Созданное небо

Пролог

Неизвестный сектор Эфироса. 20

лет до инцидента.

Сквозь бирюзовые облака рвался вперед одинокий стайер класса «Вьюк». Его плоское треугольное тело иссиня-черного цвета словно поглощало кроваво-красный закатный свет. Заложив крутой вираж и почти ложась на крыло, стайер начал снижаться широким серпантином. Центром спирали был осколок древней заправочной платформы, разрушенной много лет назад. Чудом удерживаясь на плаву, плита несла на себе покосившуюся хижину — то ли бывшую сторожку, то ли сарай для хлама.

На последнем круге из транспортной ниши в брюхе «Вьюка» выскользнул мужчина. Он жестко приземлился на поверхность, похожую на пористую желтую кость. Сделав пару кувырков, он поднял клубы серой пыли. Воздух вокруг него слабо вспыхнул желтым — потревоженные микроорганизмы-люмены выдали его присутствие.

Оглядевшись и не заметив угрозы, мужчина быстрым, но бесшумным шагом направился к сараю. Его тело казалось расслабленным, но цепкий прищуренный взгляд выдавал предельное напряжение — готовность убивать при малейшем шорохе.

— Есть тут кто живой? — хрипло бросил он, скорее для себя, остановившись у покосившегося дверного проема.

В ответ — тишина. Внутри стояла глухая тишина, а снаружи доносился привычный гул Эфироса, похожий одновременно на шум океанского прибоя и стон ветра в кронах деревьев.

Толкнув дверь, мужчина переступил порог. Удручающий интерьер. Горы гниющего мусора, пыль, тяжелой пеленой висящая в воздухе, и... неподвижное женское тело в дальнем углу.

— Нет... нет, только не это.

Мужчина в одно мгновение оказался рядом, но замер, не решаясь протянуть руку. Всю правую часть лица женщины, ее шею и плечо покрывали буро-рыжие наросты. Они глянцево блестели в полумраке, состоя из сотен тончайших, как фольга, наслоенных друг на друга пластинок.

Лицо мужчины посерело, словно из него выкачали всю кровь. Он поднял дрожащие ладони, желая коснуться кожи, которая сейчас казалась хрупкой, как слюда, но бессильно уронил их. Колени подкосились. Он рухнул на грязный пол, не в силах оторвать взгляд от мертвых черт.

— Зои Что же ты наделала?

Его полный боли шепот эхом разнесся по мертвым стенам хижины. По щекам побежали слезы, сливаясь на подбородке и падая темными пятнами на запыленную куртку.

Не обращая внимания на карантинные протоколы и риск заражения, он подался вперед и прижал мертвое тело к груди.

Под его пальцами с сухим хрустом ломалась корка ржавчины. Тело женщины, оказавшееся почти пустым, кристаллизовавшимся изнутри, не выдержало давления. Оно начало рассыпаться прямо в его объятиях, превращаясь в бордово-бурые хлопья, похожие на засохшие лепестки роз.

Через пару минут от нее осталась лишь груда пепла. Он больше не плакал, но в глубине его темных глаз застыла бездонная мертвая пустота. Мужчина осторожно разжал ладонь. На ладони лежал пустой нейро-слот — порт подключения, вырванный из шеи Зои. Оружия, за которым он гнался, при ней не было.Дрожащими пальцами он поднял с пола бурый «лепесток» ржавчины и бережно поместил его в собственный пустой кристаллизатор на груди.

Вытерев лицо рукавом, мужчина с трудом поднялся. Бросив последний взгляд на горстку праха, он вышел на улицу.

Окончательно стемнело. Густые клубы облаков сплетались в серо-бордовую пляску, завораживая мрачной глубиной. До самого горизонта простиралось живое небо, испещренное зелено-бирюзовыми искрами люменов. Вдали, вокруг силуэтов заброшенных плит, кружили хищные стаи диких штаммов. Эта грандиозная бесконечность всегда кружила голову, но сейчас вызывала лишь тошноту.

Рядом с тихим шелестом опустился верный «Вьюк». Симбионт, чувствуя состояние хозяина, скосил на него темный глаз. В складках морды существа читалась слепая, животная преданность.

Мужчину передернуло. Эта покорность напомнила ему обо всех — о послушных псах Арго, слепо верящих своему хозяину. О нем самом.

Поджав губы, Кассиан посмотрел вверх, на сереющее недосягаемое небо. Его кулаки сжались до хруста.

