Моя история желаний

Вступление

Тебе интересно что скрывает в себе эта книга? Можешь не отвечать я и так знаю, что ты скажешь) Обладать возможностью предвидения это здорово, но при этом скучно всё знать и предугадывать. Но думаю ты бы хотел иметь эту возможность, обещаю, что дочитав книгу до конца ты узнаешь как завладеть этим навыком и заскучать от постоянного предвидения далеко идущих событий.

Начинаем…

-Когда я был маленьким. Да именно когда я был маленьким мальчишкой, я как и все хотел сладкого и мандаринов. А всё это получить, могла помочь только волшебная палочка. Это все знали во дворе. Потом в юности я хотел мопед и волшебную палочку, топом машину и палочку, а потом ещё и ещё и так далее и желательно нахаляву и главное сразу)

Так хотели и хотят все и это нормально. Если ты сейчас скажешь, что это не про тебя, то ты не житель этой планеты и тебя надо отдать на опыты) так что лучше не пались.

Самое интересное, что палочку я так и не получил, но это даже к лучшему. Потому что я получил подарок от судьбы лучше, чем мечтал начиная с самого детства. Честно говоря я бы ни когда не подумал, что такое вообще бывает и это обязательно случится именно со мной, но к моему счастью и твоему удивлению именно так и случилось.

Не будем затягивать со вступлением. Интрига закручена, так что читай, наблюдай, плач, сопереживай и побеждай в конце вместе со мной.

А и кстати, хочу сразу предупредить. Поскольку книгу писал профессиональный писатель с моих слов, то и история будет звучать от третьего лица. Я не буду дальше вести рассказ. Но знай, человек я эмоциональный и часто вмешивался дальше по тексту. Так что ты меня еще услышишь)

Все, читай и наслаждайся…

АКТ I — «РАЗГОН»

ГЛАВА 1

В которой я опаздываю, ругаюсь, думаю о деньгах и пока ещё ничего не подозреваю

Если ты думаешь, что взрослый человек может спокойно выйти из дома и не начать день с мыслей о деньгах — значит, ты либо очень богатый, либо очень наивный. Я, к сожалению, не то и не другое.

Я обычный человек с обычной профессией, обычными проблемами и необычайным талантом попадать в ситуации, где всё идёт не по плану.

В тот день я просто опаздывал на сделку. Ничего сверхъестественного. Но, как показывает практика, именно с таких “ничего” обычно и начинаются большие неприятности.

Алексей опаздывал.

Не так, как опаздывают люди с запасом по жизни — с улыбкой, оправданием и фразой «да ладно, подождут».

Он опаздывал по-настоящему, с той особой формой внутреннего напряжения, когда ты уже прикидываешь, на чём сегодня сэкономишь: на еде или на бензине.

Телефон в руке вибрировал, как сердечко у школьника на экзамене.

Клиент:

«Вы где? Я на месте. Я не люблю ждать.»

Алексей посмотрел на время. Потом на карту. Потом на реальность, в которой навигатор «пять минут» переводится как «пятнадцать, если не умереть по дороге».

— Да я уже… почти… — сказал он в воздух, хотя отвечать не стал. Опыт подсказывал: чем больше объясняешься, тем больше тебя презирают.

Светофор мигнул красным, будто специально издеваясь.

Пешеходы пошли.

Медленно.

Уверенно.

С выражением людей, которые либо бессмертны, либо им просто плевать.

— Ну конечно, — сказал Алексей, глядя на мужика с кофе навынос, который шагал по зебре, не ускоряясь ни на миллиметр. — Ты куда спешишь, аккуратнее ноги береги!-его голос был пропитан раздражительностью. - Не торопись, я подожду.

Мужик, кажется, даже наслаждался. Он шёл так, будто у него контракт с временем: «мне можно».

Следом выкатился самокатчик. Естественно — по диагонали. Естественно — в наушниках. Естественно — с видом человека, который спасает мир, а не пересекает дорогу.

— Брат, — пробормотал Алексей, — я за тебя рад. Правда. Но если ты сейчас врежешься в меня, мне придётся объяснять страховой, почему я не успел на показ. А страховая, в отличие от тебя, в наушниках не ходит — она слышит каждое слово и смеётся.

Самокатчик не услышал.

Люди вообще редко слышат чужие монологи о несправедливости мира.

Алексей резко вывернул руль, объехал пробку по двору, едва не зацепив мусорный бак, и в последний момент втиснулся у кофейни. Машину он бросил так, что если бы у ПДД были чувства, они бы заплакали.

«Эвакуатор, пожалуйста, не сегодня», — мысленно попросил он, закрывая машину и даже не проверяя, точно ли она закрылась. Это было бы слишком роскошно — проверять.

Очередь в кофейне была.

Очередь была всегда.

