Там, где обитает Зверь

Глава 1. Задание

(Хантер Рид)

Мелкий моросящий дождь в столице не прекращался уже несколько месяцев. Он не смывал грязь с улиц, а лишь размазывал её по булыжникам, превращая всё вокруг в серую жидкую кашу. Она мерзко чвакала под ногами, словно я шёл не по центральной мостовой, а по самому настоящему болоту.

В конце улицы показалось старинное здание из серого камня с высокими шпилями. Там располагалось Министерство Порядка. Увидев его, я подумал, что ещё немного и свободен. Мне осталась лишь формальность. Сдать отчёты. А потом... потом я закрою дверь своего дома, налью чего покрепче, и наконец позволю себе не думать. Буду сидеть и вспоминать её улыбку... Пока хватит сил.

С этой мыслью я стянул с головы капюшон, поднялся по ступеням и остановился перед входом. Двери высотой в три человеческих роста, вечно закрытые для простых смертных, бесшумно открылись, приглашая войти внутрь.

В холле, как всегда, стоял особенный запах. Смесь камня и масла от ламп.

Я направился дальше. Шпоры на моих сапогах позвякивали, а эхо шагов разносилось по коридору под высокими сводами, украшенными фресками с изображениями побед Инквизиции над злыми силами.

Молча я шёл вглубь. Меня никто не остановил. Мой тёмно-серый плащ без каких-либо отличий и серебряная булавка в виде креста и меча были пропуском везде, даже в самые верхние кабинеты. И как раз в один из них я сегодня и направлялся.

Длинный коридор, освещённый магическими сферами в бронзовых подсвечниках, вёл к дубовым дверям с резным гербом империи. Я не стал стучать. Секретарь-клерк, бледный юноша лишь кивнул, подтверждая, что меня ждут.

Кабинет магистра Родерика небольшой и начисто лишён показного величия. Огромный дубовый стол, заваленный кипами пергаментов и свитков. Стеллажи, до потолка уставленные кожаными фолиантами. И один портрет сурового старика с пронзительным взглядом основателя Инквизиции.

Магистр Родерик не поднял головы, когда я вошёл. Он что-то писал. Его перо быстро скользило по листу бумаги.

Я остановился в трёх шагах от его стола. Снял плащ и перекинул его через локоть. Я ждал, стоя по стойке смирно, чувствуя, как капли воды медленно стекают с волос прямо за воротник моего мундира.

Наконец, магистр отложил перо и взглянул на меня. На его морщинистом лице ни тени приветливой улыбки, только привычная усталость.

— Хантер Рид, ты потратил на отчёт по контрабанде артефактов неделю. Не похоже на тебя. Надеюсь, ты его закрыл.

— Закрыл, магистр, — ответил я. — Сеть распутана, артефакты изъяты и опечатаны в хранилище третьего уровня. Контрабандисты задержаны и ожидают суда.

— Молодец. Без лишнего шума.— Он откинулся на спинку кресла, и оно жалобно скрипнуло. — Это хорошо.

— Магистр, мне нужен отдых, — сказал я.

— Отдых... — повторил Родерик. — Я всё понимаю, Хантер и соболезную твоей утрате, но отдых тебе не светит. Есть новое дело.

— Мои квоты выполнены с превышением, — сухо ответил я. — В архивах полно инквизиторов, поручите им.

— Это приказ, Хантер, — стальным тоном произнёс он. — На этот раз особое дело. Такое, где шумиха недопустима в принципе. Но и подход требуется особенный.

— Магистр...

— Взгляни! — перебил он и потянулся к одному из ящиков стола.

Он вытащил узкий кейс из тёмного дерева, но запечатанный не сургучом, а серебряной печатью в виде креста и меча. Печать инквизиции высшего приоритета, сдерживающая не только информацию, но и некую… ауру угрозы.

— Графство Блэквуд, — произнёс Родерик, не отрывая взгляда от кейса. — Самое отдалённое графство на северо-восточных рубежах. Болота, леса и туманы, которые, как говорят, могут свести с ума. А теперь к этому добавилось кое-что ещё.