— Вы за это заплатите, — тихо, но отчетливо произнес он в пустоту. — Вы все заплатите.

Глава 1

Ветер бил в лицо, грозя сорвать очки и выбить из седла. Под голубым брюхом Хука простиралась великая бездна Нижнего океана, затянутая тёмно-зелёным паром, что смешивался с холодно-голубым туманом верхних слоёв Эфироса, создавая замысловатые узоры ветра и бури.

Вокруг были только густые облака и стаи жёлтых люменов — вездесущих спутников жизни, плывущих по воздушным потокам и течениям. Лира улыбалась, вдыхая этот запах свободы — изморось, озон и влага одновременно. Хук под ней тоже радовался, развив умопомрачительную скорость и выделывая такие воздушные финты, что у девушки кружилась голова. Дикая кровь прирученного стайера брала верх на таком просторе, но Лира была совсем не против. В скором времени им предстоит крупный контракт, и, скорее всего, стайера придётся оставить в доке на очень долгое время. А он этого не любит. Как, впрочем, и Лира.

Но вот за облаками показался далёкий город — цель их маршрута. Архипелаг из трёх крупных платформ, идущих ступеньками вверх, и множества мелких островков, парящих вокруг каждой из них. Даже издалека была видна чёткая система, где каждой платформе отводилась определённая роль. Нижние служили промышленными районами — виднелись ряды труб, исторгавших белый конденсат. Средний ярус, судя по всему, жилой, а вокруг него расположились аграрные платформы с теплицами. Верхний — явно административный: множество заострённых шпилей, белоснежных арок и хрустальных конструкций намекали, что там обитают люди высокого положения.

Лира лишь презрительно хмыкнула, глядя на эту архитектурную гармонию, на чудо инженерной мысли сотен людей, что проектировали и создавали город. За всеми этими арками и ажурными зданиями чувствовался колоссальный труд, дисциплина и жёсткая иерархия. Ей уже не нравился этот полис.

Через несколько минут стремительного полёта она вынуждена была снизить скорость — на хвост село звено из двух боевых стайеров. Класс «Дротик», полностью заточенный под перехват малых воздушных целей. Поистине ужасающий в своём уродстве и эффективности симбионт.

Чёрная глянцевая кожа, абсолютно гладкая, без единой складки или стыка брони. Треугольные широкие крылья, крепящиеся к длинному телу: с одной стороны — голова-шип без шеи, с другой — четырёхперый хвост. По бокам тянутся боковые линии с хеморецепторами, помогающими ловить попутные потоки ветра. Удивительные существа, на самом деле. Но как же корпораты их изуродовали.

В специальном углублении на спине стайера сидел пилот в закрытом шлеме. Он помахал рукой Лире, призывая следовать за ним. Девушка согласно кивнула — со здешними порядками она знакома. Хотя странные дела: обычно в сопровождение выделяют рядовых пилотов на обычных городских стайерах. Что такого могло случиться, что в стражу подняли элитных «Чёрных марлинов»?

Её проводили на ближайшую фильтрационную платформу, где проверили документы, осмотрели стайера на предмет незаконных модификаций и контрабанды. Обычная бюрократическая волокита, которой «болеют» все более-менее «цивилизованные» платформы. Лира с некоторой тоской вспомнила родную плиту «Манила-9» на Атолле Навигаторов — вот уж где был простор.

Однако в этот раз держали гораздо дольше обычного. Даже для любящих бюрократию корпоратов час мусолить и давить вопросами — перебор. Лира едва не кипела от гнева, в десятый раз объясняя причины приезда в город. Наконец инспектор сжалился над девушкой, прекратив свой допрос. Хотя, может, на него так повлиял невзрачный мужчина в серой тунике, что внезапно зашёл в комнату и что-то положил на стол инспектору? Тот, кажется, даже побледнел немного. Ситуация нравилась девушке всё меньше и меньше.

Получив сопроводительные документы, девушка стремительной тенью взлетела, проскочив сквозь сцепку каравана, едва не распугав бедных панцирников и получив в спину немало проклятий от их пилотов.

Эфирос резко стал теснее. Туда-сюда без всякой системы сновали юркие курьерские вьюки, тяжёлые клешни понуро тащились в ангары и доки, неся под хитином тонны груза. Что-то ревело, скрипело, кричало; дул сильный ветер, перемешивая резкие запахи пота и субстрата с ароматом пряностей и фруктов. На нижних ярусах, в россыпи малых и больших плит с ангарами, суетились грузчики. Туда длинной цепью заходили караваны, выгружая товар. Всё быстро, но без суеты и паники, с точностью отлаженного механизма.

