Сад из чужих тайн
Валерия Таршилова
Сад из чужих тайн
Сад из чужих тайн
Все победы свои, я тебе посвящаю
2026
Глава 1. «Ночь, когда умер Валериан Вейн»
К тому времени, когда часы в гостиной пробили двенадцать, Валериан Вейн был уже мертв. Он лежал на белом мраморном полу собственной кухни, нелепо раскинув руки, словно человек, который слишком поздно вспомнил, что хотел обнять весь мир. Кровь медленно растекалась под его головой, она казалась почти черной в полумраке.
В городе Бельмонт было приятно считать, что неприятности случаются где угодно, только не здесь. Это было очень удобное убеждение. Оно позволяло дамам в шелковых платьях обсуждать чужие разводы за воскресным ланчем, мужчинам в бузпречных пиджаках- говорить о благотворительности, не вспоминая откуда взялись эти деньги, а детям- расти в уверенности, что взрослые действительно знают, что делают. Дома здесь стояли так близко друг к другу, что соседи могли слышать, как по утрам звенит фарфор в столовой. И так далеко, чтобы никто не слышал криков. Особенно по ночам.
Дом Вейнов был одним из самых красивых. Трёхэтажный, белокаменный, с черными ставнями и балконами, оплетенными розами. Перед входом рости два старых кипариса, подстриженных в форме свечей. На подъездной дорожке обычно стояли автомобили, которые стоили дороже , чем средний дом в соседнем городе.
В ту ночь на дорожке не стояло ни одной машины. Зато на кухне лежал мертвый мужчина. Он лежал очень тихо, для человека, который при жизни производил столько шума, это было почти неприличным.
Пять женщин стояли подле него. Никто не проворонил ни слезинки. Это, пожалуй, было самым странным. Впрочем, плакать в ту ночь было некогда.
Если бы вы увидели их тогда, дорогой читатель, вам было бы довольно трудно представить, что именно они сделали несколько минут назад. Но, возможно, именно поэтому они и оакхаались подходящими женщинами для этого дела.
Начнем с Вивьен Розье. Вивьен была женщиной, которую невозможно было представить растрёпанной, даже в полночь, даже рядом с трупом. Её темные волосы были собраны на затылке, на губах сохранился оттенок старого вина, а черное платье сидело так безупречно, будто она собиралась не прятать тело, а отправлялась на благотворительный вечер. У Вивьен был прекрасный дом, прекрасный муж, двое прекрасных детей и розарий, которым она заниматься исключительно лично. Она утверждала, что любит розы за их неприхотливость, это была первая ложь, которую она рассказывала людям.
Сейчас она стояла на коленях возле Валериана и двумя пальцами проверяла пульс.
-
Мёртв,- проговорила она, в полной уверенности.
-
Откуда ты знаешь наверняка?- спросила стоящая рядом женщина.
-
Серафина,- дипломатично проговорила Вивьен,- если ты хочешь сейчас начать философский разговор о природе смерти, я обещаю найти для него более подходящее время.
Серафина Гибсон была единственной женщиной в комнате, которая действительно выглядела так, словно могла совершить убийство. Не потому что, была жестокой. Напротив. Серафина была слишком красивой. У нее были медные волосы, зеленые глаза и привычка смотреть на собеседника так, будто она уже знала, что тот собирается соврать. Она владела рестораном, город любил ее, мужчины особенно. Серафина говорила, что это потому, что она хорошо готовит, разумеется это была ложь. Люди приходили в ее ресторан не только ради еды. Она обладала редким даром заставлять окружающих чувствовать себя интереснее, красивее и опаснее, чем они были на самом деле. Сегодня вечером этот дар ей не помог.
Она осмотрела на собственные руки, на правой руке красовалось кровавое пятно, и обреченно произнесла:
-
Это я его убила.
-
Нет,- спокойно изрекла Вивьен.
-
Я держала кочергу.
-
Это еще ничего не значит.
-
Я ударила его.
