Седьмая Свеча

Глава 1 Пепельная пещера

В Элмарине нельзя было доверять огню.

Он согревал руки, пока ты не замечал, как отдаёшь ему память.

Он освещал дорогу, пока не приводил туда, откуда никто не возвращался.

Он жил под кожей каждого человека — тонкой золотистой нитью возле сердца — и однажды обязательно требовал плату.

Я знала это с детства.

Знала, когда в семь лет нашла мать на кухне: она стояла у холодной печи, смотрела на свои ладони и не могла вспомнить, как зовут меня.

Знала, когда через год её кожа начала покрываться восковыми трещинами.

Знала в тот день, когда она застыла у окна, превратившись в прозрачную фигуру с маленьким фитилём в груди.

С тех пор я носила на шее её медный напёрсток.

Не потому, что он мог защитить меня.

А потому, что он был тяжёлым, настоящим и не позволял забыть: любой свет может кончиться.

Пепельная пещера пахла старым воском.

Запах был сладковатый, густой, с железной горечью под ним. Он лип к горлу. Оседал на ресницах. Казалось, если вдохнуть слишком глубоко, внутри лёгких останется тонкий жёлтый налёт.

Я шла уже второй час.

Фонарь висел у меня на поясе, но я не зажигала его. В темноте всё равно было светло: стены пещеры мерцали изнутри. Воск выступал из камня прозрачными прожилками, как застывшая кровь. Иногда он падал с потолка медленными тяжёлыми каплями.

Кап.

Кап.

Кап.

Я старалась не думать, откуда воск берётся.

В старых землях лучше не задавать вопросы, если надеешься вернуться домой с ответами, а не стать ими.

У меня за спиной скрипнул камень.

Я замерла.

В пещере снова капнул воск.

Потом ещё раз.

Никого.

Я медленно положила ладонь на рукоять ножа.

— Если ты живой, — сказала я в темноту, — покажись.

Ответа не было.

— Если мёртвый, тоже покажись. Мне проще, когда я знаю, с кем разговариваю.

Тишина.

Я сделала ещё три шага.

Под подошвой хрустнуло.

Не камень.

Кость.

Я опустила взгляд.

На полу лежала рука. Только рука, покрытая серым воском. Пальцы были вытянуты в сторону глубины пещеры, словно человек до последнего пытался ползти.

На среднем пальце темнел перстень с гербом Дома Соррель: паук, опутавший свечу.

Я выругалась.

Охотник за воском.

Значит, я была не первой.

И не единственной, кто услышал слух о чистом источнике под пепельными холмами.

Я присела возле руки, не касаясь её.

Фитиль между костяшками давно погас. Человек истлел. Память ушла.

Но воск рядом с ним оставался свежим.

Слишком свежим.

Я поднялась и пошла быстрее. Коридор сузился. Камень царапал плечи, под ногами хлюпала тёплая восковая вода. Потом стены разошлись, и я вышла в огромный зал.

Потолка я не увидела.

Он растворялся во тьме, где мерцали тысячи тонких огней. Сначала я приняла их за капли воска. Потом поняла, что это свечи.

Они торчали из каменных стен.

Из пола.

Из чёрной воды.

Тысячи свечей.

Большинство давно погасло. Их фитили были чёрными и скрученными. Некоторые тлели слабым синим светом. И только одна горела ровно, спокойно, золотым пламенем.

Она стояла на маленьком каменном островке посреди воскового озера.

Я сразу поняла, что должна уйти.

Никто не находит то, что ищет, в таких местах.

Никто не выходит целым после того, как судьба становится слишком щедрой.

Но огонь был чистым.

Не синим, не красноватым, не больным. Настоящим золотым огнём — таким, каким, по словам стариков, горело солнце до проклятия.

Я сделала шаг к воде.

Воск у берега дрогнул.

Из него поднялась фигура.

Сначала — плечи.

Потом голова.

Лицо было закрыто маской из белого воска. На груди тлел погасший фитиль.

— Не подходи, — сказала я.

Фигура не ответила.

Она двинулась ко мне.

Воск стекал с её рук.

Я вытащила нож.

— Я предупредила.

Существо протянуло ко мне ладонь.

На ней лежала маленькая монета.

Семь лучей.

Королевский знак.

Я не взяла её.

— Что тебе нужно?

Маска повернулась в сторону свечи.

Потом фигура ударила ладонью по воде.

Восковое озеро взметнулось.

Я прыгнула назад, но поздно.

Вязкая волна схватила меня за ноги и потащила к островку. Нож выскользнул из руки. Я попыталась ухватиться за камень, но пальцы скользнули по тёплой массе.

— Нет!

Воск дошёл до пояса.

Стал тянуть глубже.

Я почувствовала, как пламя под моей кожей дрогнуло.

Не от холода.

От страха.

И тогда свеча заговорила.

Голос прозвучал не в пещере.

Он вспыхнул у меня в голове — тихий, женский, усталый.

— Мира Эллен.

Я перестала бороться.

Не потому, что доверяла голосу.

Потому, что никто не произносил моё имя так, словно помнил его раньше меня.

— Кто ты? — прошептала я.

Золотой огонь качнулся.

— Та, кого они хотят разбудить.

Воск отпустил меня.

Я упала на каменный островок, тяжело дыша. Свеча стояла передо мной — тонкая, белая, с потёками старого воска у основания.

На ней не было герба.

Но вокруг фитиля темнела выжженная надпись.

Седьмая свеча Вороньего трона.

Я протянула руку.

Огонь не обжёг меня.

Он лёг на ладонь тёплым светом.

И в тот же миг где-то далеко, за пепельными холмами, раздался звук.

Тяжёлый.

Металлический.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.