«Что-что, а системы корпораты налаживать умеют, этого не отнять», — подумала Лира, глядя на этот обманчивый хаос. Покачала головой, внутренне собираясь. Начинала болеть голова — следствие слишком большого количества людей и симбионтов рядом. И чем ближе она будет подлетать к городу, тем сильнее станет боль.

«Ненавижу города». Глубоко вздохнув, она отрешилась от внешних факторов, полностью уйдя в себя, будто отключая своё восприятие Эфироса. Это хотя бы немного поможет. Платой станет заторможенная реакция и несколько бедная речь. Но это малая цена за те возможности, что даёт ей её уникальность. По крайней мере, ей так кажется.

Впереди показалась общественная стыковочная площадка с доками для содержания стайеров. Сдав Хука на попечение дежурного сильвика, Лира огляделась.

Толпа шумела, грузчики тащили ящики с биомассой, кто-то ругался у стойки регистрации. Но Лире показалось, что за ней наблюдают. Она резко обернулась.

Никого. Лишь на мгновение в толпе мелькнула знакомая серая туника. Головная боль вспыхнула с новой силой.

— Так и куда теперь? — пробормотала она, покрепче перехватывая ремень сумки.

***

Аэлис сидел в полутемном зале одного из многочисленных заведений центральной платформы. Тихое, спокойное место, с неплохой кухней и молчаливым персоналом. Сидел и откровенно скучал.

Каи отправил его на эту встречу, считай, молчком. Ничего не объяснив и не рассказав. Просто переслал по интерфейсу время, место и просьбу непременно нанять этого пилота. Обычно начальник куда подробнее и дотошнее в таких вопросах. В любом случае, присылает досье — хотя бы коротенькое. А тут даже имени нет, зато есть пометка: «Девушка, смуглая, азиатка, сразу поймешь, что это она».

Ну ещё бы! Смуглые азиатки — нечастые гости их города.

Аэлис вздохнул, расковыряв остатки рикотника. Иногда кажется, что Каи окончательно сошёл с ума. Вечно хмурый, нелюдимый, заучка, который единственное, о чём думает — это о своих штаммах и исследованиях. Возможно, таким и нужно быть наследному директору города, но такая жизнь точно не по нему.

Задумашвись о превратностях судьбы и наследниках, потянулся за кружкой травяного чая — и тут его взгляд упал за оконную пленку на узкую улочку перед рестораном. Там как раз стояла девушка, точь-в-точь подходящая под описание той, что должна была прийти на встречу. Стояла и ругалась с хостес на входе, которая никак не хотела пускать смуглянку внутрь. Впрочем, в такой необычной одежде неудивительно.

Потёртый пилотный комбинезон из шкуры какого-то летуна — не самый подходящий наряд для делового ужина.

Вздохнув, Аэлис подозвал менеджера, шепнул ему пару слов и принялся ждать.

Через несколько минут раскрасневшаяся девушка уже сидела перед ним, грозно сопя и метая молнии из глаз. Аэлис приветливо улыбнулся.

— Добро пожаловать в Спора-Арк. Похоже, приняли тебя не очень, но уверяю, у нас самые толерантные люди в секторе, которые никогда...

— Ой, замолчи, корпорат. Избавь меня от вашего излюбленного «смол-тока» и давай к делу. Какой маршрут нужно проложить и другие детали. Какой груз, на чем поедем. И желательно со всеми подводными камнями, а не как вы обычно любите.

Парень выслушал Лиру с застывшей улыбкой, но более никак не выдал своего раздражения от общения с неотёсанной дикаркой. А никак иначе выходцев из маленьких «естественных» платформ он воспринимать не мог.

— Что ж, раз так — он достал из внутреннего кармана туники кристалл-экран и связался с ним через мико-сеть, форматируя всю необходимую информацию в визуальный формат. — Ты, надеюсь, умеешь читать?

Аэлис не удержался от подначки, хоть и был профессионалом «сложных переговоров». Однако неприязнь пересилила этикет.

Лира проигнорировала его слова, пододвинув экран к себе. Улыбка парня стала ещё более натянутой.

