Катастрофа чувственности

Глава 1. Рукопись, которая пахла дождем и дедлайном

Вера Милова редактировала любовные романы уже одиннадцать лет и, как ей казалось, давно перестала верить в любовь.

Вы можете подумать, что она пережила болезненное расставание или роман с женатым психотерапевтом, но нет. Причина ее душевного недуга была исключительно профессиональной. Дело вовсе не в том, что реальные мужчины проигрывали книжным красавцам, нет. Они казались Вере до банального плохо написанными: противоречили себе, путались в мотивах и проявляли любовь мелочами, которые легко было принять за отсутствие сюжета.

В половине третьего ночи ей прислали новую рукопись. Письмо от главного редактора состояло из одной строки:

«К утру надо посмотреть и прислать правки. Автор важный».

К письму был прикреплен файл:

КАТАСТРОФА ЧУВСТВЕННОСТИ_ФИНАЛ_НОВЫЙ_ТОЧНОФИНАЛ_3.docx

Автор скрывался под псевдонимом Леди Миледи. Вера открыла документ.

«Она стояла у окна, укутавшись мыслями в алый закат».

Вера закрыла документ. Потом снова открыла.

И поставила комментарий: «Мысли не являются текстильным изделием».

Дальше солнце оказалось красным, как вина признаний, волосы героини рассыпались янтарным водопадом, а ветер замер, боясь спугнуть святую минуту женственности.

Вера написала: «Ветер не обладает религиозными чувствами».

На третьей странице появился он. Кассиан Блэк.

Тридцать два года. Миллиардер. Герцог. Владелец международной корпорации, тайного ордена, старинного замка и такого количества детских травм, что для их хранения требовался отдельный дата-центр.

Его скулы были острыми, взгляд – тяжелым. Его прошлое было темным, и одевался он исключительно в темное. Темные глаза и темные волосы эффектно дополняли темноту его души.

– Ты принадлежишь мне, – сказал Кассиан на шестой странице.

– Нет, – ответила героиня.

Вера потерла лицо. За окном начиналась гроза. Капли ударяли по стеклу с нарастающим драматизмом, поддерживая жанр.

Она дошла до сцены, где Кассиан прижал героиню к стене.

– Ты боишься меня? – спросил он.

– Нет, – солгала она.

«Почему они всегда врут?» – написала Вера в комментарии. «Скажи: да, боюсь. Ты вооруженный психопат, который проник ко мне в спальню».

Молния ударила где-то совсем рядом. Вера вздрогнула, экран мигнул. Буквы перед глазами поплыли, сложились в спираль, и из лэптопа поднялся ветер. В ноздри ударил запах роз, крови и опасности.

Вера едва успела подумать, что напрасно выпила три чашки кофе с сахаром, как мир перевернулся. Она падала сквозь строки, абзацы и бесконечные описания мужских челюстей. Мимо пролетали алые закаты, черные автомобили, лошади, шелковые простыни и женщины, прикусывающие губы.

Вера попыталась закричать, но ей в рот залетела какая-то неудачная метафора, а затем она рухнула на мокрую траву.

Над ней возвышался готический замок. В его многочисленных окнах горели свечи. По небу летели вороны, хотя была ночь и им давно полагалось спать.

Вера поднялась. На ней было идеальное белое платье в пол. Ее рыжие волосы доходили до талии. Грудь стала как в двадцать и на размер больше. Талия – тончайшей. А глаза, судя по отражению в луже, приобрели редкий оттенок штормового океана перед концом света.

– Вот блин, – сказала Вера.

Гром раскатился по небу.

– Леди не выражаются. – Прозвучал глубокий мужской голос из темноты.

Вера обернулась. На дороге стоял черный конь. На коне сидел черный мужчина. То есть мужчина был светлокожим, но все остальное у него оказалось темным: волосы, одежда, перчатки, настроение и, однозначно, прошлое.

Он посмотрел на нее сверху вниз. О его скулы действительно можно было заточить меч. Вера узнала его сразу. Кассиан Блэк. Самый опасный мужчина королевства. Герцог. Миллиардер в мире, где еще не изобрели центральное отопление. Владелец половины континента и всей сюжетной недвижимости.

– Наконец-то, – произнес он. – Я нашел тебя.

– А я, кажется, потеряла сознание, – ответила Вера.

Кассиан спешился и медленно пошел к ней. Каждый его шаг сопровождался ударом грома.

