узор, напоминающий два переплетённых древа, ветвикоторых срастались в единую кору, будто в вечном объятии.

Ларсагорпомнил, как осторожно обнял её, как она, преодолевая смущение, подняла взгляд.В её тёмно‑серых глазах с золотистыми искорками читалась не только робость, нои решимость - она выбрала его, доверилась ему, позволила себе быть уязвимой.

Тот миготпечатался в его памяти навсегда: запах гиацинтов за окном, дрожащий светсвечей, алые всполохи в амулете и её дыхание: сначала тяжёлое, прерывистое, апотом всё более ровное, успокаивающееся рядом с ним.

Сейчас, стояв напряжённой тишине зала Совета, Ларсагор вновь увидел тот же взгляд, теперьуже не робкий, а настороженный, но всё такой же доверчивый. Велария незаметнокоснулась амулета на шее, и принц на мгновение забыл обо всём, кроме того, ктоона для него: не просто фаворитка, не просто дочь советника - та, кто всегдабыла рядом, его поддержка и опора. В подтверждение его мыслей Лари вышланемного вперёд.

— Я готовапомочь, — тихо сказала она. — Если ритуал требует истинной пары, мы должнынайти её. Но что, если… что, если истинная уже рядом?

В залеповисла тишина. Принц Ларсагор посмотрел на Веларию, и в его глазах вспыхнулогонёк понимания и надежды. Он вспомнил шепотки придворных: «Может ли фавориткабыть истинной?»

— Мы начнёмподготовку к ритуалу, — твёрдо произнёс он. — И пусть древние силы помогут намвернуть контроль над драконами. Но сначала нужно убедиться, что мы понимаем всепоследствия.

Старыйархивариус Иларин кивнул, перелистывая страницы древнего фолианта:

— Легенда гласит: истинная пара не просто ключ к контролю. Она последняяниточка, связывающая мир с древней магией, которую считали утраченной навсегда.И если ритуал пройдёт неверно… драконы могут обезуметь окончательно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.