Девушка довольно долго читала предоставленные данные, что навело Аэлиса на забавную мысль: а не умеет ли она читать вовсе, просто пытается произвести впечатление, как это обычно бывает у недостаточно цивилизованных народов.

— Не вижу тут договора.

— Что? — Аэлис так ушёл в себя, что даже не сразу понял, что обращаются к нему.

— Не вижу тут договора, — Лира подняла взгляд оранжевых глаз на Аэлиса. — Контракта, фрахтовки, чартера

— Я понял, — Аэлис поднял руку. — Тебя удовлетворяет маршрут и специфика перевозки?

Лира подняла бровь.

— Меня удовлетворит любой маршрут, если хорошо заплатят. Но вот как раз об оплате тут ни слова.

— Мы предлагаем тебе вариант с оплатой за лётный день. Каждый день службы оплачивается отдельно. Никаких обязательств сверх этого. Нам требуются только твои навыки пилота и проводника.

— Хорошо. Обычно я беру сто двадцать пять спор за стандартный маршрут-сопровождение, без боевых и опасных доплат. Но, — Лира вновь посмотрела исподлобья на Аэлиса, — у вас другой случай.

— Да. Мы предлагаем сто пятьдесят спор за лётный день, плюс доплаты за риск: коэффициент «икс два» за опасные ситуации, «икс шесть» за боевые, «икс девять» за чрезвычайные. Мы понимаем специфику полёта и маршрута и готовы пойти на значительные уступки. В конце концов, вы лучший пилот в этой части Эфироса, — позволил себе небольшую лесть Аэлис, внимательно следя за лицом девушки. Он уже смог перестроиться на деловой лад, отбросив весь свой корпоративный расизм. Поведение Лиры более чем убедило его в том, что пилот она действительно профессиональный и не стоит недооценивать её как переговорщика.

— Вполне. Можете готовить контракт, сегодня подпишем. Когда я смогу интегрироваться в транспорт? На чём пойдём в полёт?

— Левиафан класса «Древоточец», — Аэлис отправил информацию юристам и Каи. Первым — чтобы составили грамотный контракт, Каи — дабы обрадовать. — Сейчас его готовят к полёту.

— Молодой? Как зовут?

— Не молодой, девять циклов. Самый надёжный симбиот в стае. Признаюсь, я не самый большой специалист в летунах, — слегка извиняющимся тоном произнёс парень, — более подробно о нём можете узнать от старпома, возможно даже завтра, если получится.

— Добро, — Лира удовлетворённо кивнула и зашарила глазами по полупустому залу.

Аэлис, заметив это, поднял руку, привлекая внимание официанта.

— Начало у нас не задалось, приношу свои извинения, — убрав кристалл-экран обратно в карман, он сложил руки перед собой — однако, полагаю, нам есть ещё что обсудить касательно полёта, не так ли?

— Возможно, — Лира придирчиво изучала принесённое меню, — но только после того, как я поем. И было бы славно, если бы я сделала это в тишине. Вы не против?

Аэлис внутренне скривился, но виду не подал. Ему хотелось побыстрее завершить переговоры с этой странной дикаркой и перейти к нормальным делам. Но таковы уж обязанности помощника старшего сильвика города. Так что улыбаемся и терпим — иногда это единственное, что остаётся.

Глава 2

Калеб Вандерлих — старший сильвик центральной лаборатории Спора-Арка — медленно шёл по переходу между шпилями административного центра и смотрел вниз, сквозь панорамные окна, что заменили здесь стены. Внизу стройной россыпью простирались архипелаги зелёных, серых, белых островов-платформ разных форм, но одинаковых размеров. Добывающие, координационные, защитные, селекционные и ещё под сотню других, что окружали три центральные основные платформы города.

Заложив руки за спину, Калеб остановился ровно посередине перехода, устремив взгляд за горизонт. Именно там, за белым туманом и сизым Эфиросом, что в закатных лучах начал приобретать тревожно красный цвет, пряталась агро-платформа «Гнездо-12». Маленькая, старая, ничем не выделяющаяся, с минимумом персонала. Прошёл бы цикл, другой — и её бы закрыли за невыполнение норм переработки. Всё, в общем-то, к этому и шло, но Всегда есть «но».

