– Как вы сюда попали?! – воскликнула Наталья, подтягивая одеяло повыше. – Я вас не пускала!
– Вовсе даже пускали. Вот! – вампир развернул табличку лицевой стороной, и Натаха увидела надпись «Добро пожаловать». Судя по драным углам, оторвали ее с прежнего места без всяких церемоний. – Вы разрешили входить с добром, я и вошел.
Натаха посмотрела на Георгия, который стоял в дверях, скрестив руки на груди.
– Вот об этой опрометчивости я и говорил, – мрачно произнес он.
– И чего вы хотели? – не менее мрачно спросила Наталья, переводя взгляд на Витольда.
– Я? Совершенно ничего! Свежих булочек к завтраку вам принес, дорогая хранительница. Этот-то ваш, – он кивнул на Георгия, – вряд ли на такое сподобится, – Георгий тихонько зарычал. – Ничего личного, дружочек, но кто первый, тот и молодец, – нахально добавил вампир.
– Так, – произнесла Натаха. Хотела встать, но передумала – демонстрировать двум здоровым мужикам свои прелести в короткой пижаме не хотелось, пусть даже эти мужики не совсем люди, – а ну-ка идите отсюда оба! Мне надо одеться.
– Дверь там, – заявил Георгий Витольду, указывая в сторону прихожей.
– Спасибо, я не тороплюсь, – вампир ехидно улыбнулся и, обогнув его, двинулся на кухню. Фамильяр пошел за ним.
Слушая их ленивую перебранку, Натаха торопливо натянула халат и отправилась умываться.
Когда она зашла на кухню, стол оказался сервирован так, словно на завтрак ждали королевских особ. Витольд как раз укладывал на салфетку последнюю чайную ложечку.
– Пожалуйте к столу, дорогая хранительница, – с легким поклоном произнес он.
Насупленный Георгий взирал на происходящее с неодобрением.
– Кофе? – предложил он.
– Да, пожалуйста, – ответила Наталья, чувствуя себя немного самозванкой – до нынешнего момента никто с нею так не обращался.
Чашка наполнилась ароматным напитком, затем туда добавились сливки, после чего, деликатно булькнув, упали два кусочка сахара. Чуть позже перед нею возникла тарелка с овсянкой, а затем – блюдо с румяными булочками, посыпанными корицей. Витольд и Георгий, словно королевские придворные, замерли возле стола.
– А вы-то чего не садитесь? – спросила Натаха. – Налетайте.
Дожидаться повторного приглашения они не стали.
– Как тебе каша? – спросил Георгий, накладывая себе полную тарелку и нехотя выскребая остатки в тарелку Витольда.
– Вкусно, – ответила Натаха. Каша и впрямь оказалась замечательная – с насыщенным сливочным вкусом и легким оттенком ванили.
– А булочки? – поинтересовался вампир.
– Выглядят аппетитно.
– Они и на вкус хороши, – заверил вампир.
– А ты их что, уже понадкусывал? – съехидничал Георгий.
– Что? Да как у тебя язык повернулся!
В воздухе снова заискрило, и Натаха, пусть и не хотела трогать эту тему за столом, все-таки решилась.
– Витольд, – произнесла она, – хочу вас предупредить, – вампир тревожно замер, – тот тип, у которого вы мамину сумочку отняли, грозился вам отомстить.
Витольд расслабился, улыбнулся и махнул рукой.
– А, это ерунда, не берите в голову. Он всегда грозится, характер такой. Подождите, – опомнился он, и улыбка медленно сползла с его лица, – он что, к вам сюда приходил на меня жаловаться?
– Ну да.
– И-и… что? – и без того бледное лицо вампира стало еще бледней. – Какой вердикт вы мне вынесли?
– Да никакой! – рассердилась Натаха. – Этот наглец слишком много хочет – напал на мою мать, а потом еще и жаловаться пришел. Выгнала я его взашей, паразита!
Витольд уставился на нее с таким обожающим видом, что у Натахи чуть голова не закружилась – за всю ее жизнь еще ни один мужчина не смотрел на нее вот так. «Вообще-то он не мужчина, а вампир», – напомнила она себе, но помогло слабо.
– Так, – решительно заявил Георгий, поднимаясь из-за стола, – завтрак окончен, нам с хозяйкой пора на работу. А тебе – домой! – сказал он Витольду, – Идем, закрою за тобой дверь, – «пинком», читалось во взгляде.
Настырный вампир, как ни странно, в этот день больше себя не проявил – ни цветов, ни конфет, ни эффектного появления на работе. До обеда коллеги поглядывали на Натаху с предвкушением, после – с разочарованием, а под конец рабочего дня и вовсе перестали смотреть. Но, вместо того чтобы радоваться, что от неё отстали, Натаха забеспокоилась – мысль о дурацком жалобщике никак не выходила из головы.
– Послушай, Георгий, – произнесла она вечером, выйдя из автобуса на своей остановке, – а не должна ли хранительница приглядывать за подопечными? Ну, домой к ним наведываться, проверять, как они живут…
– Нет, – Георгий, перестав притворяться подвеской, тут же появился рядом. – Тебя что-то беспокоит?
– Ну да, – вздохнув, сдалась Натаха. – Вдруг тот вампир нашего Витольда уже грохнул?
– «Нашего»? – усмехнулся Георгий. – Да какой он наш? Ладно, пойдем глянем. Здесь недалеко.
Вампирская резиденция действительно оказалась особняком, старинным и ужасно ветхим: крыльцо перекосилось, окна на втором этаже забиты фанерой, входная дверь распахнута.
– Он живёт здесь? – удивилась Натаха, поскольку представляла жилище Витольда немного более респектабельным.
– Ага, – ехидно произнес Георгий, – на чердаке. Висит на стропилах вверх ногами, крыльями укрывается.
– Да ну тебя, – обиделась Натаха, – я серьёзно.
– Так и я серьёзно. Особняк этот во время революции у него большевики отняли, а он отказался уходить. Вот с той поры и живет на чердаке. А в самом-то доме кого только не перебывало, он всех пересидел… перевисел… в смысле, пережил, – поправился Георгий в ответ на недовольный взгляд.
– Бедненький, – вздохнула Натаха.
– Ой, вот только не надо его жалеть! Он не из тех, кто пропадёт. Да он из вредности тут остался!
Натаху эти слова совершенно не утешили.
– А вдруг тот тип его все-таки прикончил? – мрачно произнесла она, глядя на черную дыру чердачного окна, затем опустила взгляд ниже – в дверном проеме тоже плескалась тьма. Заходить внутрь не хотелось, но иного выхода разъяснить ситуацию в голову не приходило.
– Да с чего ты решила, что его прикончили?
– Ну сам посуди – он так ко мне лип, а потом вдруг раз – и исчез.