Он прикоснулся пальцем к печати, и та развеялась. Крышка кейса откинулась.

Я не стал тянуться в попытке рассмотреть содержимое.

— За последние полгода, — продолжил магистр, — пропало семеро. Их не просто убили, Хантер. Их… разобрали. А останки раскидали по всей округе.

Он достал из кейса зарисовки, выполненные полевым клерком, и протянул мне. Я взглянул на них. Холодные чёткие линии делали изображённое ещё более пугающим.

— Местный шериф безнадёжен. Граф Дуглас Блэквуд, по нашим сведениям, предпочитает делать вид, что ничего не происходит, списывая всё на волков и суеверия. Народ, естественно, шепчется о проклятиях, болотных духах и прочей нечисти. — Магистр посмотрел на меня поверх сложенных рук.— Но мы с тобой знаем, Хантер, что за суевериями часто прячутся вполне обычные, хотя и отвратительные, преступления. А иногда… иногда и не совсем обычные. Именно поэтому я вызвал тебя. Мне нужен человек с абсолютно холодной головой. С даром видеть узор там, где другие видят лишь хаос. С умением читать следы не только на земле, но и в магии. Мне нужен твой дар.

Он сделал паузу.

— Задание простое. Поезжай в графство Блэквуд. Поймай того, кто это делает. Установи мотив, метод, личность. Живого или мёртвого, как позволят обстоятельства и степень угрозы. Но этот… этот цирк, — он ткнул пальцем в зарисовки, — нужно остановить. Полностью и навсегда. Императора не устраивает, когда на окраинах его империи начинают безнаказанно играть в столь изощрённые игры со смертью. Это подрывает сам принцип порядка.

Внутри всё вскипело в большей степени от ярости. Я для магистра всего лишь инструмент. А инструменту не положен траур.

— Я устал.

— Хантер, поверь, это дело поможет тебе отвлечься. Или ты предпочитаешь, чтобы я отправил тебя на принудительный осмотр к придворным целителям? Они любят копаться в головах. Особенно в повреждённых.

Осмотр целителями… Да чтоб тебя! Они же вывернут душу наизнанку. А потом спишут, как эмоционально нестабильную единицу.

— Хорошо, ваша взяла, — кивнул я, мысленно прикидывая с чего начну. — Какие ресурсы? Поддержка на месте?

— Формально… полная поддержка. Указ с печатью министра. Но фактически... Я бы не рассчитывал ни на кого, кроме себя. Местная стража, скорее всего, куплена или запугана. Граф, по моим подозрениям, что-то знает, но молчит. Народ побоится говорить. Ты будешь там чужаком. Нежеланным гостем, который приехал ворошить болото, в прямом и переносном смысле.

Он закрыл кейс.

— Справишься?

Он знал, что я справлюсь. Иначе бы не вызвал.

— Справлюсь. Выясню истину.

— Истина, — он усмехнулся. — Да. Найди её. Но будь осторожен. Места там… старые. И тёмные.

Я взял кейс. Печать исчезла, но ощущение тяжёлой и липкой угрозы, исходящей от этих документов, осталось.

— Когда выезжать? — спросил я, хотя ответ был уже ясен.

— Завтра в полдень. Порталом Центрального узла. Там имеется стабильный выход к городку Сальтемар. Оттуда до поместья Блэквудов пара часов верховой езды по сносной дороге. Быстро и эффективно.

Я медленно кивнул, представляя в голове карту графства. Городок Сальтемар... Который, несомненно, контролирует графская стража. Меня тут же встретят, разместят и с первой же минуты окружат назойливой заботой, пусть и в вежливой форме.

«Быстро и эффективно» для отчёта. Но абсолютно бесполезно для расследования.

— Магистр, я воспользуюсь правом выбора маршрута.

Родерик нахмурился.

— Портальные арки надёжны. Это самый безопасный и быстрый путь.

— Именно поэтому я им не воспользуюсь, — твёрдо ответил я. — Если в графстве существует заговор молчания, о котором вы подозреваете, то первое, что сделают местные власти это встретят и изолируют официального инквизитора. Я увижу только то, что мне позволят увидеть. Услышу только отрепетированные речи.