На мгновение Каи накрыла тень от Древоточца — мобильной лаборатории, что готовили к полёту. В этот миг в отражении выращенного стекла он увидел своё отражение — бледное худое лицо с серыми пятнами под большими уставшими глазами. Выбритая голова покрыта вязью микодендритной сети — экспериментальной, его собственной разработки, оттого яркой и крупной. У большинства его коллег мико-сеть была представлена небольшими завитками где-нибудь за ушами или на висках. Но Каи было мало. Ему — наследнику этого города — необходимо было самое мощное из доступного. Из-за своей особенности.

Потерев правую руку, скрытую длинной перчаткой, Каи поморщился. Мицелий на его голове чуть засветился синим, принимая информацию. Скривив губы, Каи направил взгляд вверх, на пик самого высокого шпиля. Ему почудилось, что за ним оттуда наблюдают. Что, в общем-то, было недалеко от правды.

Глубоко вздохнув, Каи встряхнулся, сбросил с себя остатки усталости и лишних эмоций. Теперь он был собран, спокоен, серьёзен — как и подобает наследнику и руководителю его уровня. Чеканя шаг, он направился к каплевику, что должен доставить его в кабинет отца.

***

По сторонам высоких дверей кабинета стояли бойцы Корпуса в полном боевом облачении. Чёрные тактические латы с глухим шлемом — последняя разработка бюро Вееров. Устрашающе.

За несколько шагов до двери бойцы одновременно отдали боевое приветствие и слитным движением открыли дверь перед Каи. Тот постарался сохранить невозмутимое выражение лица, но эта броня и синхронность, с которой боевое звено выполнило этот показательный ритуал, откровенно пугали.

Кабинет Герона Вандерлиха — Верховного Сильвика Спора-Арка — не был эталоном стиля, роскоши или технологичности. Он был обычным, можно даже сказать скудно обставленным самым необходимым для работы. Хотя площадь, несомненно, была огромной. Расточительно огромной.

Каи пришлось сделать тридцать шагов, только чтобы дойти до длинного стола, за которым обычно сидят старшие сильвики других подразделений, директора и представители фракций. И потом ещё десять, чтобы приблизиться к столу отца — массивному, тёмному, сделанному под старину.

— Привет, Калеб, рад, что ты зашёл, — едва парень приблизился на достаточное для разговора расстояние, Герон заговорил, не отрывая глаз от экран-кристалла на столе. Виски, покрытые толстой голубой вязью, что уходила на шею, светились голубым. Герон никак не хотел улучшать свой нейроинтерфейс, довольствуясь тем, что вживил себе в молодости. Допотопная сеть всё ещё работала довольно бодро, но выглядела скверно. Антуража также добавляли белесые шрамы, покрывающие морщинистое лицо Герона — свидетельство бурной молодости в отрядах Корпуса, ещё в те времена, когда путешествия через Эфирос были сродни русской рулетке.

— Здравствуй, отец, — Каи остановился за два шага до стола отца, сложив руки за спиной. — Не мог не зайти. У меня появилась новая информация про «Гнездо-12».

— Вот как? — мужчина наконец посмотрел в лицо сына, но лишь на секунду. И взгляд его не выражал ничего, кроме холодной сосредоточенности. — И она настолько важна, что ты решил зайти ко мне?

— Так, — кивнул Каи и, внутренне выдохнув, спокойно произнёс: — Эта информация касается Зоэ и её исследований.

Герон вновь бросил взгляд в лицо сына, и от этого взгляда по спине пробежали мурашки.

— Продолжай.

Казалось, от этого слова воздух в кабинете стал ощутимо прохладнее, но, взяв себя в руки, Каи продолжил.

— Я знаю, что после её ухода ты отдал приказ на зачистку всех её следов и исследований

— И у меня были на то причины.

Холод в голосе отца не предвещал ничего хорошего.

— Не сомневаюсь, — Каи прокашлялся, стараясь совладать с голосом. И что только на него нашло? — И вообще, с чего ты взял, что твоя мать связана с Гнездом-12? Двадцать лет уже прошло, а ЧП случилось неделю назад.

— Я как раз хотел всё объяснить.

Каи никогда не видел отца таким Злым? Напряжённым? Обиженным? И казалось, этот гремучий коктейль готов взорваться в любую секунду. Что же между ними случилось тогда, что спустя двадцать лет обида всё ещё так свежа?

Каи выдохнул, собираясь с мыслями. Он стоял перед столом отца, чувствуя на себе этот ледяной, изучающий взгляд. Ладони слегка вспотели, но голос, когда он заговорил, звучал ровно — так, как он привык докладывать на заседаниях научного совета.

