– Стажер, первую медицинскую помощь проходили?
– Да.
– Помоги раненым, а я разберусь с ситуацией.
Я побежал к выходу и, не снижая темпа, выломал телекинезом застопорившуюся дверь-вертушку. Сразу за мной последовали покидающие здание люди.
У торгово-развлекательного центра были выбиты все стекла, да и не только у него, но и у припаркованных на специальной площадке фирменных машин такси. Со всех сторон верещала сигнализация. Вокруг небольшой вмятины в потрескавшемся асфальте лежало несколько человек, которым пытались оказать помощь врачи скорой. К трем белым машинам с красными крестами через пять минут присоединилась еще одна. Из трех серых КамАЗов с синими полосами на бортах выскакивал ОМОН.
С магистрали к комплексу заруливала пожарная машина, извещая о своем прибытии воем сирены.
Я подошли к самой воронке. Бросился в глаза разорванный пополам вервольф в ошметках черной жилетки охранника, живой только благодаря своей сверхъестественной сущности. Он жалобно скулил и царапал когтистой рукой асфальт, залитый кровью. Сизые потроха, оборванные как кусок садового шланга, тянулись на пару метров в сторону. Конечность была только одна, а на месте второй висели кровавые лохмотья. На жаре темная жидкость быстро превращалась в коричневые струпья. Около получеловека-полузверя сидела совсем молодая девочка-врач, бледная как лист капусты. Увидев мой взгляд, она пробормотала еле различимо, словно оправдываясь:
– Я не знаю, что с ним делать. Люди при таком ранении не живут.
– Ничего не надо, – ответил я. – Разве только обезболивающего вколите. Он через месяц как новенький будет. Нечисть он.
– Вижу, что нечисть. Все одно жалко.
Я горько улыбнулся. Если бы не волчара, жертв было бы больше.
Прямо к раскуроченному входу подъехал черный «мерседес» с военными номерами. Из него вышел одетый в офисную форму генерал. Я пробежался глазами по куртке, нашивка с фамилией отсутствовала.
Генерал хлопнул дверцей и быстрым шагом направился к месту события. На полпути к нему подбежал незнакомый мне майор и затараторил:
– Товарищ генерал, зомби, снаряженный взрывчаткой. Его на входе волчара унюхал, поднял тревогу, тот и рванул прямо здесь. Ума не приложу, как они его протащили. Заслон стоит, а этот тут…
– Я понял, – со сталью в голосе ответил начальник.
– Товарищ генерал, сейчас аналитики работают…
– Я понял! Иди работай!
Генерал остановился возле изувеченного вервольфа и с хмурым до невозможности лицом несколько раз качнулся с пятки на носок. Он достал пикнувший телефон, выругался сквозь зубы. А потом взглянул на меня, надолго остановив свое внимание, словно изучая по моему лицу мое досье.
– Булычев, – представился наконец он и протянул руку, а потом достал корочки, где я мельком успел увидеть словосочетание «генеральный штаб».
Я осторожно пожал сильную ладонь:
– Капитан Соснов.
– Знаю. Потом пообщаемся.
– Там еще один! – разнесся над площадкой перед входом крик.
Я подумал сначала, что это про раненого или, как вариант, про еще один изуродованный труп, но по толпе, стоявшей поодаль от торгового центра, прокатилась новая волна паники, а внутри здания опять раздались вопли. К нам опять подбежал этот майор-аналитик.
– Может, остальных собрать?
– Не успеем, – ответил Булычев. – Выродки оттянули на периферию внимание высших и войска атакой сразу с двух направлений. Все боевые маги, по идее, должны быть далеко. Боги перекинули основной поток энергии на места штурма, который является только отвлекающим маневром. Эти уроды становятся все изворотливее и изворотливее.
– Пойдем, Соснов. На тебя вся надежда, – не оборачиваясь, произнес генерал, направившись внутрь здания через разбитые витрины. – Больше никого рядом нет.
Мы прошли через опустевшие кассы в зал супермаркета. На полу в лужах темной крови валялись трупы, у одного была оторвана голова, совсем как у Анны тогда, а это значит, что здесь успел побывать Мясник. Я стиснул зубы и, тряхнув головой, направился дальше. Не время сейчас о таком думать. Впереди, отрезав пути к бегству примерно двум десяткам человек, стоял смертник. Это был мертвец, одетый в курточку не по размеру и не по сезону, он мерно покачивался из стороны в сторону и смотрел в пустоту.
А чуть ближе к нам стояла жрица, подняв лицо и руки вверх. От женщины исходила невероятная сила. Даже обычный человек мог заметить дрожащий вокруг нее воздух.
– Что она делает? – не поворачиваясь ко мне, спросил Булычев.
– Режет.
– Давай без ваших терминов, я же не маг, – огрызнулся он.
– Она глушит сигнал управления мертвяком. Иначе некромант, или кто там его ведет, уже рванул бы.
Генерал кивнул:
– Садани по нему. И делов-то.
– Не могу. На нем щит стоит. Он может быть запрограммирован на самоликвидацию при попытке прямого воздействия. Щит хороший. Даст время на активацию заряда.
– Ждем саперов.
– Нет, – возразил я. – Я пошел.
Генерал снова кивнул и отошел на несколько шагов назад.
Я поставил собственный заслон и почти на цыпочках пошел вокруг мертвяка, стараясь, чтобы барьеры не соприкоснулись. Кто его знает, что за приказы сидят в этой гнилой башке. Зомби заметил меня и, сухо заохав, закачался быстрее, куртка распахнулась, и стал виден пояс со взрывчаткой.
Вскоре я встал так, что оказался между людьми и ходячим снарядом. Теперь можно было не бояться. Взрыв саданет по моему барьеру и будет поглощен им почти без остатка.
Я повернулся к людям. Кто-то рыдал, кто-то крестился и шептал молитву. Одна женщина упала на колени и протянула руки к жрице.
– Мать сыра земля, защити нас!
Особняком стояли несколько девочек в цветных галстуках, похожих на пионерские. Двух я узнал. Лена и Марина, которым я рассказывал историю о том, как я стал боевым магом. Они и здесь вместе держались. При этом я заметил у них некую схожесть, которую упустил из виду в прошлый раз, словно они сестры.
– Все будет хорошо, – сказал я девчатам и подмигнул левым глазом.
– Ты же Посрединник? – осипшим голосом спросила молоденькая ученица богини, как будто специально узнавала, что именно за боевой маг был тогда в вагоне. Ведь своего прозвища я им не называл.
– Да, солнышко.
Тем временем мертвяк охал все громче. Он даже сделал шаг в нашу сторону и поднял руку, словно хотел ухватить.
Я подготовил фокусный импульс посильнее, чтобы окончить этот спектакль смерти.
– Уходите оттуда! – раздался крик. – Уходите, у него маго-бомба внутри!