– Ты не знаешь, кто я?

– Еще как знаю. Ты ходячее нарушение личных границ.

Он остановился. В его глазах мелькнуло что-то человеческое. Испуг? Кассиан приблизился и очень тихо спросил:

– Ты тоже слышишь рассказчика?

Внезапно, непонятно откуда, раздался голос:

Их взгляды встретились, и время остановилось.

Вера посмотрела на Кассиана. Кассиан посмотрел на Веру. Время действительно остановилось. Капли дождя зависли в воздухе. Конь замер с открытым ртом. Молния застыла в небе, не закончив движение.

– Слышу, – сказала Вера.

Кассиан закрыл глаза.

– Черт.

Время снова пошло. Конь закрыл рот. Молния ударила в дуб. Дуб загорелся. Так началась великая история любви.

Хотя оба ее участника были категорически против.

Глава 2. Самый опасный мужчина во всех налоговых юрисдикциях

Кассиан привез Веру в замок. Другого варианта сюжет не предоставил.

Стоило Вере сказать, что она никуда с незнакомым мужчиной не поедет, как из леса появились волки. Когда Вера решила идти пешком в другую сторону, платье зацепилось за корень, и рассказчик сообщил:

Судьба сама бросила ее в его объятия.

– Я споткнулась, – возразила Вера, оказавшись на руках у Кассиана.

Ее тело доверилось ему раньше, чем разум.

– Мое тело хочет в травмпункт.

Кассиан посадил ее на коня. Сам сел сзади.

– Как тебя зовут в реальности? – спросил он, когда замок показался за холмом.

– Вера.

– Здесь ты Аврора де Лакруа.

– Конечно. Машей меня назвать было нельзя.

– Я Кассиан.

– А в реальности?

Он помолчал.

– Кассиан.

– Родители сразу поняли, что ты будешь идеальным темным лордом?

– Я родился здесь. И я – герцог.

Вера повернулась к нему.

– Ты персонаж?

Его лицо стало каменным. Где-то вдалеке завыла одинокая виолончель, хотя музыкантов поблизости не наблюдалось.

– Я живу в этой истории тридцать два года, – сказал Кассиан. – Из них пятнадцать пытаюсь выбраться.

– Почему пятнадцать?

– До семнадцати лет я был занят детской травмой.

– Какой именно?

– Пока не знаю. Она раскрывается ближе к финалу.

Замок встретил их сотнями свечей и множеством слуг. Им на встречу семенящей походкой вышла пожилая женщина в строгом сером платье.

– Леди Аврора, – произнесла она. – Меня зовут Агата, я ваша служанка и источник всей необходимой информации.

– Очень удобно.

– Вы сирота.

– Разумеется.

– Ваш отец погиб при загадочных обстоятельствах.

– А мать?

– Умерла при родах.

Агата провела Веру в спальню. Комната оказалась размером с небольшой супермаркет. На кровати лежала алая роза.

– Снимите мокрое платье, – сказала Агата. – Герцог скоро придет.

– Зачем?

– Прижать вас к стене.

– Он уже делал это в рукописи.

– Первая сцена была ознакомительной.

Вера развернулась к Кассиану, стоявшему в дверях.

– Ты действительно собираешься меня прижимать?

– Если не прижму я, сюжет пришлет кого-нибудь хуже.

– Кого?

В коридоре послышался тяжелый топот.

– Его сводного брата. – Побледнела Агата.

Дверь распахнулась. На пороге возник мужчина с длинными белыми волосами и шрамом через лицо. Его рубашка распахнулась под натиском сквозняка, обнажая торс.

– Аврора, – прорычал он. – Ты стала еще прекраснее.

– Мы знакомы?

– Нет. Но я одержим тобой с детства.

Кассиан молча закрыл перед ним дверь.

– Это Люциан, – объяснил он. – Мой брат, враг, правая рука и предполагаемый злодей.

–Почему предполагаемый?

– Автор еще не решил, кто из нас опаснее и сексуальнее.

Из-за двери донеслось:

– Я все слышу!

Кассиан запер замок. Агата достала из шкафа шелковый халат.

– Запомните главное, – сказала она Вере. – Здесь нельзя надолго избегать сюжетных событий. История начинает защищаться.

– Как?

– Портится погода. Вас похищают. Или кто-нибудь оказывается вашим родственником.