— Когда я получил первые образцы с Гнезда-12, я ожидал увидеть стандартную картину поражения. Какой-нибудь новый вирус, агрессивный штамм, который хаотично пожирает биомассу. Мы сталкивались с подобным раньше — хищные клочья, мутации на фоне сезонных вспышек, даже отдельные случаи паразитического заражения. Но здесь я столкнулся с чем-то принципиально иным. Когда я начал расшифровывать генетическую последовательность, заметил, что у неё есть структура, причём очень специфическая. Мы привыкли, что вирусы, даже самые агрессивные, действуют по принципу «найти, внедриться, размножиться». Грубо говоря, это хаотичная атака, где каждый сам за себя. Здесь же я увидел систему. Чёткие, повторяющиеся паттерны, которые не могли возникнуть случайно.

Каи на мгновение замолчал, пытаясь подобрать слова, чтобы объяснить максимально доступно.

— Ключевым моментом стали феромонные триггеры. Я обнаружил фрагменты РНК, которые реагировали на химические маркеры, характерные для одной конкретной группы штаммов. Штаммов, которые признаны устаревшими ещё лет десять назад. Я поднял все архивы, все генотеки, банки, но, полагаю, ты и так об этом знаешь.

Каи на мгновение замолчал, глядя отцу прямо в глаза. Тот кивнул, не отводя глаза.

— У меня нет сомнений, что это оружие. Патоген — мы решили дать ему название «Ржавчина» — спроектирован, а не выращен случайно. И его конструкция носит черты работы, которую я уже видел в старых записях Записях мамы.

Калеб на мгновение прикрыл глаза, вдыхая прохладный воздух через нос. В горле набухал горький ком.

— Я сравнил всё, что смог найти: структуру активации, феромонную сигнатуру, молекулярные метки. Совпадение примерно семьдесят шесть процентов. Этот штамм создан по образу того, над чем она работала, возможно, даже из того, что она создала.

Он сделал паузу, давая отцу время осознать сказанное.

— Если подытожить, создатель Ржавчины использовал наработки Зоэ для разработки патогена. Либо раздобыл уже готовый конструкт и активировал его.

Герон всё это время смотрел на Каи не мигая. Мышцы челюсти взбугрились и ходили ходуном. Версия о теракте, задвинутая изначально, начала выходить на первый план.

— Подозреваемые? — хрипло спросил Герон, глядя на сына исподлобья.

Каи устало опустился на стул, стоящий подле стола отца.

— Я учёный, а не сыщик. Но, предположу, тот, кто был знаком с Зоэ и работал с ней.

Герон откинулся в кресле, посмотрев в потолок.

— А что если — начал Каи, повторив позу отца, — ну, мама

— Исключено. Кассиан привез мне её прах, генетический анализ подтвердил её смерть, — Герон замолчал. И было в этом молчании что-то такое, отчего у Каи защемило сердце. — Она всегда была неугомонной и до фанатизма рисковой. Истинный учёный конца времён.

Герон полулежал в кресле с закрытыми глазами. И в этот миг он вовсе не напоминал всесильного сильвика, правителя независимого города. Он был обычным усталым мужчиной, отцом, что воспитал сына в одиночку.

— Пойдём. Покажу тебе кое-что.

Герон встал, с хрустом выпрямив спину. Мико-сеть на его висках засветилась, циркулярно полетели приказы о том, что старший и верховный сильвик в ближайшее время будут заняты.

Глава 3

— Надо было раньше показать тебе её рабочий кабинет, — тихо произнёс Герон, вводя код доступа на панели.

Они находились в давно закрытой секции лабораторного комплекса на окраине административной платформы. Однако Калеб, кажется, узнавал многое из того, что видел. Его преследовало некое чувство дежавю, и Герон это явно заметил, улыбнувшись одними глазами.

— Ты часто проводил здесь время. — Герон открыл мембрану, пропуская Калеба вперёд. — Твоя мать любила совмещать работу и игры с тобой Ты знаешь, как у тебя появился мико-интерфейс?

— Нет — Калеб даже слегка растерялся от такого резкого вопроса. Его поглотил вид запылённого кабинета, небольшого, но хорошо обставленного. Хотя — Парень уважительно повёл подбородком. — Всё лежало в образцовом порядке. Я как-то даже не задумывался об этом. Как у всех, наверное.