Иногда Алексею казалось, что она там живёт, размножается и питается чужими опозданиями.

Перед ним стояла девушка и выбирала между «латте на кокосовом» и «латте на овсяном», как будто решала, где провести старость. Бариста терпеливо кивал. Алексей терпеливо умирал.

— Простите, — сказал он наконец так вежливо, что сам удивился. — Можно просто… кофе?

Девушка посмотрела на него с выражением: «вот почему планета горит».

Он дошёл до стойки.

— Американо, большой. Два сахара, — сказал он быстро, уже листая в телефоне сообщения от клиента.

Клиент писал капслоком.

Это был плохой знак.

— Без сахара? — переспросила девушка за стойкой, не поднимая глаз.

Алексей поднял глаза. Медленно. Очень медленно.

— С сахаром, — отчётливо произнёс он, вкладывая в эти два слова всё своё доверие к человечеству.

— Хорошо, — кивнула она.

Через минуту он держал стакан без сахара.

Он посмотрел на стакан.

Потом на девушку.

Потом снова на стакан.

— Это эксперимент? — спросил он устало. — Проверка на устойчивость психики?

— Я могу переделать, — предложила девушка.

Алексей посмотрел на часы.

До показа оставалось шесть минут.

Дом — в десяти.

Реальность — в бесконечности.

— Не надо, — сказал он. — Пусть так. Я люблю жить опасно.

Он сделал глоток.

Горячо.

Горько.

Как жизнь.

Кофе обжёг язык, и Алексей на секунду представил, как пишет жалобу во Вселенную: «Прошу вернуть мне утро. Утро не соответствует описанию».

Он выбежал обратно к машине, едва не столкнувшись с мужчиной, который нёс коробку с надписью «ХРУПКОЕ». Мужчина нёс её так, будто внутри была не посуда, а его самооценка.

— Осторожнее! — возмутился мужчина.

— Я тоже, — кивнул Алексей. — Я тоже хрупкий.

Он прыгнул в машину, завёл двигатель и в тот же момент услышал короткий, но очень неприятный звук — как будто кто-то поцарапал судьбу.

На панели мигнула лампочка топлива.

— Ну конечно, — сказал Алексей. — А почему бы и нет.

Деньги.

Мысль о деньгах крутилась в голове постоянно, как навязчивая мелодия.

Сколько? Когда? Хватит ли?

Он был риелтором. Не звездой рынка. Не легендой.

Просто нормальным. Среднего пошива.

Тем, кто продаёт квартиры, но не продаёт душу.

Звёзд с неба он не хватал.

Зато постоянно хватал головную боль.

В хорошем месяце у него бывало так: сделки идут, клиенты улыбаются, комиссия капает, и ты почти веришь, что ты — человек. В плохом месяце ты становишься философом поневоле и начинаешь рассуждать о смысле жизни у кассы в супермаркете.

Сегодня было утро плохого месяца.

И самое обидное — Алексей пытался исправиться. Правда пытался.

Он порывался на тренинги: «финансовая грамотность», «продажи без стресса», «привлечение клиентов силой мысли». Он даже однажды купил курс «как стать успешным за 21 день» и бросил на шестой, потому что на седьмой нужно было вставать в шесть утра и вести дневник благодарности.

Дневник благодарности, по его мнению, был последним ударом по здравому смыслу.

— Я благодарен, что у меня есть руки, — бурчал он тогда, — чтобы держать телефон, который приносит мне стресс.

Впрочем, он не был неудачником. Он был быстрым. Очень быстрым. Слишком быстрым для длинных дисциплин. Ему хотелось всё и сразу, как ребёнку в магазине игрушек: «Вот это! И вот это! И чтобы бесплатно!»

Пока он думал об этом, город думал о нём иначе — как о ещё одном объекте для испытаний.

Навигатор радостно предложил «объезд». Алексей свернул, и через двадцать секунд оказался в пробке, которая выглядела так, будто её строили специально для него.

— Отлично, — сказал он машине. — У тебя есть кнопка “верни меня в прошлое”? Нет? Тогда молчи.

Телефон снова вибрировал.

Клиент:

«Я не понял. Вы вообще серьёзный человек?»

Алексей вдохнул. Выдохнул. И вырулил так, будто спасал не сделку, а свою репутацию перед мамой.

— Конечно серьёзный, — пробормотал он. — Я просто живу в несерьёзном городе.

Дом встретил его знакомым подъездом — с запахом старой краски, кошачьего корма и чьей-то жизни, явно сложившейся лучше, чем его собственная.

Клиент уже ждал. Конечно, ждал.

Такой тип людей всегда ждёт в позе “я тут главный”: плечи назад, подбородок вперёд, губы тонкой линией. У них даже молчание звучит как претензия.

— Вы опоздали, — сообщил он тоном человека, который опоздание переживёт, но не простит.