Операция Ы: сессия

ЗАПАДЛО

Сессия — это такое время, когда студент начинает верить в Бога, в карму и в то, что профессор Завальский — на самом деле рептилоид, который питается студенческими слезами.

До экзамена по физике — два дня. А точнее — сорок семь часов. Соня считала.

— У меня три хвоста, — сказала она мрачно. — Три. Я даже не знала, что можно столько всего завалить за один семестр.

Лёха сидел на подоконнике и крутил в руках зачётку. Вернее, то, что от неё осталось. Она выглядела так, будто её жевали и выплюнули. Несколько раз.

— Я её, кажется, в столовой забыл, — сказал он. — Или в деканате. Или... короче, она где-то есть.

— Найди. — Соня потёрла виски.

Макс лежал на кровати и смотрел в потолок. Он вообще не двигался последние полчаса. Может, час.

— Макс, ты живой? — спросила Алиса, которая сидела за столом и рисовала в конспекте профессора Завальского. Его портрет с рогами и хвостом. Получалось очень похоже. Особенно рога.

— Я думаю, — сказал Макс, не меняя позы.

— О чём?

— О том, успею ли я выучить физику за два дня, если начну прямо сейчас.

— И?

— Не успею.

Тишина.

— Завальский никого не щадит, — сказала Соня. — В прошлом году он завалил всю группу. Кроме одного парня, которого стошнило прямо на билет. Завальский проникся.

— И что? — спросил Лёха.

— Поставил ему тройку. За мужество. — Соня вздохнула. — Нам такое не светит. Мы не умеем эффектно блевать.

— Можем научиться, — предложил Макс.

Все посмотрели на него.

— Шучу, — сказал Макс и снова лёг.

Алиса закончила рисунок. Теперь у Завальского был не только хвост, но и копыта. И очень злые глаза. Хотя глаза у него и так злые.

— Ребята, — сказал Лёха и спрыгнул с подоконника. Он подошёл к шкафу и открыл дверцу. — А давайте...

— Нет, — сказала Соня.

— Но мы же не...

— Нет.

— Слушай, дай договорить! Я просто предлагаю вспомнить, что у нас есть один...

— ЛЁША, НЕТ.

Макс сел на кровати. Первый раз за час он проявил признаки жизни.

— Она права, — сказал он. — Мы обещали больше не трогать эту штуку.

Лёха выдохнул. Потом посмотрел на шкаф. Потом снова на ребят.

— Ладно, — сказал он. — Но вы понимаете, что без него мы все умрём? Завальский нас убьёт. Не в переносном смысле. В прямом.

— Он преподаёт физику, а не биологию, — заметила Алиса.

— Он найдёт способ.

Соня вздохнула. Она тоже посмотрела на шкаф. Потом на зачётку с хвостами. Потом на Лёху с его потерянной зачёткой. Потом на Макса, который снова лёг.

— Хорошо, — сказала она. — Но я хочу, чтобы все понимали: эта идея — самая дурацкая, которая у нас когда-либо была.

— А как же та история с текилой и кроликом? — спросил Лёха.

— Эта — вторая по дурости, — поправилась Соня.

Лёха подошёл к шкафу. Открыл дверцу. Внутри, на полке между старыми носками и пыльным учебником по высшей математике, стоял он.

Будильник.

Обычный такой. Металлический. С двумя колокольчиками сверху и молоточком между ними. На циферблате стрелки замерли на каком-то странном времени. Ладно, не будем о том, что это были за цифры.

— Просто поставим его на нужное время, — сказал Лёха. — И он перенесёт нас туда, куда надо.

— А ты знаешь, куда надо? — спросила Соня.

— На лекцию Завальского, — сказал Лёха. — Только... раньше. Чтобы мы могли записать материал! Ну или хотя бы подсмотреть ответы на билеты!

Соня закатила глаза.

— Ты серьёзно думаешь, что это сработает?

— Ну а чо? — Лёха пожал плечами. — Он же перенёс нас в прошлый раз, когда мы не просили. Теперь попросим по-хорошему.

Он потянулся к будильнику.

И в этот момент будильник сам два раза щёлкнул.

Алиса подняла бровь.

— Он что... сам включился?

— Нет, — сказал Лёха. — Он... он просто тикает. Наверное.

Будильник щёлкнул ещё раз. Потом ещё.

А потом стрелки на циферблате начали вращаться. Сначала медленно. Потом быстрее. Быстрее. Быстрее.

— Ребята, — сказал Макс. — Мне кажется, он уже не спрашивает.

Комната начала расплываться. Краски потекли, как акварель под дождём. Алиса на автомате схватила свой блокнот. Макс — подушку. Соня — зачётку. Лёха — зачем-то будильник, хотя это была не его идея.

— ААААА! — заорала Алиса.

— НЕ ОРИ! — заорала Соня.

— Я НЕ ОРУ, ЭТО ОН ОРЁТ! — заорал Лёха.

Будильник не орал. Но звук у него был такой, как будто где-то рядом взлетал реактивный самолёт. Или трактор.

Комната исчезла полностью. Вокруг было какое-то белое свечение. Вроде бы прошло три секунды. А может, три часа. А может, триста лет.

— Народ, — сказал Макс спокойно. — Кажется, мы приехали.