-
Один раз.
-
Два,- она буквально срывалась на истерический крик,- ты всегда такая спокойная, Ви.
-
Нет,- выпрямляя свою безупречно ровную спину и невероятно аристократично проговорила Вивьен,- я лишь хорошо воспитана.
У окна стояла Кассандра Бальмонт. Если Вивьен выглядела как женщина, которую пригласили на королевский бал, а Серафина- как женщина, из-за которой бал пришлось перенести, то Кассандра выглядела так, будто вообще не собиралась на него приходить. На ней был изумрудный шелковый халат, ее босые ноги стояли на холодном полу. И смотрела она в сад. Кассандра была знаменитостью местного масштаба. Она вела свой блог о светской жизни, имела почти неприлично красивого мужа и двоих детей, которые учились в той самой школе, куда принимали только людей с правильными фамилиями. Кассандра знала, кто с кем спит, кто кому должен, кто собирается разводиться, кто разорён, кто делает вид, что счастлив. И она никогда не ошиблась. К тому же она была правнучкой Эдмунда и Изабель Бальмонт, супругов основавших город, примерно сто двадцать лет назад.
-
Там кто-то есть,- безэмоционально сказала она.
-
Где?- Серафина резко обернулась к окну и пристально попыталась разглядеть что-то в темном саду.
-
Кто?- Вивьен поднялась и подошла к подругам.
Взгляды всех собравшихся устремились в сад. Между цветами ничего не было, только дождь, мокрые ветки, да каменный ангел, который стоял в центре сада.
-
Никого там нет,- Вивьен отмахнулась от подруг и вернулась к телу мужчины.
Кассандра ничего не ответила, лишь потому что прекрасно знала: женщина была. Она просто стояла не в саду, а позади них. Но девушка не спешила обо всем поведать подругам. Некоторые вещи лучше держать при себе, особенно если хочешь дожить до утра.
Четвёртой была Элоиза Моро. Ее, пожалуй, меньше всего заподозрили бы в убийстве. Элоиза выглядела так, словно всю жизнь просила прощения у мебели, если случайно задевала ее юбкой. У нее были мягкие каштановые волосы, серые глаза и странная привычка собирать старые вещи, которые люди давно выбросили. Она владела антикварной лавкой. В городе про гнн говорили «Элоиза слишком добра», это тоже было неправдой. Она лишь хорошо умела молчать. Сейчас она стояла у двери и смотрела на происходящее.
-
Надо бы шторы задёрнуть,- молвила она.
-
Зачем?- спросила Серафина.
-
Потому что нас могут увидеть.
-
Занавески уже закрыты.
-
Не все.
Элоиза подошла к последнему окну и задернула тяжелую портьеру. После несколько секунд стояла неподвижно, ей показалось, что из гостиной донесся женский голос, она не разобрала слов, но отчетливо услышала свое имя, от чего вздрогнула.
-
Что с тобой?- спросила Мелисса.
Эллиса повернулась у подруге. Мелисса сидела на полу, самая тихая, самая молодая и самая красивая. И, вероятно, самая несчастная из присутствующих. Мелисса Вейн была женой мертвого мужчины. Ее платье разорвано у плеча, на щеке тёмном синяк, на запястье виднелись следы пальцев. Не трудно догадаться, мой дорогой читатель, что Мелисса была замужем за чудовищем.
И именно потому, что Мелисса выглядела как спасенная жертва, никто не заметил главного. Она смотрела на Валериана с выражением человека, который наконец получил то, чего очень долго ждал, не радость. Радость была бы слишком простой, скорее- облегчение.
Она медленно поднялась, поправила волосы и совершенно буднично изрекла:
-
Нам нужно его спрятать.
-
Мы можем вызвать полицию,- проговорила Серафина уставившись на подругу, взгляд Мелиссы был такой спокойный, что она первая отвела глаза.
-
Можем.
-
Тогда почему не вызываем?