Магистр заинтересованно склонил голову набок, и я продолжил.

— Мне нужна тень, магистр. Не чиновник, вышедший из портальной арки. Мне нужна непроверенная дорога и лишние пару дней пути. Мне нужно прибыть в Сальтемар со стороны торговых троп, которые, судя по карте, уже должны размыть первые зимние дожди. Я вполне сойду за заурядного курьера, или странствующего мага-неудачника, или просто путника.

Родерик долго смотрел на меня, практически не мигая, о чём-то раздумывая. В его взгляде читалась внутренняя борьба: с одной стороны раздражение из‑за того, что я не подчинился прямому приказу, с другой профессиональное понимание ситуации.

— Это риск, — наконец произнёс он. — Дороги в тех краях это грязь по колено, а зимой ледяные ловушки. И люди там соответствующие.

— Риск учтён. Но он меньше риска войти в готовую клетку, даже если её называют гостеприимными покоями. Мне нужно увидеть графство глазами тех, кто в нём живёт и боится. А не глазами тех, кто им управляет и что-то скрывает.

В кабинете повисла тишина. А потом магистр тяжко вздохнул и устало потёр переносицу.

— Самостоятельность… — проворчал он. — Ладно. Твои методы приносили результаты. Спорить не буду. Но отчётность, Рид. Как ты будешь отчитываться? Мои люди не станут рыскать по просёлочным дорогам и искать тебя.

— Я выйду на связь как только сочту нужным.

Магистр кивнул не скрывая неодобрения. Но он понимал логику. Логику охотника, который знает: если приближаться с шумом, то вся дичь разбежится.

— Как хочешь. Но помни о сроках. Каждое новое полнолуние, судя по отчётности, может принести новую жертву. У тебя нет времени на долгие прогулки.

— Я это и учитываю, — сказал я, уже мысленно сверяя фазы луны с предполагаемым маршрутом. Пара дней в седле через осеннюю распутицу. И если повезёт, то до начала холодов. И к пику активности того, что бы там ни орудовало в лесах графства Блэквуд. — Разрешите идти, магистр?

Родерик махнул рукой.

— Иди. И, Хантер… — он посмотрел мне прямо в глаза и на мгновение в его взгляде отразилось беспокойство. — Не увязни там. В прямом смысле...

Дорогие читатели,

если вы готовы к тому, что счастье бывает коротким, но от этого не менее настоящим, если готовы плакать, терять и любить, тогда эта история для вас.

Приятного чтения!

Глава 2. Добро пожаловать в Сальтемар

(Хантер Рид)

Дорога в богом забытое место, рассчитанная на пару дней, заняла больше недели. Стоило мне углубиться на северо-восток империи, как цивилизация отступила, словно прилив, оставив после себя ухабистые колеи среди чахлых и кривых сосен.

Да и погода подвела. На подъезде к границам графства Блэквуд пришла зима и обосновалась со всей суровостью. Буквально за один день воздух стал холодным, пропитанным запахом гниющих водорослей и промёрзшего торфа.

Верховые болота, жёлтые и безжизненные, раскинулись до самого горизонта. Казалось, что они дышат. Да, именно дышат, выпуская из недр стылый молочный туман, который цеплялся за кожу, за одежду и окутывал сами мысли.

Грязь под копытами моего жеребца к вечеру хрустела ледяной коркой, напоминая, что под ней лишь трясина. Мне казалось, будто это место не просто негостеприимно. Оно враждебно. И оно наблюдает за мной.

В Сальтамар я прибыл под вечер, когда в окнах домов уже загорались тусклые огни. Мне нужны были не только горячая еда, ночлег и стойло для коня, но и информация. Свежие, неотфильтрованные слухи.

Я снял комнату в самой непрезентабельной таверне у въезда под названием «Заплутавший путник». Отогрелся у камина в общем зале, съел похлёбку, которая была скорее горячей, чем вкусной, и вышел побродить по засыпающим улицам.

Городок выглядел тихим. Пахло дымом и всё тем же вездесущим запахом болот, который ощущался здесь уже не так явно.

