Кот маленькой ведьмы

Глава 1

Я не люблю пафосные вступления. «Меня зовут» и прочая человеческая суета. Меня зовут Моррис. Ну, или не зовут — я сам прихожу. Шутка старая, согласен. Но я кот, мне можно.

Знакомьтесь — Агата Воронова, шестнадцати лет от роду. Потомственная ведьма, а выглядит так, будто кто-то собрал «подростка-невидимку» из остатков гардероба и чужих ожиданий: свитер, который явно был чьим-то любимым, джинсы с дырками — и взгляд, в котором читается: «Я знаю, что ты сейчас скажешь, и нет, я не буду это делать».

Моя работа — следить, чтобы Агата не взорвала дом, не поверила в очередную чушь про «светлую магию для чайников» и не убилась о собственное благородство. Работа несложная, но нервная.

Сейчас она сидит на подоконнике в бабушкиной лавке и делает вид, что читает книгу. На самом деле просто греет пятки о батарею и думает о своём — я хвостом чувствую. Хвост у меня, к слову, всё ещё есть, хоть и полупрозрачный.

В лавке пахнет шалфеем, пылью и старым деревом. За прилавком — стеллажи с банками, пучки сушёной полыни под потолком, аптекарские весы с потёртой медью. На подоконнике, рядом с Агатой, горшок с розмарином, который она опять забыла полить. Земля в нём уже пошла трещинками, как старая кожа. Я не напоминаю — пусть учится сама.

— Опять ты тут, — бурчит она, не поднимая глаз от книги. Пальцы машинально теребят уголок страницы; видно, что мыслями она где-то в другом месте

— А где мне быть? На митинге за права бездомных призраков?

Она фыркает. Это почти улыбка. Уголок рта дёргается, и она тут же прячет это за книгой,

Бабушка в подсобке гремит банками. У Лидии Вороновой такой характер, что даже пауки в углах стараются вести себя прилично. Пауков, кстати, нет — но, думаю, если бы они завелись, то ходили бы строем. Старая школа: никаких свечей с ароматом «успеха», никаких рецептов, как победить весь мир только чёткие границы и принципы вроде «не можешь удержать щит — не лезь в круг».

Агату она любит. Но по-своему: через требования, через «перепиши конспект ещё раз», через браслет-оберег, который у Агаты с самого детства.

Мать Агаты сейчас в мастерской. Скучно там, по моим меркам: ни сквозняков, ни мышей, ни внезапных вспышек магии. Татьяна реставратор - возвращает к жизни старые книги. Пахнет там клеем и чаем с мятой. Клиенты в её мастерской редко бывают. Не потому что работы мало — просто с каждой книгой Татьяна работает долго.

Иногда к ней заходит Дмитрий Алексеевич Князев, начальник отдела магического правопорядка. Суровый дядька. Вдовец, это Лидия быстро выяснила. Краснеет, когда Татьяна предлагает ему чай. Смешной.

Вороновы — ведьмы, потомственные, их род здесь жил со дня основания города. Шурш рассказывал, он тут у нас самый старый. Характер у него, конечно, тот ещё но чего вы хотите, за четыреста лет всё что угодно может испортиться, и хранитель не исключение.

Я с удовольствием зевнул и потянулся.

Так вот, Татьяна сознательно отказалась от дара. Вычеркнула магию из своей жизни — и это, скажу я вам, тоже сила, причём посильнее многих заклинаний. Иногда я думаю, что Агата унаследовала от неё именно это: умение делать вид, что всё нормально, даже когда тебя ситуация дёргает за усы.

Так, что-то я задумался.

— Ты опять на меня смотришь, — говорит Агата.

— А что мне, в стену уставиться? Там трещина появилась изза некоторых.

— Это был эксперимент.

— Ага. Как тот с полынью и феном. Эксперимент «узнаем, насколько быстро выгорит штора».

Из-за шкафа доносится скрипучее:

— А я тогда окна открыл! И дыма почти не было! И никто спасибо не сказал. А ты, Моррис, опять за своё — критикуешь, а сам в тот вечер на шкафу сидел и усы в порядок приводил.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.