– А если выполнить все события?

– Роман закончится.

– И мы выберемся?

Агата опустила глаза.

– Возможно.

– Это звучит неубедительно.

– Других вариантов у нас нет.

Кассиан подошел к окну.

– Чтобы сбежать отсюда, надо добраться до последней сцены.

– До поцелуя на фоне дождя?

– До него.

– И сколько страниц?

– Триста девяносто две.

Вера села на кровать.

– Хорошо, – сказала она. – Мы идем по сюжету. Но без этой чуши про подчинение и предательство тела.

Кассиан повернулся.

– Ты не понимаешь. Рассказчик управляет не только событиями. Он управляет ощущениями.

Как по команде, воздух между ними стал тяжелее. Огонь в камине вспыхнул. Кассиан сделал шаг к Вере. Она, к своему удивлению, почувствовала жар, внезапную слабость в коленях и сильное желание обратить внимание на его губы.

– Прекрати, – сказала она.

– Я ничего не делаю.

Она ненавидела его. Так сильно, что это почти напоминало любовь.

– Нет, не напоминало, – процедила Вера.

Кассиан поднял руку и коснулся ее щеки. В его глазах стояло искреннее отвращение к происходящему.

– Прости.

Его прикосновение обжигало кожу.

– У тебя руки холодные, – сообщила Вера.

Стены дрогнули. Рассказчику этот комментарий не понравился.

– Нам придется изображать роман, – сказал Кассиан. – Иначе история нас уничтожит.

– Тогда будем изображать плохо.

– Это может сработать.

Он наклонился к ней. Губы остановились возле ее уха.

– Завтра бал.

– Конечно.

– Там появится моя бывшая невеста.

– Разумеется.

– Потом на нас нападут.

– Какая насыщенная культурная программа.

Кассиан отстранился.

– И еще одно.

– Что?

– В этой комнате только одна кровать.

Вера посмотрела на гигантскую кровать. Потом на диван, на кресло, на соседнюю дверь, ведущую в другую спальню.

– Тут примерно десять мест для сна.

– Сюжет считает только кровать.

– Сюжет – идиот.

Где-то в небе возмущенно загремел гром.

Глава 3. Бал неизбежности

К балу Веру готовили шесть часов.

Ее купали в молоке, натирали маслами, затягивали в корсет. Платье выбрали красное, ведь красный символизировал страсть, опасность и скорое появление мужчины, который схватит героиню за локоть.

Он появился через три минуты, вошел без стука.

– Ты прекрасна, – произнес Кассиан.

– А ты невоспитан.

– Это часть образа.

– Образ можно дополнить закрытой дверью.

Кассиан вздохнул и вышел.

В бальном зале собралась вся аристократия королевства. Женщины оказались ослепительно красивыми, но холодными. Мужчины – богатыми, но безликими. Все одновременно повернулись к Вере.

Она не замечала, как прекрасна.

– Замечаю, – тихо сказала Вера. – Меня шесть часов собирали.

Музыка стихла. По лестнице спустилась высокая брюнетка в серебряном платье. Серафина Морвейн. Бывшая невеста Кассиана.

Ее лицо было идеально, но сердце вдребезги разбито.

– Так это и есть ваша новая игрушка? – спросила Серафина.

– Я редактор, – ответила Вера.

– Что?

– Игрушка сказала, что у нее есть профессия.

Серафина подняла подбородок.

– Вы не принадлежите нашему миру.

– Наконец-то кто-то заметил.

– Кассиану быстро надоест ваша наивность.

– Надеюсь. Я хочу домой.

По залу прошел шепот.

Серафина растерялась. В рукописи героиня должна была побледнеть, выбежать в сад и заплакать возле фонтана.

Вера взяла с подноса пирожное.

– Ты должна уйти, – прошептал Кассиан. – Сейчас сцена ревности.

– Я голодная.

– Вера.

– Я шесть часов была без еды, потому что у героинь, видимо, отсутствует пищеварительная система.

Рассказчик попытался вмешаться.

Слова Серафины ранили ее сильнее кинжала.

– Нет.

Сердце Авроры сжалось.

– Нет.

Глаза наполнились слезами.

Вера взяла второе пирожное.

– Просто корсет очень тугой.

Люстры задрожали. В дальней части зала лопнул бокал. Серафина побледнела.

– Что происходит?