Мелисса медленно обвела взглядом подруг:
-
Потому что тогда начнут задавать вопросы о вас.
Это была очень красивая вещь- заботиться о подругах. Особенно когда никто еще не понимал Мелисса защищала их не только от полиции.
-
Где ты предлагаешь его спрятать?- поинтересовалась Вивьен, ариобримаю подругу за плечи и стараясь хоть как-то закрепить оторванную ткань ее платья.
А потом часы перебили их. Они пробили час ночи.
Один удар.
Второй.
Третий.
И свет погас. В темноте кто-то прошептал: «Наконец-то». Голос был девушкам знаком и каждая приняла его за свою личную галлюцинацию.
А тем временем Валериан Вейн был мертв. По крайней мере, так считали пять женщин в кухне. И почти весь город- еще целых три недели.
В «город» всегда любили говорить, что у каждого дома своя история. У Вейнов она была особенно хороша: богатый муж, красавицы жена, старинный особняк, дорогая мебель, прислуга. Просто идеальная семья. Вот только у идеальных семей есть одна неприятная особенность, они обычно существуют только с той стороны забора, которую видят соседи, а за закрытыми дверями всё может быть совершенно иначе. Иногда там плачут, иногда лгут, иногда любят. А иногда убивают.
И если вы когда-нибудь окажетесь в Бельмонте, советую не задерживаться у Вейнов после полуночи. Особенно если увидите в окне пять женских силуэтов. Потому что одна уже знает кто умрет следующей.
Глава 2. «Утро перед дождём»
В Бальмонте утро начиналось раньше, чем в большинстве городов, не потому что жители очень трудолюбивый. Просто здесь было принято делать вид, что у них нет времени на сон. В семь утра на Мэдисон- авеню уже стояли черные внедорлжники , у кофейни «August» образовалась короткая очередь из женщин в кашемировых пальто, а возле школы Святой Агнессы молодые отцы высаживали детей изтавтомоьилей стоимостью с небольшую квартиру. На телефонах появлялись первые уведомления «Новости Бельмонта», «Распродажа в бутике», «Ваш еженедельный отчёт о расходах». Город просыпался.
И никто еще не знал, что к полуночи один из самых богатых мужчин будет мёртв. Впрояем, если спросить самого Валериана Вейна, он бы ответил, что день обещает быть великолепным. Он вообще любил хорошие дни, особенно те, которые принадлежали ему.
В 7:18 Валериан стоял перед зеркалом в своей спальне и поправлял галстук. На экране телефона высветилось сообщение от его помощницы, Марианна писала: «Доброе утро. В 9:30 звонок с Лондоном. В 11:00 встреча с адвокатом. В 13:00 обед с мэром. В 16:30 совет фонда. В 19:00 вы обещали быть дома».
И Валериан ответил: «Я помню». Подумав секунду, удалил и написал «Разумеется». Так было лучше.
Он посмотрел на себя в зеркало. Высокий, безупречный, сорок три года, дорогие часы, темный костюм сшитый в Лондоне по индивидуальному заказу. Он выглядел именно так, как полагалось выглядеть человеку, которому в Бельмонте доверяют деньги и секреты, и конечно же женщины. Валериан улыбнулся своему отражению, но улыбка с его лица исчезла после звука разбившейся чашки.
-
Мелисса,- крикнул он, выходя столовую, но ответа не последовало.
Мелисса стояла на кухне. На прекрасной босой девушке был тонкий кремовый свитер и длинная юбка, образ придавал ей невинности.
На мраморном полу лежала разбитая чашка из нового дорого чайного сервиза.
-
Я случайно,- тихзо молвила девушка.
-
Конечно,- спокойно произнес Валериан, осмотрев её с ног до головы.
Именно спокойствие делало его страшным.
-
Оставь,- остановил он девушку, когда та наклонилась чтобы собрать осколки.
-
Не волнуйся, я всё приберу,- бледнея пробубнила Мелисса.
-
Я сказал- оставь,- Валериан подавлял нарастающую злость, что делало его волком в шкуре овцы.