Мои попытки завести беседу у колодца или в кузнице наткнулись на глухую стену. Местные сперва осторожно разглядывали мой потрёпанный, но прочный плащ и рукоять шпаги, а затем и вовсе отводили взгляды.

На прямой вопрос о делах в Блэквудских окрестностях (так здесь называли владения графа) люди каменели. «Всё спокойно», «своих дел хватает», «не нашего ума дело». Ответы заучены, как молитва. Страх здесь был не истеричным, а глубоко въевшимся, словно он стал частью их натуры. Люди боялись... Но боялись не меня. Они боялись вообще что-либо говорить.

Для меня этого оказалось достаточно. На следующий день я привёл себя и снаряжение в порядок и направился в местное отделение шерифа, которое располагалось в убогом каменном строении с потрёпанной вывеской. Единственным намёком на казённое учреждение являлся светящийся шар в железной клетке, висевшей над входом. Свет артефакта едва теплился, словно он вот-вот испустит дух. Настоящая магия сюда не доходила.

Местный шериф, толстяк с заплывшими глазками по имени Уитлок, попытался было изобразить занятость. Но он так сильно побледнел, когда я молча положил на его стол свой инквизиторский значок и предписание с печатью магистра.

Полчаса напряжённого разговора в его кабинете подтвердили всё. Он беспомощен, запуган графом или кем-то ещё, а его так называемое расследование это пачка бумаг с записями «возможное нападение дикого зверя».

Я не стал его арестовывать. Бесполезно. Вместо этого я действовал быстро и жёстко. Под колокольный звон я собрал на площади всё более-менее значимое население Сальтемара, чтобы официально объявить о своём прибытии и взятии дел об убийствах людей под личный контроль Императорской Инквизиции.

Толпа на площади притихла, когда я поднимался по ступеням на деревянный помост. Я не стал кричать. В этом не было необходимости. Мой голос, поставленный годами, хорошо слышен и в шуме битвы, и в тишине зала суда.

Люди Сальтемара! начал я. С этого часа и до окончания моего расследования безопасность графства Блэквуд находится в ведении Императорской Инквизиции. Меня зовут Хантер Рид и я Вершитель Пятого Круга. И вот что отныне будет законом на этой земле.

Я сделал паузу, позволив словам немного повисеть в воздухе.

Первое. От заката и до рассвета на улицах, в полях и возле леса никого не должно быть. Комендантский час. Дом это ваша крепость, а дверь ваш щит. Нарушители будут задержаны как соучастники в делах, о которых вы все наслышаны.

Ропот пробежал по толпе. Но это не было похоже на возмущение, скорее понимание.

Второе, продолжил я. Лес и болота отныне запретная зона. Выход туда разрешён только группами не менее трёх вооружённых взрослых мужчин и с обязательным уведомлением шерифа. Одинокий путник не герой. Он мишень и потенциальная жертва. Я не позволю никому стать следующей находкой для воронов.

Я заметил, как несколько женщин судорожно схватились за сердце. По всей видимости, они уже представили себе кого-то из своих.

Третье. Вы глаза и уши друг друга. Если ваш сосед не вернулся домой, если вы увидели странный след, услышали подозрительный звук из леса, нашли что-то, чего там быть не должно, то у вас есть сутки. Не неделя, не месяц. Сутки. Чтобы сообщить об этом мне или шерифу. Молчание отныне будет расценено как укрывательство.

На мой взгляд, это самое жёсткое условие. Я лишал их возможности отвернуться и притвориться, что они ничего не заметили. Хотят они или нет, но им придётся участвовать.

И четвёртое, добавил я, любое противодействие, любая ложь, любая попытка скрыть или исказить информацию будет караться не как местное хулиганство. А как преступление против Империи, саботирующее расследование об убийствах. Вы ответите не перед своим шерифом, а перед императорским судом.

В чьихто взглядах я заметил облегчение, словно наконец-то кто-то взял на себя ответственность за решения. Но в других глазах читался ужас. И я вполне мог это понять. Ведь людям предстояло сделать тяжёлый выбор. Либо заговорить и разгневать неведомого, или промолчать и вызвать гнев Императора.