– Автор теряет контроль, – ответил Кассиан.

И тогда двери распахнулись. В зал ворвались люди в масках.

– Всем оставаться на местах! – крикнул предводитель. – Мы пришли за леди Авророй!

– Видишь? – сказал Кассиан. – Когда ты отказываешься плакать, тебя похищают.

Предводитель схватил Веру за руку, но Кассиан мгновенно оказался рядом. Его лицо изменилось: привычная скука исчезла, а в глазах появилась настоящая ярость.

Он ударил нападавшего. Мужчина обмяк еще до того, как рухнул на пол. Кассиан закрыл Веру собой.

– За мной.

Они двинулись через зал. Кассиан отбивал удары, Вера подбирала с пола все, что можно было использовать как оружие. В какой-то момент ей достался серебряный канделябр.

– Я умею сражаться, – сказала она.

– Как так?

– Одиннадцать лет работаю с авторами.

Люциан прыгнул с балкона, приземлился на стол и разметал троих нападавших.

– Аврора! – закричал он. – Я спасу тебя!

– Кассиан уже спасает!

– Тогда я спасу тебя эффектнее!

Он сорвал со стены меч. Меч оказался декоративным и согнулся после первого удара.

– Проклятые бюджетные ограничения! – рявкнул Люциан.

Кассиан вывел Веру в сад. Дождь начался мгновенно. Они укрылись в беседке. Кассиан проверил ее руки, лицо, плечи.

– Ты ранена?

– Нет.

– Уверена?

– Да.

– Тогда придется что-нибудь придумать.

– Зачем?

Лишь теперь она заметила кровь на своем платье.

На красной ткани проступило темное пятно.

– Это не моя кровь, – сказала Вера.

Рассказчик промолчал. Лишь теперь она заметила тонкий порез на своей ладони. Кожа на руке сама разошлась.

– Ах ты сволочь, – сказала Вера в небо.

Кассиан разорвал рубашку.

– У тебя есть платок.

– Рубашка драматичнее.

Он перевязал ей ладонь. Вера посмотрела на его обнаженную грудь, и ее глаза расширились при виде грубых рубцов: один уходил под ребра, другой стягивал кожу у плеча. Шутка про обязательную травму детства так и осталась у Веры на языке.

– Кто это сделал?

– Не знаю.

– Как можно не знать?

– Мое прошлое еще не написано.

Вера подняла на него глаза. Впервые ей стало не смешно.

– Я вытащу нас отсюда, – сказала она.

Он усмехнулся той самой врожденной усмешкой.

– Все героини так говорят.

– Я не героиня.

– Тогда кто ты?

Вера посмотрела на замок, над которым кружили вороны. На ливень, начавшийся по заказу. На собственную ладонь, которую сюжет порезал ради интимной сцены.

– Человек с доступом к правкам.

Глава 4. Одна кровать и двадцать проигнорированных диванов

После нападения Кассиан объявил, что для безопасности Вера должна спать в его комнате. Безопасность, как выяснилось, представляла собой огромную спальню, одну кровать и мужчину с голым торсом.

– Надень что-нибудь, – сказала Вера.

– Все мои рубашки загадочным образом исчезли.

– Сюжет?

– Сюжет.

Вера открыла шкаф: внутри висело несколько пар черных брюк, черные плащи и один кинжал. Сбоку лежало постельное белье. Вера взяла одеяло и направилась к дивану. Диван что-то прокряхтел, из него выскочила пружина. Она посмотрела на кресло. Кресло развалилось. Ковер возле камина внезапно оказался залит водой.

– Хорошо, – сказала Вера. – Я поняла.

Она легла на край кровати. Кассиан устроился на другом краю. Между ними оставалось пространство, на котором можно было положить еще три тела.

И все же его близость сводила ее с ума.

– Нет.

Она чувствовала жар его тела.

– Он лежит в трех метрах.

Матрас дернулся и резко сократился.

Вера скатилась прямо к Кассиану, стукнувшись о его грудь. Их лица оказались совсем близко.

Между ними осталось только дыхание.

– И отвратительная редактура, – добавила Вера.

Кассиан тихо рассмеялся.

– Ты умеешь это делать? – спросила Вера.

– Что?

– Смеяться.

– Иногда. Когда рассказчик не смотрит.

Они лежали рядом, глядя в потолок.

– Что ты помнишь о детстве? – спросила Вера.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.