Мелисса выпрямилась, не поднимая глаза на мужа.
Он взял с кухонного острова ключи и уже возле двери обернулся:
-
И ещё.
-
Да?
-
Сегодня вечером я хочу поговорить и ты знаешь о чем, дорогая.
Дверь закрылась, Мелисса осталась наедине со своими мыслями. Достав телефон, открыла переписку. Имя контакта было сохранено всего одной буквой «К».
-
Он знает,- напечатала Мелисса.
-
Замечательно, - ответил «К».
В 8:03 Кассандра Бальмонт пила кофе на терассе своего дома. Она была в солнцезащитных очках, хотя солнца почти не было. Перед ней лежал планшет, на экране которого была открыта статья, которую она собиралась опубликовать в своем блоге. «Десять вещей, которые делают Беллмонт самым желанным городом для жизни»- гласило название статьи. Первым пунктом стояла архитектура. Вторым — безопасность. Третьим — частные школы. Кассандра задумалась, а потом добавила: «Люди здесь умеют хранить чужие секреты». Она посмотрела на предложение и улыбнувшись не стала его удалять.
-
Ты опять работаешь за завтраком,- Кассандра подняла глаза. Её муж, Александр, стоял в дверях.
На нём была белая рубашка, закатанные рукава и выражение человека, который считал себя достаточно современным для того, чтобы не носить галстук. Александр безмерно любил свою жену.
-
Я не работаю.
-
Конечно.
-
Я развлекаюсь.
-
Ты называешь работу развлечением?
-
Когда за неё платят столько, сколько мне платят, — да.
Александр сел напротив.
-
Сегодня вечером ужин у Вейнов?
Кассандра замерла всего на мгновение, а после ответила:
-
Да.
-
Ты пойдёшь?
-
Разумеется,- с присущей ей утонченностью она ответила ни секунды не колебаясь.
-
Тебе ведь не нравится Валериан,- уточнил Александр.
Кассандра сняла очки и со спокойствием взгляда ответила:
-
Мне не нравится половина людей, с которыми я общаюсь.
-
А вторая половина?
-
Ещё не успела меня разочаровать.
Александр улыбнулся.
-
Иногда мне кажется, что ты вообще никому не доверяешь.
Кассандра посмотрела на него.
-
Я доверяю,- оправдывалась Кассандра.
-
Кому?
Она не ответила. Потому что в этот момент увидела кое-что на стекле двери- кровь. Всего одну каплю. Кассандра моргнула и кровь исчезла. На стекле осталась только утренняя влага.
-
Касс?
Она подняла глаза, тряхнув головой и торопливо ответила:
-
Всё нормально и я доверяю только тебе любимый.
Но день уже изменился, она просто ещё не знала почему.
В 9:47 Вивьен Розье сидела в салоне красоты. Её телефон лежал рядом на мраморной столешнице, когда на экране появилось сообщение.
«СЕРАФИНА: Ты слышала?»
Вивьен ответила: «Что именно?»
«СЕРАФИНА: Про Валериана.»
Вивьен нахмурилась: «Нет.»
Ответ пришёл почти сразу.
«СЕРАФИНА: Он собирается продать ресторан.»
Вивьен улыбнулась: «Это не мой ресторан.»
«СЕРАФИНА: Пока нет.»
Вивьен убрала телефон.
-
Всё хорошо? — спросила мастер.
-
Прекрасно.
-
Вы выглядите немного напряжённой.
Вивьен посмотрела на своё отражение и ответила без доли сомнения:
-
Я всегда выгляжу напряжённой.
-
Это неправда.
-
Тогда вы недостаточно давно меня знаете.
Она закрыла глаза. Телефон снова завибрировал. На этот раз звонила Мелисса. Вивьен ответила.
-
Привет.
В трубке было молчание. Вивьен с подступающей паникой позвала подругу:
-
Мелисса?
Послышался ее тихий и испуганный голос:
-
Ты можешь сегодня приехать ко мне?