Шериф будет вести журнал уведомлений. Обо всех нарушениях сообщать ему. Он знает, где меня найти.

Ждать вопросов я не стал. Развернувшись, я сошёл с помоста. Толпа молча расступилась, пропуская меня вперёд.

Я прошёл мимо шерифа. Уитлок стоял белый как полотно, что совершенно неудивительно. Ведь только что его роль изменилась. Из пассивного наблюдателя он превратился в человека, которому предстояла самая тяжёлая работа во всём графстве.

Конь ждал меня у коновязи и нетерпеливо перебирал копытами. Он чуял моё напряжение. Я вскочил в седло и не оглядываясь на замершую площадь, пришпорил его. Копыта гулко застучали по булыжникам, вынося нас за городскую черту, на дорогу, ведущую прямиком к поместью Блэквудов.

С каждой милей воздух становился холоднее, а туман гуще. Дорога быстро превратилась в размытую колею среди чахлых елей и вереска. Туман здесь был не фоном, а субстанцией. Он лизал ноги коня, цеплялся за плащ, забивался в лёгкие влажным затхлым холодом.

Спустя некоторое время лес по сторонам дороги стал меняться. Редколесье постепенно превращалось в плотную стену искривлённых чёрных стволов, которые растворялись в молочной пелене. Вокруг царила мёртвая тишина. Не слышно ни птичьего щебета, ни треска веток. Только храп коня, стук копыт и моё собственное дыхание.

Я не пытался ехать быстро. Напротив, замедлил шаг, внимательно изучая местность. Здесь пахло гниющей древесиной, кислой болотной водой и ещё чем-то знакомым. Едва уловимый запах старой запёкшейся крови. Но это был не физический запах, а скорее его магический отголосок, который улавливал мой дар. Земля здесь помнила. И то, что она помнила, было тёмным.

Графское поместье возникло из пелены тумана внезапно, как самый настоящий кошмар. Мрачное и приземистое строение, словно нарост из тёмного камня на вершине холма...

Глава 3. Родовое поместье

(Хантер Рид)

Стража у ворот впустила меня без слов, проводив равнодушными взглядами. Казалось, будто они частенько видят таких как я, и все они бесследно исчезают в этих туманах.

На парадном крыльце меня встретил дворецкий. Он провёл в кабинет графа.

Хозяйский кабинет оказался просторным. В камине потрескивал огонь, но тепла от него не ощущалось. Он лишь подчёркивалась сырость каменных стен.

Граф Дуглас Блэквуд встал, чтобы поприветствовать меня. Это был крепкий мужчина лет пятидесяти. Волосы длинные с проседью, мягкими волнами падали на его плечи.

Господин Рид, произнёс он, вновь присаживаясь в своё кресло. Столица почтила нас вниманием. Формальности будут соблюдены. Кров, рапорты шерифа, проводники, если потребуется. Вам все предоставят.

Он даже не предложил мне сесть. А ещё он нервничал. Его пальцы, лежавшие на столе, отбивали медленный тревожный ритм.

Но позвольте дать вам совет, граф сделал паузу, и в его словах отчётливо ощущалось не предупреждение, а приказ. Народ здесь простой. Суеверный. Болота древние. В них водятся волки, и туман сбивает с пути. Случаются несчастья. Иногда лучше не будить спящих духов и не задавать им вопросов, на которые нет ответов.

Я посмотрел ему в глаза и мне показалось, что в глубине его тёмных глаз таилась вовсе не забота, а страх глубокий и давно укоренившийся.

Моя задача найти ответы, ваша светлость, сказал я, стараясь сохранять максимально нейтральный тон. Независимо от того, скрываются они в болотах, в лесу или в чьих-то намеренно закрытых комнатах.

Что-то промелькнуло в его взгляде. Вспышка гнева или отчаяния?

Но понять я не успел. В тот момент дверь распахнулась, впуская в кабинет поток холодного воздуха и её... Девушку лет двадцати трёх на вид, в тёмнозелёном платье, на фоне которого её рыжие волосы казались ярче пламени. В ушах сверкали изящные серебряные серьги с драгоценными камнями.