Вивьен сразу поняла, что что-то произошло.
-
Конечно.
-
Только никому не говори.
-
Хорошо.
-
Особенно Серафине.
Вивьен открыла глаза и немного нахмерила брови от непонимания:
-
Почему?
Мелисса помолчала какое-то время, а потом сказала:
-
Потому что она слишком быстро злится.
И отключилась.
Серафина тем временем стояла посреди кухни своего ресторана и кричала на поставщика:
-
Я заказала тридцать килограммов белых трюфелей.
-
Были проблемы с доставкой,- поставщик старался справиться с гневным напором, но ему это слабо удавалась.
-
Мне совершенно всё равно.
-
Но…
-
Если к четырём часам их не будет, я куплю их у вашего конкурента.
-
Это невозможно.
-
Почему?
-
Потому что он тоже закупает у нас.
Серафина замолчала. Посмотрела на него и негромко выругалась:
-
Ненавижу монополии.
-
Я заметил.
Она взяла телефон. Три непрочитанных сообщения.
От Кассандры.
От Вивьен.
И от Мелиссы.
Она открыла последнее.
«Мелисса: Сегодня вечером ты придёшь?»
Серафина написала: «Конечно.»
Подумала и добавила: «Что случилось?»
«Мелисса: Хочу, чтобы вы все были рядом.»
Серафина перечитала сообщение.В ней было достаточно здравого смысла, чтобы понять: что-то не так. Но недостаточно осторожности, чтобы остаться дома. И чуть-чуть любопытства.
В 12:16 Элоиза Моро открыла свою антикварную лавку. Колокольчик над дверью звякнул. Внутри пахло старой бумагой, деревом и пылью, все эти запахи обеспеченные люди считали запахом богатства и роскоши. Элоиза любила этот запах, он напоминал ей о вещах, которые переживали людей. И она надеялась, что ее лавка ее переживёт.
Она включила свет. И увидела на прилавке конверт. К ее удивлению без марки, без имени. Она не помнила, чтобы кто-то оставлял его там. Элоиза осторожно взяла письмо.
На конверте было написано: «Э. М.»
Она вскрыла его. Внутри была лишь фотография, старая, чёрно-белая. На ней стояли мужчина и женщина перед первым домом Бельмонта. Эдмунд и Изабель Бельмонт- основатели города. Элоиза знала эту фотографию. Но не знала женщину, стоявшую позади них, молодую, с белыми волосами. Она смотрела прямо в объектив. На обороте было написано: «Пять женщин. Один дом. Один мёртвый мужчина.»
Элоиза перечитала. Её руки задрожали. Потом она перевернула фотографию и увидела дату: Сегодняшняя.
К четырём часам вечера дождь наконец начался. Беллмонт стал серым. Витрины магазинов отражали мокрые улицы. На телефонах жителей появились предупреждения о грозе. Если ты, мой дорогой читатель, думаешь, что из-за дождя город стал неуютным, ты ошибаешься. Таким городкам как Бельмонт идет дождливая погода. Они приобретают черты
Вивьен закончила работу.
Серафина закрыла ресторан.
Элоиза заперла лавку.
Кассандра выключила компьютер.
А Мелисса стояла перед зеркалом в спальне.
Она держала в руке телефон. На экране было последнее сообщение:
«К.: Сегодня ночью всё закончится.»
Мелисса долго смотрела на эти слова. Потом открыла шкаф, достала голубое платье. То самое, в котором через несколько часов её найдут рядом с мёртвым мужем. Она провела рукой по ткани и вдруг сказала своему отражению:
-
Прости меня.
Кого именно она просила о прощении, никто не знал.
Возможно, подруг.
Возможно, себя.
А может быть, человека, который должен был умереть этой ночью.
Потому что иногда самые страшные решения принимаются не в момент ярости.
А утром.
В тишине.
Когда весь мир ещё уверен, что впереди обычный день.
И только один человек уже знает, что к полуночи этот мир станет совершенно другим.
Глава 3. «О чем не принято говорить за завтраком»
В Бельмонте умели переживать скандалы. Не потому, что здесь их было мало,- напротив, за сто двадцать с лишним лет существования города местные семьи успели накопить их столько, что иной городок мог бы существовать на одном только бельмонтском архиве. Просто здесь знали: у каждого неприятного события есть срок давности, а у каждой фамилии- определенная цена.
Скандалы проходили. Фамилии оставались. Поэтому, когда в понедельник утром стало известно, что Валериан Вейн не вернулся домой, никто особенно не встревожился. В конце концов, Валериан был человеком занятым. Он мог отправиться в Нью-Йорк без предупреждения, улететь в Лондон на один день, провести ночь в загородном клубе или запереться в кабинете, выключив телефон, потому что какой-нибудь совет директоров счел необходимым напомнить ему о собственном существовании.
В Бельмонте не исчезали люди. Они просто иногда предпочитали, чтобы их какое-то время не могли найти. И в этом городе разница считалась существенной.
Первой новость услышала Мэрилин Хейл, жена городского судьи.
В 7:42 утра она стояла у окна своей спальни и наблюдала, как садовник подстригает живую изгородь. Ей было шестьдесят два года, она носила жемчуг даже дома и могла определить семейное происхождение человека по тому, как он держит чайную пару.
Завибрировал телефон, лежавший на туалетном столике. Мэрилин прочла сообщение, потом сняла очки и прочла снова. «Валериан Вейн не вышел на связь» гласило сообщение. Она немедленно переслало его трем подругам. Через две минуты новость знали двадцать семь яеловек, а через десять- почти весь Бальмонт. Так работали городские новости, газеты здесь могли позволить себе выходить позже, сплетни- никогда.
В десять утра У Кассандры Бальмонт зазвонил телефон телефон. Она сидела в кабинете расположенном ра втором этаже семейного дома и просматривала фотографии с благотворительного вечера. Дом Бельмонтов стоял на холме. Когда-то здесь был только лес, несколько полей и старая каменная дорога, по которой Эдмунд Бельсонт приехал в эти места со своей молодой женой Изабель. Теперь с холма открывался вид на весь город: белые крыши, шпили, деревья, река. Далеко внизу- стеклянные фасады новых офисных зданий, которые появились здесь в последние двадцать лети, к неудовольствию старших жителей, имели со шком много стали и слишком мало камня.
Кассандра любила этот вид, он напоминал ей, что время может менять все, кроме некоторых вещей.
-
Да?- ответила она
-
Ты слышала?- спросила Вивьен с другого конца.
-
Про Валериана? Да.
-
Мелисса звонила?
-
Нет.
Это была правда, Мелисса ей не звонила. И именно это беспокоило Кассандру. Потому что в обычный день Мелисса отправляла ей сообщения по каждому поводу. «Ты видела новый ресторан?», «Ты знаешь, что у Софи роман с тренером?», «Скажи, пожалуйста, что я не выгляжу ужасно в этом платье». Сегодня же- ничего.
-
Полиция уже приехал,- проговорила будничным тоном Вивьен.
-
В дом?- Кассандра выпрямилась,- А Мелисса?
-
Она дома.
Кассандра на секунду закрыла глаза, ей вдруг стало трудно дышать. Перед глазами возникла картинка, не воспоминание, не сон, а что-то среднее. Это ее и пугало. Кассандра моргнула и всё исчезло.
-
Кассандра?
-
Да, я здесь,- растерянно пробормотала девушка.
-
Ты придёшь к Мелиссе?
-
Конечно.
После того как Касс положила телефон, она взглянула на фото Эдмунда и Изавбель Бальмонт. Она смотрела на нее несколько секунд, потом перевернула, на обороте рукой ее прабабушки было написано: «Бальмонт всегда получат то, что ему предназначено». Почему-то именно сегодня это казалось ей угрозой.