Мой взгляд скользнул ниже, к линии декольте. На её изящной шее висела простая серебряная подвеска в виде сухой корявой веточки. Эта безделушка резко контрастировала с её образом.

Отец, это невыносимо! её звонкий голос эхом разлетелся по всему дому. Сейчас я должна быть в Лоренфилде, а не сидеть здесь из-за какого-то придуманного кризиса!

Её взгляд скользнул по отцу и, наконец, остановился на мне. Она внимательно осмотрела меня с ног до головы, лишь слегка задержала его на шпаге и кожаной кобуре, из которой торчала рукоять револьвера, потом на скромном знаке Инквизиции на груди.

Я знал, кто она такая. В досье, которое передал мне магистр Родерик, было всего три строчки о семье графа. Первая это сам граф. Вторая: его сын и наследник Домьер Блэквуд капитан Императорской гвардии, который в настоящее время находился на границе. Человек с репутацией храбреца. И третья: Элеонора дочь графа.

Элеонора Блэквуд оказалась очень красивой. Однако её красота не затмевала присущего ей высокомерия.

И вот взглянув на неё сейчас, мой дар откликнулся. В Инквизиции мы называли это «чутьём на поток». Вокруг сильного мага воздух слегка дрожал, как над раскалёнными камнями. Вокруг новичка мерцали робкие искорки неконтролируемой силы. Вокруг графа Блэквуда я уже отметил пустоту, словно место, где должен бить родник, наглухо завалено камнями.

А она вокруг леди Блэквуд так же не было ничего. Совершенно ничего. Ни малейшей вибрации. Абсолютный вакуум. В мире, пропитанном магией, это так же заметно, как и чернильная клякса на белом листе.

Ааа... произнесла она и с таким презрением, что даже мне, видавшему виды, стало интересно. Тот самый столичный специалист. Приехал напугать наших крестьян байками о маньяках, чтобы с триумфом заявить, что во всём виноват взбесившийся скунс? Остроумно. Не требует излишних мозговых усилий.

Внутри что-то вспыхнуло. Но не гнев. Скорее раздражение.

Леди Блэквуд, я слегка склонил голову. Ваше понимание наших методов поражает. Жаль, что оно зиждется на предрассудках, а не на фактах. Что касается вашей поездки я перевёл взгляд на графа, давая понять, кто в этой ситуации главный и кто отдаёт приказы, то безопасность жителей графства, включая вас, является моим текущим приоритетом. Выше светских визитов.

Она вспыхнула, но не от смущения, а от ярости. Гнев буквально сжёг её надменную маску. В этот момент она стала понастоящему живой, опасной и неожиданно притягательной.

Безопасность? Или контроль? она сделала шаг ко мне, и я уловил лёгкий аромат ягод и трав. Вы хотите всех нас загнать в стойла, чтобы вам было удобнее выискивать своих демонов? Но я не какая-то селянка, чтобы бояться теней! Я знаю эти леса лучше любой залётной... ищейки!

Последнее слово она произнесла резко, словно метнула нож. Оно повисло между нами острое, взвешенное, явно сказанное с умыслом.

Я не смог сдержать улыбки, несмотря на мрачное настроение.

В моей практике, леди, именно тот, кто яростнее всех отрицает страх, чаще всего носит его в себе. Спрятанным очень глубоко. Ваша поездка отменена. Это не просьба. Это приказ Императора, которого я здесь представляю.

Я заметил, как её пальцы впились в платье, да так сильно, что костяшки побелели от напряжения. Взгляд графа метнулся от неё ко мне, но он промолчал.

А вот леди Элеонора выпрямилась и горделиво расправила плечи.

Чудесно, выдохнула она с ненавистью. Сидите здесь в своём воображаемом всеведении. Копайтесь в грязи и в чужих страхах. Но не рассчитывайте на моё содействие. И не смейте мне мешать жить. Я не намерена становиться разменной монетой в вашей жалкой охоте на ветряные мельницы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.